Побочное действие алкоголя

       Голова несильно кружится от выпитого алкоголя и мешает парню идти ровно, выдавая его нетрезвость. Челка спуталась и лезет в лицо, почти лишая обзора, однако рэперу это ничуть не мешает. Через месяц концерт, и все заняты подготовкой к нему, только вот в темноволосую голову одного из хёнов пришла идея немного выпить, и теперь он стоит на практически безлюдной, что очень странно для столицы Кореи, улице и пытается вспомнить дорогу к общежитию. Помимо этого в голове Юнги крутится мысль о том, что он, скорее всего, вновь получит от лидера за пьянство и бездельничество. Это была, конечно же, существенная проблема, однако текст новой песни записан, хореография подучена и одежда подготовлена, Намджуну не к чему будет придраться, и Мин вполне оправдано напился в поздний вечер. Подул несильный ветерок, но его хватило, чтобы мембер группы поёжился, сдавленно матерясь сквозь зубы. Ну почему именно сегодня он не взял ничего теплее кардигана?        Где-то в подворотне шмыгнула бродячая кошка, задевая обрывки газет и жестяные банки из-под напитков, но парень продолжает идти дальше, не обращая внимания на посторонний шум. Он засунул руки в карманы в надежде хоть немного согреть холодные пальцы, но ткань одежды была слишком тонкой для этого и лишь создавала иллюзию тепла, зато рэпер нащупал свой телефон. Достав вышеупомянутый предмет из кармана, брюнет попытался включить его, но батарейка разрядилась, и Шуга увидел лишь черный экран. — Ащщ, — прошипел он и оперся на стену какой-то забегаловки с примитивной обстановкой и не менее заезженным названием.        Темноволосый решил лучше оглядеть район, в котором он сейчас находился, чтобы у него появилась хоть какая-то возможность вернуться домой до трех часов ночи. Бездонные глаза пробежались по дорожным знакам и названиям магазинов, пытаясь найти что-то знакомое.  — Мёндон, — пробормотал рэпер, вглядываясь в один из указателей. — Кажется, так называется улица, на которой находится студия, где RM записывает песню…        Решив, что лучше уж получить нагоняй от лидера, чем ночевать на улице, Юнги двинулся в нужном направлении, спотыкаясь о свои же ноги. Изо рта вырывался пар с легким ароматом никотина, закручиваясь в воздухе причудливыми узорами и исчезая. Курение — одна из плохих привычек мембера BTS, но он не мог избавиться от неё. Запах сигарет успокаивал его нервы и позволял думать рационально, искать вдохновение и писать новые строчки. Нередко остальные участники группы и менеджеры ругались на него из-за этого, но Мин не мог бросить, и они просто смирились, старались игнорировать эту проблему. Именно из-за курения голос Шуги приобрел таинственную и весьма соблазнительную хрипотцу, приятную даже ему самому.        Осталась последняя сигарета, и брюнет тут же извлек её из пачки, поджигая простенькой зажигалкой. Марка сигарет, кстати, не была какой-то известной и суперпопулярной, самая обычная дешевка, которую можно купить в любом магазине, даже на заправке. Полупрозрачный белесый дым взмывает в воздух, заполняя окружение запахом табака, и крутится в нем, создавая никому не понятные картинки. Рэпер сделал пару затяжек и возобновил свой путь, время от времени прикасаясь обветренными губами к фильтру и вдыхая вредные для организма вещества. Яркая точка от зажженного конца сигареты совсем не выделяется в свете вывесок, реклам и простых украшений на крышах и деревьях. Несмотря на то, что Мёндон одна из самых известных улиц Сеула, прохожих на ней мало. Возможно, дело в столь позднем часе, но даже в такое время найдется как минимум пару тысяч человек, которые все равно разгуливают по городу и посещают магазинчики и кафетерии, наслаждаясь ночной прохладой и тишиной.        Как Мин и думал, студия звукозаписи находилась именно на этой стороне улице, недалеко от театра «Korea House», и все еще работала, освещая светом из окон проходящую рядом пешеходную дорогу. По идее, никого, кроме Намджуна, в это время в здании нет, поэтому Шуга быстро, насколько ему позволяло его состояние, двинулся к главному входу, удачно минуя пост охраны с самим охранником, который заснул за просмотром какой-то неинтересной передачи по телевизору. Искусные плафоны и величественные лампы освещали холл и коридоры первого этажа холодным светом, создавая атмосферу, настраивающую на серьёзную и продуктивную работу. На первом этаже рэперу ничего не