Уповаем

POV Кристофера Тафта Сара так неожиданно на меня бросилась, что я едва устоял на ногах. Перед глазами все кружилось, а в голове было лишь то, что Иви, наконец-таки, зашла в эфир. Но в такой неподходящий момент. Именно тогда, когда меня целовала Питерс, когда мои губы неосознанно, машинально прижались к ее виску, а рука лишь сильнее стиснула плечо. Эфир был долгим, мне даже приходилось перезапускать несколько раз. И постоянно Хардман сидела на эфире, но ничего не писала в чат. Это было так в ее стиле. Почти под утро, когда я еле дошел до постели, а мне на колени уселась Питерс, сначала крепко обнимая, а потом пьяно целуя в губы, то я был не против овладеть ею. Тем более, мы регулярно занимались сексом на протяжении трех месяцев, и никто не был против. Но сейчас, когда сил практически не было, а желание взяло вверх, то я простым движением намотал светлые волос девушку на кулак и слегка оттянул назад, чтобы впиться в нежную кожу шеи, чтобы проследовать языком к вырезу на рубашке. Питерс цеплялась руками за мои плечи, когда я всасывал ее язык в свой рот, когда бешено сминал ее губы своими, когда сильно сжимал ягодицы пальцами. Сара сняла с себя рубашку, оставаясь в черном кружевном белье, я облизал губы и внимательно на нее посмотрел. В голубых глазах, что были напротив моих, плескалась муть и опьяненное состояние, она пошло прикусывала губы и ехидно улыбалась, будто добилась желаемого. Я пару раз моргнул и прошептал: — Сар, давай не сегодня? — Что? — она непонимающе уставилась на меня. — Крис? Что с тобой? — Ничего, все хорошо. Просто хочется спать. — Ты уверен?   — На все сто. Такое бывало, когда я просто в один миг не хотел Сару, и она это прекрасно понимала, поэтому просто слезала с колен или переставала проявлять инициативу, а просто коротко целовала в лоб и ложилась рядом. Также она сделала и сейчас. Я моментально уснул. Утром, когда я открыл глаза, то Питерс мирно спала, обняв ногами одеяло и отвернувшись к стене. Потянувшись, я глянул на часы и понял, что нужно уже вставать, чтобы вовремя приехать обратно в город и успеть собраться на учебу. Умывшись и приняв душ, я замотался в полотенце и пошел будить Сару. В город мы приехали около семи вечера, поэтому мне пришлось проводить девушку до дома, а только потом ехать к себе. Честно говоря, у меня не было никакого настроения, и я даже не мог понять почему. Мне ничего не хотелось, лишь выпить стакан воды и улечься спать. И написать малышке Иви, которая, наверное, совсем скоро ляжет спать и проспит до утра. А уже завтра утром мы встретимся с ней в школе, где она покраснеет, как тогда в магазине, и поспешно уйдет, чтобы избежать со мной встречи. Она такая забавная. Зайдя на Фейсбук, я увидел парочку новых сообщений. И, конечно же, одно было от Хардман еще в десять часов утра. Она всего лишь пожелала мне доброе утро. Кристофер Тафт: «Добрый вечер.» Иви Хардман: «Добрый.» Кристофер Тафт: «Как провела выходные?» Иви Хардман: «Отлично. А ты как? Думаю, можно и не спрашивать, по эфирам можно сказать, что очень весело.» Кристофер Тафт: «Даа, только голова немного побаливает, да и ужасный сушняк, а так неплохо.» Интересно, она скажет что-то про Сару? Конечно, скажет, куда она денется. Иви Хардман: «Слушай, меня волнует один вопрос.» Кристофер Тафт: «Слушаю.» Иви Хардман: «Твоя девушка не против, что ты общаешься с другими девушками? Малышка, я так ждал этой темы, даже не представляешь. Кристофер Тафт: «Она не знает. Это что-то вроде маленького секрета. Да и зачем ей знать? Это мои друзья, мой круг общения.» И