Третий лишний

POV Лалиса Манобан После пар мы с Хосоком пошли на прогулку. Я не доставала его расспросами, хотя, будем честными, очень хотелось сделать это. Но я видела, в каком сейчас состоянии находился мой друг, поэтому не спешила злить его ещё больше. Только шла следом, иногда поглядывая на него и вздыхая. Кажется, Хосок был нереально зол, редко когда я видела его таким, а оттого и не знала, как себя вести. Раньше бы я всё свела в шутку, но сейчас боялась сделать только хуже. Он же может сорваться на меня! Залог нашей долгой и крепкой дружбы — мы понимаем, когда лучше промолчать, когда лучше ничего не делать, а когда наоборот. Так что, я решила ещё немного помолчать. В конце-то концов, не будет же его настроение вечно плохим? Но всему приходит конец. Как например, моему терпению. Поэтому я резко останавливаюсь, скрещивая руки на груди и пилю спину друга злобным взглядом. Он продолжает идти вперёд, и лишь пройдя достаточно большое расстояние, крутит головой в поисках меня. Найдя, поворачивается ко мне, и даже находясь на расстоянии, я всё равно слышу его тяжёлый вздох. Что же не так, Хосок? Он стоит и смотрит на меня, и почему-то в его взгляде я вижу печаль. Он расстроен, кажется, устал и, судя по всему, чувствует вину. Но за что? На губах Хосока появляется вымученная улыбка, и он вновь смотрит на меня, как загнанный в клетку зверёк на того, кто его туда загнал. Ёжусь от взгляда Чона, понимая, что это из-за меня, и спешу подойти к другу, дабы успокоить его. Ну или подбодрить. И, в конце концов, узнать, почему он такой и, что только что было в университете? Что, чёрт возьми, случилось? Это из-за меня? Но… почему? — Объяснишь мне всё? — подойдя к парню спрашиваю я, всё ещё держа руки скрещенными на груди. Сейчас у меня на лице нет ни намёка на улыбку. Мой вид, кажется, пугает Хосока, но он держится молодцом. Просто кивает, но всё равно продолжает молчать. Знает, как я это терпеть не могу, и всё равно делает это. — Хосок! Раздражаюсь я, щёлкая пальцами у лица друга. Он должен всё объяснить. — Прости, — спустя ещё немного времени отвечает Хосок, опустив взгляд. Он прячет свои глаза от меня! Он не хочет показывать свои истинные чувства! Да что это за Ким Тэхён такой, и что он сделал моему другу? Почему у вечно дружелюбного Чона вдруг такая огромная неприязнь и злость на моего нового одногруппника? — Когда ты узнаешь ответ, когда поймёшь всё, ты будешь ненавидеть меня, — горько усмехнувшись продолжает говорить Хосок, заставляя меня в удивлении раскрыть глаза. В смысле? Что он несёт? — Мне это не нравится, — сжимая губы, и едва сдерживая слёзы, говорю я. Мне правда это не нравится. Верните мне беззаботное лето и море радости, я что, много прошу? Всего лишь немного счастья! — Мне тоже, — тихо произносит Хосок, всё ещё держа голову опущенной. Словно провинившийся ребёнок, выслушивающий порцию ругани от взрослых. Но я ведь не ругаю Хоупа, не виню его в чём-то, я просто хочу понять. Разве это преступление? Разве это плохо? Нет, я так не думаю. Но, кажется, это тот случай, когда наши мнения с Чоном не сходятся. — Хосок! — вновь злюсь я, да чего он не может сказать всё, как есть? — Прости, — во второй раз повторяет Хосок, а после отворачивается от меня и уходит, оставив кусать губы в недоумении и злости на дурака — лучшего друга. Ну ничего! Я ещё узнаю правду. Разворачиваюсь и иду в противоположную от Хосока сторону. Не пойду домой, мне нужно обдумать всё, взвесить всё, вспомнить всё. Да и просто голову освежить. А потому домой точно нельзя. Прогулки и свежий воздух всегда помогали мне. Не то, чтобы в моей жизни было много таких моментов, или же просто ссор с кем бы то ни было, чтобы я могла обдумывать всё происходящее, анализировать, искать выход, и