нужно, поэтому он направился к двери лифта, но тот не работал, сколько бы парень не жал на кнопку. Приглушенно проматерившись сквозь зубы, брюнет нашел глазами лестницу и стал подниматься на нужный ему, третий, этаж. Подъем занял некоторое время, за которое Юнги успел проклясть создателя лестниц и человека, отключившего лифт, однако теперь мембер BTS находится на нужном этаже и даже в нужном крыле. Было бы весело, если бы он по ошибке зашел бы в другое крыло и потерялся там, ведь темноволосый знал только это крыло и только его посещал время от времени. Стены цвета выдержанного вина были завешаны фотографиями всех звезд, которые записывали и по сей день записывают тут свои песни. Рассматривая каждую из них, Мин медленно шел вперед, стараясь ничего не задеть и не разбить. Хоть он и не Намджун, который все ломает и бьет, но это и не значит, что он на такое не способен, алкогольное опьянение лишь усугубляет ситуацию и увеличивает шанс на незапланированный вандализм. Еще одна особенность Шуги — долгое состояние алкогольного опьянения, ничто не может помочь ему побыстрее отрезветь. Сколько бы он не гулял по морозным улицам, сколько бы не закусывал, результат всегда один.        Нужная дверь как назло была в самом конце казавшегося бесконечным коридора. Ким выбирал именно дальнюю студию, чтобы никто и ничто не смогло ему помешать в написании песен. RM очень не любил, точнее ненавидел, когда кто-то мешал ему. В этот период он становится очень нервным и дерганным, отчего любой помешавший ему мог закончить свое посещение к нему летальным исходом. Один раз пепельноволосый даже накричал на бедного Чимина, который просто уронил книжку за дверью его комнаты в общежитии. После этого Нам стал запираться в студии, и никто не решался приехать к нему. Никто, кроме Юнги. Брюнет громко постучался в незакрытую дверь и, не дожидаясь ответа или приглашения, ввалился в помещение, захлопывая при этом настрадавшуюся дверь. — Джун, давно не виделись, — слегка заплетающимся языком проговорил темноволосый, пошатываясь на нетвердо стоящих ногах. — А я тут немного того… заблудился что ли.        На секунду в студии повисла тишина, а потом Намджун медленно развернулся к говорившему, вперившись в его лицо злым и уставшим взглядом. Пальцы старшего забарабанили по гладкой поверхности стола, изредка задевая страницы блокнота с парой свежих строчек. Аура вокруг Кима буквально пропитывалась негативом, давя на Мина. — Какого хуя, Юнги?! — лидер громко хлопнул по столу, поднимаясь на ноги и подходя к другу. — Я же говорил не мешать мне, когда я пишу песни! Что такого случилось, что ввалился сюда хрен знает в какой час ночи? Ты… — пепельноволосый принюхался, отчего его нос забавно дернулся, и посмотрел Шуге в глаза, удивленно распахивая свои. — Юнги, да ты же бухой! Ещё лучше, сколько раз я уже запрещал тебе напиваться, тем более во время подготовки к концерту.        Брюнет неопределенно повел плечом, опустил голову и прикрыл глаза, немного расслабляясь и позволяя усталости захватить его тело. Намджун, видя состояние старшего, тяжело вздохнул и подошел к нему, перекидывая его руку через свою шею и оттаскивая почти безвольное тело к дивану, который стоял в самом углу студии. RM осторожно устроил уже успевшего заснуть друга на горизонтальной поверхности и накрыл его легким пледом, который лежал тут же. Темноволосый пробормотал что-то похожее на благодарность и перевернулся на другой бок, утыкаясь носом в спинку дивана. Убедившись, что парень спит, лидер вернулся к столу и вновь пересмотрел все сделанные им записи, пытаясь как-то сопоставить все строчки и соединить их хотя бы в один связный куплет. Ничего не получилось, и Джун сокрушенно простонал и уткнулся носом в сложенные на столе руку, на секунду прикрывая глаза и расслабляясь. Нужно выгнать из головы все ненужные и посторонние мысли, которые никак не касаются написания песен, и полностью погрузиться в работу. Но почему же тогда так хочется обернуться к лежащему позади брюнету?!        Юнги всегда выделяется из всей группы бледностью кожи, холодным, отстраненным характером и хрупкостью тела. Нет, он не слабый и не заболевший, просто выглядит так, на самом деле он сильнее даже, наверное, Чонгука. Тем не менее, по внешнему виду этого не скажешь. Даже в тот раз, когда они снимали эпизод из школьной жизни, все были уверены, что Мин больше всех подойдет на роль девушки, и они не ошиблись. Никто не ожидал, что рэпер будет настолько прекрасен в обличии школьницы, даже Ким удивился. Пепельноволосый встряхнул головой и вернулся к работе.        