я ответил предельно честно. Питерс никогда не интересовалась тем, с кем я общаюсь, с кем гуляю, с кем провожу свободное время, кому строчу сообщения, когда сижу рядом с ней. Кажется, ее это устраивало, меня тем более. Да и какой парень будет общаться только со своей девушкой? Разве что каблук, а я вовсе не был под каблуком этой светловолосой девицы и никогда там не окажусь. Кристофер Тафт: «А что такое?» — поинтересовался я. Развивать эту тему не хотелось, но отчего-то я решил продолжить. Иви Хардман: «Ну, я думала, что все девушки ревнивые, пытаются уберечь своего парня от других и все дела. Походу, ошиблась.» Кристофер Тафт: «Нет, просто я сразу же дал понять, что не буду себя ни в чем ограничивать, но и повода для недоверия не давал, поэтому все прекрасно». Иви Хардман: «Значит, ты верен своей девушке?» Кристофер Тафт: «На тысячу процентов». И это тоже было правдой. Я не из тех, кто засматривался на чужих девушек или на свободных. Если я выбрал девушку, то буду с ней встречаться до тех пор, пока чувства не пропадут или кому-то из нас двоих не надоест эта тягомотина. Иви Хардман: «Доброй ночи.» Вдруг пришло сообщение с таким содержанием. Я повернул голову на часы, стоящие на прикроватной тумбе, и усмехнулся. Иви была в своем репертуаре. Время слегка перевалило за одиннадцать, как малышка собралась спать. Да и честно говоря, я ее понимал, потому что частенько видел, как она после семи уроков топала на факультативы, а потом еще и домой. Кристофер Тафт: «Ну, неет. Не уходи.» Я не знал, почему написал такое сообщение, но мне хотелось, чтобы девчонка осталась хотя бы на недолгое время, чтобы мы смогли пообщаться еще. Я хотел с ней общаться. Иви Хардман: «Честно, я засыпаю, но могу посидеть еще немного, пока окончательно не усну.» Мысленно я улыбнулся. Утром следующего дня я был слегка взбешен. Будильник вовремя не прозвенел, я опоздал на двадцать минут от долбанного начала литературы. Войдя в класс без стука, наткнулся на злую учительницу, которая стояла у доски. Хренова стерва. — Мистер Тафт, вы забыли манеры? Ей явно было за пятьдесят, но выглядела она хорошо для своих лет. Волосы, покрашенные в темный цвет, наверное, каштановый, крупными локонами вились на голове. Аккуратные дуги бровей, серые, стеклянные глаза с проницательным взглядом и небольшие губы, накрашенные красной помадой под цвет ее туфлей на небольшом каблуке. — Я всего лишь забыл постучать, миссис Мольг. — Это и есть манеры, молодой человек. Вы смеете опаздывать на мой предмет аж на двадцать минут, а также входить без стука. Это ужасный поступок с вашей стороны. Интересно, как вы оправдаете ваше опоздание? Проспали? Эту фразу нужно было оставить в средней школе. Вы уже взрослый, самостоятельный парень, а отговорки, как у семиклашки. Смешно. — Я могу войти? — Если только в кабинет директора. — Миссис Мольг, зачем вы усложняете? Я редко опаздывал на ваши пары, но так уж сложилось, что мой будильник не сработал, и я проспал. Но! Даже дело-то не в этом, а в том, что я просто забыл два раза постучать в дверь. Вы лишь теряете время от своего урока. Давайте вы просто меня пропустите, и все? — После урока напишешь объяснительную. И меня мало волнует, что вы не сможете или не хотите. Я лишь кивнул. Старая сука. А вообще, я абсолютно спокоен, если учесть мои сжатые кулаки под партой, крепко сжатые челюсти и отсутствие всякого настроения. День прошел просто отвратительно, и это еще мягко сказано. Я не думал, что настрой может упасть еще ниже. Во время ланча, когда я преспокойно ел сэндвич, Одридж