всё остальное в этом духе. Но всё же выдавались подобные денёчки, и лучшим решением для меня было идти гулять. Или кататься по городу на автобусе, наблюдать за прохожими, слушать музыку и замыкаться в себе, находя решения и всё взвешивая. — Какие люди! Это что, проклятье? Или мне судьба подарок такой даровала? Ким Тэхён, собственной персоной, шёл ко мне навстречу, радостно размахивая своими конечностями в знак приветствия. Делаю вид, что не узнала парня и хочу уже смотаться, как он в два шага оказывается рядом, продолжая тянуть довольную лыбу, и хватает меня под руку. Не успеваю возмутиться и огреть этого идиота чем-то по голове, как тот уводит меня с улочки, по которой я решила пройтись, дабы остудиться и прийти в себя после странного разговора с Хосоком. Между прочим, причиной нашего странного разговора был именно Ким, крепко державший меня под руку, боясь, видимо, что сбегу. В прочем, правильно делает, промелькнула в моей голове недавно мыслишка сбежать. — Отпусти меня! — кажется я не говорю, я шиплю на парня, словно змея. На что Ким, кстати говоря, лишь отмахивается, продолжая куда-то вести. Но разве должна я терпеть подобное? Конечно, нет. Поэтому я начинаю кричать на всю улицу, надеясь, что это меня спасёт. — Помогите! Помогите! Похищают! Тэхён, сначала заметно удивившийся моей выходке, после добро рассмеялся и, махнул пару людям, решившим помочь: — Она просто на днях из психушки выписалась, не отошла ещё, шутки шутить. Это он меня сейчас сумасшедшей назвал?! Не смея терпеть ещё и обзывательства, я быстро кусаю ладонь Тэхёна, до конца даже не сообразив, что делаю. А Тэхён лишь продолжал смеяться, кивком показывая подошедшим на мою выходку, мол, я же говорил. — Пусть и дурная, но люблю её, — отчего-то решает рассказать Тэхён, а прохожие понимающе кивают, кидая на меня заинтересованные взгляды. Господи, стыдоба какая. Я почти зеленею от злости, когда наконец люди уходят и мы продолжаем путь куда-то с Тэхёном. — Совсем страх потерял?! — возмущаюсь, злюсь так сильно, что чуть ли пар из ушей не валит, но Киму хоть бы хны, идёт себе довольный, чем, кстати говоря, выводит меня из себя ещё сильнее. —Отвечай! Эй! Оглох что ли? Что ты творишь? Чего перед людьми позоришь?! Да я тебе!.. Но, что я там ему, договорить не успеваю, потому что мы доходим до нужного места и Тэхён прерывает всю мою речь одним лишь радостным: «Дошли!». Мы останавливаемся у кафе, которое прекрасно мне знакомо. Это то самое место, которое я с Хосоком посещаю чуть ли не каждые выходные с тех самых пор, как нам исполнилось по одиннадцать лет. В изумлении гляжу сначала на кафе, потом на Тэхёна, который выжидающе смотрит на меня, со своей этой квадратной улыбочкой. Жуть, как бесит! — И что? — наконец беру себя в руки, и вновь строю самую злую особу в мире. Но это нисколько не отталкивает Тэхёна, наоборот, он ещё шире расплывается в улыбке от моего вопроса. — И то, милая моя, — щёлкнув пальцами по моему носу, говорит Ким дурачок. — Я сегодня с утра ничего не ел, так что хочу кушать! Пошли скорее, места здесь не так то просто занять. И я это прекрасно знаю, потому что Хосоку приходится занимать места за день до нашего похода. Но, кажется, Тэхён невероятный счастливчик, потому что мы без труда занимаем свободный стол. Тот самый, за которым я обычно сижу со своим другом. Кстати о нём. Я достаю из кармана мобильный, проверяя нет ли там сообщений от Хоупа, но ничего нет. Абсолютная тишина. Даже мама, и та ни единого сообщения не отправила, хотя сегодня первый день в универе! Да и, между прочим, пары давно кончились, а дочери дома ещё нет. Что за женщина! Неужели не волнуется? К нам подбегает официантка, как-то слишком радостно улыбается Киму и принимает наш заказ. Главное блюдо этого кафе — чачжанмён. И, естественно, я выбираю его и латте. И всё равно, что не сочетается. Мне нравится кофе, и нравится лапша. Всё хорошо. Тэхён берёт себе тоже самое, даже особо не парясь о заказе, и меня на миг поселяет подозрительная мысль о том, что не так уж он и голоден. Ему слишком всё равно на то, что он ест. Зато Киму совершенно не всё равно на то, что я там высматриваю в телефоне, почему я такая злая, когда я постригла волосы, почему выбрала экономику, поговорила ли я с Хосоком. И на последнем вопросе моё терпение лопается. Окидываю сидящего напротив холодным взглядом, не желая обсуждать с ним моего друга. — Тебя это не касается, разве нет? Тэхён теряется, я читаю это в его взгляде, вижу по изменившемуся выражению лица, и отчего-то подобное вызывает во мне радость, и я не сдерживаюсь, улыбаюсь, тем самым ещё больше удивляя Кима. — Ох, Лиса… — только и говорит он, качая головой, и в этот момент нам приносят наш заказ. Больше Ким мне не интересен и я с огромным удовольствием приступаю к приёму пищи. Если не брать в расчёт мою компанию на этот вечер, всё проходит довольно хорошо. Вдоволь наевшись и напившись, мы пошли с Тэхёном на прогулку. Точнее, пошла я, а он просто поплёлся следом, отказавшись оставлять меня в покое. Не сказать, что я была очень раздражена или огорчена присутствием парня, но и радости особой не было. Я бы лучше с Хосоком так погуляла. Как вчера. Вздыхаю, вспоминая о событиях прошлых дней, отмечая про себя, что до появления Тэхёна всё было хорошо. Резко останавливаюсь, разворачиваюсь к парню, что плёлся сзади меня, и внимательно смотрю на него. Что я пытаюсь увидеть? Не знаю. Хоть что-нибудь, что поможет мне понять поведение моего лучшего друга. Не с проста же он таким ядом плевался в Кима, м? — Как ты связан со мной и Хосоком? Пробую попытку узнать всё у Тэхёна, раз уж с Хосоком не вышло. Может, этот будет разговорчивее. Ким смотрит мне в глаза, долго, изучающе. Будто бы пытается что-то понять, что-то узнать. Но ведь это я должна задавать вопросы, нет? — Тэхён? Как ты связан со мной и Хосоком? — повторяю свой вопрос, надеясь, что на этот раз повезёт. Но Тэхён всё ещё молчит, смотрит и молчит, как и Хоуп днём. Чёрт, они снова издеваются надо мной! —Тэхён! Как ты св… — но мои слова теряются, так и не успев вырваться наружу, потому что Тэхён затыкает меня поцелуем. Не нежным, милым и осторожным, а горестным, полным страсти и жестким. Хочу оттолкнуть Кима от себя, и почти делаю это, но он крепко сжимает меня в своих руках, прорываясь в мой рот своим языком. Но я упрямо сжимаю зубы, не давая Киму прохода. Тогда он пытается укусить меня за губу, надеясь, что это поможет отвлечься, но вместо этого получает от меня по щеке. Звонкая пощёчина позволяет Тэхёну остудить свой пыл и успокоиться. — Никогда. Так. Не. Делай! — злость на Кима переполняет меня. Кажется, я даже трясусь, смотря на Тэхёна с отвращением, что ворвалось в меня вместе с его поцелуем. Стою так ещё немного, а после бегу от Тэхёна. На этот раз Ким не пытается меня оставить, остаётся стоять там же, где и стоял до этого. И, прежде чем скрыться от парня, слышу, как он ругается матом, а после добавляет: — Придурок… И смотрит на меня. Чёрт дёрнул меня обернуться к нему, прежде чем уйти отсюда. Теперь в памяти навсегда останется потускневший взгляд Тэхёна, у которого будто бы отняли весь этот мир. Конец POV Лалисы Манобан. Лиса заходит домой ближе к девяти вечера. Как только она оказалась на дальнем расстоянии от Тэхёна, ей стало плохо. Головная боль, что нередко стала посещать Лису в последнее время, вернулась. Это было плохим знаком, но девушка мало волновалась об этом, больше отдавая себя мыслям о Тэхёне и поцелуе с ним. Отвращение сменилось на простую злость, и