Моя Синевласка

Понедельник. 23:50

POV Ларри       Мы с Тоддом в самом эпицентре веселья. Танцы, музыка, бухло. Как давно я не чувствовал этой эйфории… Я немного устал, и взяв очередной напиток, пошёл к диванам. Через пару минут подошёл и Тодд. По его лицу было понятно, что он хочет что-то обсудить. Так как тут слишком шумно, мы взяли бутылку виски и направились на второй этаж, там потише. Тодд сел на кресло и медленно отпив из бутылки, начал разговор. —Ларри, что происходит в твоей жизни? В последнее время ты сам не свой. Сначала начал дико витать в облаках, после я узнаю, что ты в больнице. Ты практически не общаешься ни с кем в школе, и стал прогуливать намного чаще, да ещё и не говоря мне ни слова. Я переживаю, Лар, — Моррисон глотнул ещё немного и стал ждать рассказа от меня. Тут он прав, со всем, что происходит, я совсем забыл о нём. Рано или поздно, этот разговор всё равно бы состоялся. Теперь уже виски хлебнул я, и вздохнув, начал рассказ. —Тодд, за последнее время в моей жизни столько непонятной хуйни. Помнишь Салли? Того паренька, над которым я издевался? — Тодд кивнул, — Так вот, по очень ебанутым обстоятельствам, мы стали с ним друзьями. И мне кажется, чем-то больше… Понимаешь, вся его жизнь это сплошное дерьмо. У него ебанутый отец, избивавший до смерти. У него изуродованное лицо, и самооценка ниже плинтуса. Плюс к этому добавляются издевательства в школе и полное отсутствие друзей. Последней каплей стала девушка, уведённая мной ради развлечения. —Ну ты и мудак, Джонсон. —Знаю, Тодд, знаю. Так вот. Его шлюхастая подружка разбила его и так ели-живое сердце. И я. Мудак, который портит ему жизнь. Короче у меня проснулась совесть и я извинился перед ним и утешил. Понимаешь, стоило мне только увидеть его бездонные глаза рядом, как я стал другим человеком. Он перевернул моё представление о мире с ног на голову. И я понял, что не позволю ему больше страдать. А на следующий день он не пришёл в школу. И я запереживал. Но не пришёл проведать его. Дебил. Пришёл я только тогда, когда собирался к тебе. И что я увидел? Распахнутая настежь дверь и Салли, лежащий в луже крови с изуродованным телом и ещё более изуродованным лицом. Я побежал с ним в больницу, просидел там хуеву тучу времени, и в свои семнадцать лет, кажется, поседел. В итоге ко мне всё-таки вышел врач. У Сала целая куча ушибов, сломанная рука и разошедшиеся швы на лице. В больнице пролежит минимум месяц. Как выяснилось, его избил папаша-имбицил. А через несколько дней его избитый труп нашли хуй знает где. Наверное, подрался с каким-нибудь бомжом за лишнюю рюмку. Сука.       Я не мог нормально говорить. Горло горело от сухости и выпитого спирта, а в мозгу кипела ярость. Перед глазами плыли картины того, как этот мудак бьет Сала. Блять. Я выпил ещё немного, подождал пару минут и продолжил. —Похороны, прошедшие в субботу, Сал пережил очень тяжело. Ему стало плохо, поднялась температура, он начал бредить. Так, ладно, тяжело об этом думать. —Чел, я всё понимаю, если не хочешь продолжать — не надо. Ты и так много мне вывалил. —Тодд, я не знаю, что делать. Впервые я испытываю что-то подобное. Я не могу думать о чём-то кроме него и секунду. Хочется знать, что с ним всё в порядке. Хочется видеть его, держать за руку, смотреть в эти глаза. Тодд, я схожу с ума? —Ну уж нет. Это куда-а-а серьёзнее. Ларри, походу ты встретил «ту единственную», — Тодд усмехнулся и похлопал меня по плечу. —Тодд, что ты несёшь? Я с тобой серьёзно, а ты… —А я тоже серьёзно. Даже не думай засыпать меня оправданиями вроде: «Он просто очень близкий друг, он мне как младший брат». Признай, это так. Тебе нравится Салли. Заметь, если бы речь шла о девушке, то и сомнений бы не было. Просто у тебя в мозгу прочно держится стереотип, что «однополая любовь— это плохо». Да какая к чёрту разница? Есть член, нету члена, что в этом такого? Ты любишь этого запуганного паренька, и я уверен, что он тоже к тебе неравнодушен. Так что ты медлишь, действуй! Поговори с ним, признайся. И я уверен, что очень скоро твои глаза будут сиять этим незабываемым блеском счастья. —Тодд… Спасибо, — Я обнял его и мы вдвоём выпили по стакану. Моррисон и вправду открыл мне глаза. Правда всё время была на поверхности, а я пытался нырять в глубину, в поисках ответа. А всё оказалось так просто. Я люблю Салли. Наконец-то я стал честен сам с собой.       По этому поводу и покурить можно. Я достал из кармана старую пачку, вытащил сигарету и поджог. Вдохнул, выдохнул. Приятная теплота растеклась по всему телу. Уже почти забытый вкус родных Marlboro грел душу. Но ещё сильнее её грела мысль о мальчишке, с голубыми хвостиками, маленькими ручками и самым красивым лицом во вселенной.

***

      Ларри и Тодд отдыхали на первом этаже. После разговора настроение поднялось у обоих. Ларри вёл себя как ребёнок, которому подарили очень крутую игрушку. Прям светился от счастья. А Тодд просто наблюдал за ним, и искренне был рад за друга. — Чувак, я отойду, — Крикнул Ларри Тодду и ушёл в сторону туалетов.       Тодд этому никакого значения не предал и продолжил танцевать. Ларри зашёл в туалет и сделав все свои дела, закурил очередную сигарету. Все его мысли, как и всегда, занимал маленький ангел с голубыми глазами. Как он? Всё-ли с ним хорошо? Не мучают ли его кошмары, об отсутствии которых он наврал?       Из раздумий его вывел звук пришедшего уведомления. Ларри достал телефон, посмотрел на экран и замер. Всё остановилось в этот момент. Мир рухнул, рухнул прямо на Джонсона. Его глаза заблестели и слеза чуть не скатилась по щеке. Потом его тёмные глаза загорелись красным пламенем. Он ударил кулаком в зеркало, посыпались осколки. Из руки быстрыми каплями текла кровь. Но Ларри всё равно. Его вообще больше не волнует, что с ним. Его единственная проблема сейчас — сообщение, пришедшее от неизвестного, но наизусть заученного номера.       Приветик. Скучал по мне? Думал, что я о тебе забуду и буду бездействовать? Боже, это же так скучно! Я тут познакомился с твоим уродцем, ты был прав, в нём что-то есть. Эти пухлые изрезанные губы так манят… Хочется добавить ещё пару порезов. Знаешь, я удивлён. Ты очень хорошо воспитал эту псинку, пока отходил от препаратов, постоянно стонал «Ларри, Ларри». Даже обидно, что такая интересная игрушка принадлежит не мне. А хотя, на данный момент он у меня, и мне ничего не мешает воспользоваться этим прекрасным моментом.       Ну посмотри на него, он же так и манит!       Следующими сообщением пришла фотография. Ларри не сразу заставил себя посмотреть на неё. И когда Джонсон наконец открыл глаза, он пару секунд посмотрел на фото, а после скривился и выбежал из туалета.       А в его руке всё-также был телефон, с открытой фотографией Сала, связанного, с плачущим, напуганным лицом и отблеском наркотиков в глазах.