Через час наброски песни были уже готовы, а часы показывали четвертый час утра, но небо было по-прежнему темным. Намджун поднялся из-за стола и подошел к большой деревянной доске на стене. На эту доску парень вешает листы со строчками песен и уже готовыми произведениями. Прикрепив в уголок пару листов, он устало оперся о стену ладонями, даже не замечая тихого скрипа дивана позади себя. Сейчас его голову забивали лишь мысли о долгом сне в компании пары мягких подушек и теплого одеяла. Лидер вздрогнул, широко распахивая глаза цвета горького шоколада. Чужие руки обнимали его поперек живота, немного сминая пальцами рубашку. — Ты что делаешь? — устало спросил Нам, оборачиваясь к Юнги. — Я хочу тебя, Джун, — прошептал Шуга, подтверждая свои слова поцелуем в шею. — Очень сильно. — Ты что, все ещё пьяный? — нервно спросил RM, пытаясь отстраниться от друга, но тот не позволил ему этого сделать. — Какое ещё «хочу тебя»?!        Мин резко развернул младшего к себе лицом и толкнул к стене, прижимая к ней и одновременно сжимая запястья парня, припечатывая их к все той же поверхности. Кнопки, которыми Ким крепил свои записи к доске, неприятно впивались в спину и вызывали тихую боль, заставляя рэпера сдавленно шипеть. Брюнет тем временем протолкнул свою ногу между бедрами Намджуна и слегка надавил ему на пах, впиваясь в его губы требовательным поцелуем. Изо рта старшего пахло табачным дымом и это причиняло дискомфорт, тем не менее, Мина это возбуждало. Сейчас лидер выглядел поистине прекрасно — все те же широко распахнутые в удивлении глаза, слегка подрагивающие руки и спутанные пепельные волосы, которые мелкими прядями спадали на его лоб и касались лица младшего. Губы пепельноволосого хотелось целовать вечно.Возможно, сейчас в его крови играл до сих пор не выветрившийся алкоголь, но темноволосый был уверен, что это его лучший поцелуй, пусть и односторонний, но это пока что. Шуга отпустил запястья парня и заскользил руками по его телу, задирая рубашку и касаясь подушечками пальцев теплой, почти горячей кожи. Нам возмущенно промычал и укусил рэпера за хозяйствующий в его рту язык, пытаясь оттолкнуть его руками, но это не произвело никакого эффекта, Юнги лишь слегка царапнул грудь донсэна, вновь упираясь коленом в его пах. Наверное, из-за небольшой разницы в росте это выглядело странно и комично, но лидеру было совсем не смешно, ему было страшно. Он начал сильнее сопротивляться, сводя ноги и опуская свою майку, чем разозлил брюнета. Мин тянет Кима на себя и тут же толкает его к столу, разворачивает к себе спиной и нагибает, наваливаясь сверху. Стол жалобно скрипнул, но остался стоять, лишь листы с песнями разлетелись по полу, разбросанные парнями. Горячее дыхание темноволосого опалило шею Намджуна, посылая по телу табуны мурашек. Лидеру пришлось прогнуться в спине, чтобы край стола не упирался в бедра и не доставлял дискомфорта. RM вновь чувствует чужие руки на себе и ему хочется завыть в голос от отчаяния. Слабость сказывается на парне, у него совсем нет сил сопротивляться.        Шуга скользнул руками на бедра пепельноволосого, стягивая с них джинсы. Младший вздрогнул, пытаясь отстраниться или хоть как-то отползти от друга, но тот лишь пьяно усмехнулся и стал стягивать джинсы быстрее, вскоре оставляя парня лишь в одних трусах, майка давно улетела в угол комнаты.  — Признай, тебе же нравится, — зашептал рэпер на ухо Наму, стягивая с него боксеры и сжимая руками оголившиеся бедра. — Джун, я вхожу. — Стой, хён! — крикнул Ким, но было уже поздно.        Вспышка нестерпимой боли пронзила лидера, заставляя его открыть губы в немом крике и сжать руками оставшиеся на столе листы бумаги превращая их в обрывки. Из глаз брызнули слезы и кровь потекла по его оголенным бедрам тонкими дорожками. Юнги замер, позволяя пепельноволосому привыкнуть, хотя куда уж там. Он стал покрывать спину и плечи младшего короткими поцелуями, стараясь заглушить боль, но у него не получалось. Первые капли крови капнули на пол, а за ними полились и соленые слезы на стол. Ужасно больно. Мин порвал его, он вошел в него даже не позаботившись о растяжке. Тело Намджуна напряглось, коченея от боли. — Прости, Джун, — прошептал парень извинения и уткнулся