теперь, когда Лиса находилась на достаточном расстоянии от парня, ей стало легче. Но как же её выбесил этот поступок! Чёртов кретин этот Ким Тэхён, не иначе. — О, вернулась! — Минни появляется в прихожей, с улыбкой на губах глядя на свою младшую сестру. Мин недавно вернулась из-за границы, и теперь работала в какой-то фирме помощником архитектора. Ей нравилась её работа, но ей не нравился её начальник. Хотя Лиса видела его один раз, и, надо отдать должное, Мин Юнги был привлекательным, даже не так, горячим. Он действительно был горячим. И поэтому Манобан-младшая до сих пор не понимала, что её сестре не нравится в этом мужчине. — Я приготовила шоколадные печенья! — Я не голодна, — устало отвечает Лиса, не разделяя восторга сестры от шоколадного печенья. На что Минни не обижается, но хмурится, чувствуя, что что-то не так. — Что же случилось? — Да так, — отмахивается блондинка, желая поскорее оказаться в своей комнате. Только там и можно найти спасение от всего мира. — Вот уж не надо, говори, — Мин ещё сильнее хмурится, не понимая, что случилось с её довольной жизнью сестрой. А Лиса вдруг понимает, что не отвяжется от сестры, если не расскажет, поэтому пересиливает себя, натягивая улыбку на лицо и кивает. — Переоденусь, и приду на кухню. Готовь чай и печеньки свои. Вмиг возрадовавшись своей маленькой победе, Минни бежит на кухню ставить чайник. Её шоколадное печенье должно помочь подняться настроению младшенькой! Точно-точно. Лиса быстро переодевается в домашние вещи, и идёт, как и обещала сестре, на кухню. Чай уже разлит по кружкам, тарелка с печеньем стоит посередине стола, плюс ещё есть множество вкусняшек, которые отец семейства вообще-то не разрешает держать на столе, но кого это волнует? — Куда родители делись? — спрашивает Лиса, запихивая печенье в рот. Ей хочется оттянуть неизбежное, поэтому девушка находит отвлечённые от своей проблемы темы, и спрашивает, спрашивает, спрашивает. В конце концов, Минни это надоедает, и она резко, но не сильно, стучит кулачком по столу, заставляя Манобан вздрогнуть. — Говори уже! Терять терпение в считанные секунды — это семейное, в этом Лалиса уверена. Поэтому она вздыхает, откладывая кружку с чаем и кладёт на стол недоеденный кусок печенья. — Дело в Хосоке, — почти правда, Лиса смотрит на сестру, и не дожидаясь какой-либо реакции от той, продолжает, даже не поняв, в какой момент начала говорить всё, ничего не скрывая: и о первой встрече с одногруппником, и о стычке Кима и Хосока, и о последующем разговоре с Хоупом, и даже о прогулке с Кимом и поцелуем с ним же. Лиса говорит, даже не замечая, как постепенно лицо Мин меняется с удивлённого и заинтересованного, в виноватое и напряжённое. Когда Манобан замолкает, Минни кусает губу. Тайка старается не смотреть сестре в глаза, понимая, что если сделает это, тоже не выдержит, не сможет скрыть всё. Но, что удивительно, даже после встречи с Тэхёном, после поцелуя с ним, Лиса всё ещё не вспомнила. Совершенно ничего! Хотя, по сути, многие так и вспоминали утерянные отрывки из своей жизни: переживая всё тоже самое, или встречаясь с теми же людьми. Но тут, видимо, что-то не так. — Лиса, знаешь… Я должна кое-что сказать тебе, — спустя несколько минут тишины, Минни наконец собирается с мыслями и решает наконец рассказать сестрёнке правду. Но в этот момент в дверь раздаётся звонок, и сёстрам приходится выйти в коридор, дабы открыть дверь. На пороге оказываются родители, которые вернулись с какого-то мероприятия, безумно счастливые, надо заметить. За смехом, за разговорами с ними, обе девушки забывают, о чём говорили до этого. Но, когда Минни вдруг вспоминает об этом, Лиса уже спит, свернувшись в клубочек на кровати, видя какой-то странный сон с участием себя и её одногруппника.