Я десептикон!

В какой-то далёкой галактике в какой-то солнечной системе полным ходом шла погоня. Космолёт, преследуемый в несколько раз меньшими шаттлами, маневрировал среди астероидов, пытаясь оторваться от линейного огня. Один удар пришёлся в двигатель, и того в миг охватило синее пламя. Системы оглушающе запищали, на главном экране всплыло большое красное окно с надписью "опасность". Белая фем с ярко красными окулярами беспокойно металась по всей панели, стараясь одновременно уворачиваться от выстрелов и астероидов и блокировать возгорающиеся отсеки. По предназначению, корабль не предназначен для одного пилота, поэтому следить за всем сразу было нереально трудно. — Рэмбо, срочно в левое крыло! Этот отсек сейчас развалится, и ты вместе с ним останешься в открытом космосе! — помехами прозвучал голос из динамиков, отчего предакон еле разобрал слова. В следующую секунду стены затрещали, оголяя внутреннюю проводку, и части стали отваливаться, улетая далеко в пустоту. Рэмбо только успел запрыгнуть в целый отсек, как дверь захлопнулась, закрывая отвалившийся кусок корабля. В противоположном коридоре сильнее разгорался синий огонь, куда понёсся предакончик. Высокой температурой огненного дыхания он начал тушить ледяной пожар, однако тот распространялся слишком быстро. — Напарник, советую тебе за что-нибудь ухватиться, — после предупредительной речи фем направила всю энергию в центральный двигатель, собираясь сделать межпространственный прыжок. Космолёт загудел, завибрировал, и через пару кликов исчез из поля зрения противника.

***

Недалеко от Луны вспышкой появился неизвестный объект. Пылающий корабль стремительно нёсся к Земле, но на полпути пробороздил в спутнике длинную прямую, тем самым перекручиваясь в полёте. Практически вся корма сгорела в плотных слоях атмосферы, только лишь центральная часть долетела до земли, оставив и на ней борозду. Через несколько минут из раскалённой железяки вывалились два силуэта, перед этим выбив вход. Белый трансформер подхватил предакона, стараясь оттащить подальше, как произошёл взрыв. Центральный двигатель разнесло на мелкие расплавленные кусочки, оставшийся же правый жалко прогудел, со скрипом падая на землю. Фемка со вздохом откинулась на траву, положив рядом с собой предакона, который был без сознания. Притушив оптику, она устало прогнала воздух по системам, полностью расслабившись.