носом в его волосы, вдыхая легкий аромат шампуня. — Я не хотел делать тебе больно. — Хён, выйди, пожалуйста, — просипел Ким полным боли голосом. Его ноги подкосились, он бы точно упал, если бы поверхность стола и не сильные руки старшего. Шуга вновь извинился и сделал первое движение, входя в парня до основания. Стон боли прорвал ночную тишину. Возможно, если бы в здании были люди, то они, скорее всего, услышали бы этот стон даже на первом этаже, но их здесь не было. Рэпер старался быть нежным и осторожным, совершая медленные движения внутри Нама. Эластичные стеночки лидера сжимали член брюнета, доставляя ему удовольствие. Глаза темноволосого заволокла пелена похоти и желания, сквозь зубы вырвался тихий полустон-полурык. Движения Юнги ускорялись, становились резче и несдержаннее. Член Мина проникал в пепельноволосого глубже, выбивая из него рваные выдохи в такт толчкам. Парень задел простату, и с губ лидера сорвался тихий стон, будоражащий старшего. Он схватил Намджуна за волосы и потянул на себя, заставляя его прогнуться в спине, чем способствовал лучшему проникновению. С каждой минутой все сильнее вколачиваясь в бедного парня, Шуга закидывает голову назад и закусывает губу. Он чувствует свой член, скользкий от крови пепельноволосого, внутри младшего, и это сносит ему крышу. Вторая рука темноволосого сжимает бедро Кима, и репер натягивает Нама в только ему удобном темпе, ударяясь своими яичками о промежность лидера. RM тихо стонет себе в руку и неосознанно делает движение навстречу члену старшего, выгибая спину и касаясь ею груди брюнета. Острая боль вновь прошивает его тело. Юнги впивается зубами в плечо Намджуна и кончает, заполняя парня своей спермой, которая вытекает из дырочки пепельноволосого, как только рэпер выходит из него. — Ты был божественен, — говорит Шуга, глядя на дрожащего друга. — Тебе же понравилось?        Ким молчит и лишь сильнее сжимает кулаки, стараясь удержаться на ногах и не сползти позорно на пол прямо перед брюнетом. Он ещё спрашивает, понравилось ли ему? Сволочь! Это было чертовски ужасно, до сих пор больно. Сперма стекает по внутренней стороне бедра, смешивается с кровью парня и падает на пол красно-белой жижей.        Не дождавшись ответа, Мин подходит к лидеру и дотрагивается до его плеча, но тот сразу же дёргается в бок, уходя от прикосновений. Ноги младшего все-таки подкосились, и он падает на пол, сильно ударяется спиной о столешницу и затихает, опуская голову вниз. Плечи пепельноволосого несильно подрагивают, и холод пробегает по его оголенному телу, вызывая табун мурашек, но ему всё равно. Спина ноет от тупой боли, слезы скапливаются в уголках глаз, становится как-то… Даже не больно — обидно. — Эй, ты как? — обеспокоенно спрашивает темноволосый и подходит к парню. — Все нормально?        Его рука тянется к Намджуну, но тот ударяет по ней со всей силы, даже не поднимая взгляда. С губ лидера срывается тихий всхлип и растворяется в повисшей тишине. Шуга убирает свою руку и отходит на пару шагов. Он быстро, насколько ему это позволяет алкоголь, одевается и покидает студию, оставляя младшего одного.        Как только закрывается дверь, Ким упирается руками в пол и пытается подняться, но сильная боль пронзает его бедра, и он вновь падает. Чувство опустошенности заполняет его с каждой секундой все больше и больше. Слезы душат его изнутри и не дают вымолвить и слова. Быть изнасилованным своим лучшим другом — замечательно! Его разрывало изнутри, кромсало на маленькие кусочки и размазывало по бледным стенам, завешанным заметками и строчками песен. Самое ужасное в том, что рэпер был нежен с ним в какой-то степени. Если бы темноволосый просто трахнул его, без чувств, грубо, жестко, то пепельноволосый мог скинуть это на простое изнасилование, он смог бы его ненавидеть. Но Юнги пытался быть аккуратным, даже в таком состоянии он старался сохранить рассудок, теперь Намджун не может его ненавидеть, как бы не хотел. — За что? — со слезами на глазах, шепчет лидер и судорожно выдыхает, дрожащими руками вытирая прозрачные капли со щёк.        Сил едва хватает на то, чтобы доползти до дивана и укрыть окровавленные бедра пледом, под которым совсем недавно спал брюнет. Холодные пальцы сжимают край ткани, и парень закрывает полные усталости глаза, проваливаясь в беспокойный сон.        Завтра Мин, скорее всего, ничего не вспомнит. Надо сохранить сегодняшнее в тайне.