***

Ночь плавно переходила в день. Первые лучи солнца становились всё ярче и ярче, окрашивая небо в яркие цвета. Природа потихоньку просыпалась, щебет птиц усиливался, лёгкий ветерок шелестел травой. Фемма разлепила окуляры через некоторое усилие. Весь корпус ныл от недавней встречи с автоботами, конечности не собирались слушаться. Она кое-как приподнялась на локтях и, увидев развалившийся корабль, свалилась обратно. — Нам конец. И не удивительно. Автоботы, возможно, уже отследили их местоположение, но также возможно им глубоко наплевать. Однако остановиться на чужой неизвестной планете без возможности улететь... Не самый хороший вариант. Фем провела манипулятором по месту, где находился предакон, но его там не оказалось. — Ну и куда он делся? Со стороны судна раздался звук трения металла о металл. Из пробоины выпрыгнул Рэмбо с каким-то предметом в дентопластинах, направляясь в сторону напарницы. Он рухнул рядом на землю, неразборчиво говоря что-то про самоуничтожение. — Так, давай на понятном языке, — спокойно проговорила десептиконша, перебивая сбивчивую речь. — Самоуничтожение... Корабль... Я случайно нажал... — предакон возбуждённо топтался на месте и поглядывал на металлолом. — Нужно срочно уходить! — Сколько, говоришь, есть времени? — задумчиво спросила она, неотрывно наблюдая за кораблём, который с каждой секундой гудел всё громче и громче. — Пара кликов, — выдыхнул Рэмбо, через миг поняв свою ошибку. — Нет. Бар, даже не думай об этом... Фемка сорвалась с места и понеслась в сторону космолёта. — Барика! Да чтоб её... — буркнул кассетник, полетев следом. Фемка добежала до входа и, нырнув в узкий проход, скатилась к панели управления. Внутри температура стремительно повышалась, что даже вентилировать стало тяжело. С потолка свисали толстые кабеля — некоторые были оборванными и пускали искры. Барика набрала определённую комбинацию, и на тусклом экране высветилась надпись "самоуничтожение" с двумя полями, расположенными на противоположных сторонах. — Рэмбо, отыщи на той стороне кнопку отмены! — указала фем, разгребая кучи проводов на панели. Предакон смёл всё лишнее, и тут же в окуляры бросилась ярко-красная кнопка. — Есть! — Так, теперь нужно их одновременно нажать, — Бар отыскала у себя такую же и подняла взгляд на напарника. — Готов? — Всегда готов! — Тогда три...два...один... — оба поля на экране поменялись в цвете, а потом и вовсе погасли, но надпись не исчезла. Времени до взрыва оставалось совсем немного, поэтому Рэмбо уже начал сомневаться в правильности этой идеи, но, доверяя уверенной напарнице, продолжал стоять на месте. Он зажмурился, когда на таймере показало ноль, но ничего такого не произошло. — Что, напугался? — ехидно спросила Барика, прислонившись к стенке. — Напугался?! Да мы могли погибнуть! — взорвался вместо корабля предакон. — Откуда ты знала, что это сработает? — У-у, это долгая история, — она притушила оптику, расслабившись. — Ещё до войны, когда я перевелась в кадетку, мы изучали этот корабль. Довольно старая модель. Удивительно даже, что ей до сих пор пользуются. Хотя, этому есть обоснование — трёхдвигательный, один из которых может совершать межпространственные прыжки, крепкий каплевидный корпус и удобный в размерах. Я могу перечислить ещё кучу плюсов и минусов, но ты же не это хочешь узнать, — Рэмбо подошёл поближе и устроился рядом, поймав на себе уставший взгляд. — Нам задали прочитать тему...не помню какую, — и конечно же кроме меня никто не притронулся к датападу. В итоге на следующий день учитель устроил внезапную практику: мы должны были разделиться на пары и предотвратить самоуничтожение, но так как никто ничего не знал, всем подряд он выставлял незачёт. Когда же пришёл наш черёд, мы успешно выполнили задачу. Видел бы ты их лицевые, когда нам поставили самый высокий балл, — она улыбнулась той улыбкой, когда одновременно испытывают и боль, и счастье. — С того дня в памяти отложилась вся информация об этой старушке, — фемка с любовью похлопала по панели. Теперь Рэмбо видел уже не обычный корабль, а легендарный космолёт, чуть ли не самый лучший в истории Кибертрона. — Да и вообще здесь полно запасов энергона, что на весь актив хватит. Если бы взрыв всё-таки произошёл... В общем, не успели бы уйти от ударной волны. — Слушай, у меня есть давнешний вопрос... Можно? — Конечно, спрашивай. — Ты много чего рассказала, но в большинстве случаях упоминаешь "мы". То есть "мы" это кто? Бар вдруг округлила окуляры. В них мелькнула тоска вперемешку с чем-то ещё, чего предакон не смог разобрать. Ему показалось, что она никогда ещё так долго не молчала, будто что-то решала для себя. Вентиляция вдруг надорвалась, и напарник уже начал беспокоиться, что сказал что-то не то. — Это...С...Ск...Старый друг... — выдавила из себя фем, отвернувшись в сторону. Повисло неловкое молчание, и предакону стало как-то неудобно находиться здесь. Через пару секунд она тяжело поднялась и начала набирать на панели определённые команды. — Корабль нужно замаскировать. Если автоботы всё же найдут эту планету, им придётся немного постараться, прежде чем найти его, — на экране высветились различные быстро меняющиеся команды, из который Рэмбо смог разобрать только "скрытность". Космолёт вдруг раздал свист, больше похожий на разогрев оружия, и пустил вокруг себя невидимое защитное поле. — На этой планете, судя по данным, должны находиться трансформеры, но какой фракции — не указано. Барика направилась к выходу и, цепляясь за пластины и кабеля, выпрыгнула на землю. Предакон вылетел следом, остановившись позади неё. Солнце уже почти оторвалось от горизонта. Яркие лучи играли на броне и даже немного ослепляли, заставляя прикрыть окуляры. День только начинался, и они не будут тратить его зря. — Что ж, нужно изучить эту планету.