решил пошутить и опрокинул открытую бутылку прямо на меня. На предпоследнем уроке, которым являлась физика, я получил четыре, потому что забыл записать «ответ». И эта мерзота, подобная учительнице, отказалась исправлять оценку, даже после моего тотального объяснения задачи. А еще, после уроков мне позвонила Сара и попросила о встречи. Видеть ее мне не особо хотелось, но я согласился. Сейчас мы сидели в парке, и она ела йогурт рассказывая о своем дне. — Мэри такая глупая, раз подумала, что в нее может влюбиться красавчик Эванси. — Красавчик Эванси? — я переспросил. Что-то интересненькое намечалось. — Ага. Ты его знаешь, вроде. Он встречался с малышкой Берлиз. — Малышка Берлиз? Питерс, ты что, смеешься? Я типа должен знать всех твоих подружек? — Эм, ну я тебе о ней говорила, вообще-то. — И что, что ты мне о ней говорила? Сара, ты не считаешь странным то, что ты несешь? Хотя бы просто вдумайся. Я, конечно, понимаю, что ты любишь поболтать и рассказать все о всех, но я не запоминаю твоих одногруппников или чьих-то там друзей. Мне они не интересы. Питерс прищурила свои глазенки, непонимающе смотря на меня. Она редко была свидетельницей того, когда у меня было особо плохое настроение, но раз уж она решила сегодня погулять и нести бред, то пусть и получает. Честно, мне было до звезды, что у нее проходило в школе. Особенно, на ее дружков, которые вечно терлись около Сары. Она была красивой, привлекательной и сексуальной, но болтала уж очень много, что было невыносимо утомительным. — Я тебе рассказываю, что у меня случилось, а ты даже не хочешь послушать. — Нет, ты рассказываешь мне про каких-то долбоебов, про которых я слушать не хочу. О себе ты практически ничего не рассказала. И вообще, Сара, мне надоело, что ты постоянно трещишь о своих подружках, у кого и что там. У них своя личная жизнь, пусть они живут так, как хотят, тебя вообще это волновать не должно. Я начинал злиться и на Питерс, которая, по сути, не виновата. Но почему-то она раздражала, и я вовсе не хотел ее видеть. Да и быть с ней уже как-то поднадоело, слишком навязчиво мне рассказывала про жизнь других. — Ты никогда не говорил… — Потому что думал, что у тебя хотя бы появится немного ума, и ты сама додумаешься, что обсуждать чужих — это одно из самых нелицеприятных занятий, но ты продолжала говорить, говорить и говорить. Не надоело? — Чего ты такой заведенный? — Потому что ты меня заебала. Я зло смотрел на девушку, у которой немного подрагивали губы, которая, вероятно, собиралась реветь, но не хотела этого делать при мне, поэтому коротко взглянула на меня и поднялась со скамейки. — Что ты сказал? — Что ты меня за-е-ба-ла. Как тебе еще повторить? — Никак, я тебя услышала и поняла. Она просто взяла, развернулась и пошла прочь от нашего местечка. И мне стало легко. Меня не заботило, что я как-то обидел ее, задел чувства — мне было, откровенно говоря, плевать на нее в данный момент. Конечно, может быть, позже, когда я пойму, что натворил, то прибегну к извинениям, но это вряд ли. Я просто в очередной раз оправдаюсь тем, что в жизни творится херня, и девчонка просто попала под горячую руку. Уже дома, когда я после холодного душа окончательно остыл, то зашел на Фейсбук и написал Иви, которая, к сожалению, была не в сети. Кристофер Тафт: «Целый день насмарку» Девушка долго не появлялась в сети, а когда зашла, то время было около двенадцати. Она не сразу прочитала сообщение, а когда прочитала, то долго не отвечала. Пришел стандартный вопрос «почему?». И я на него ответил. Расписал кратко, что случилось за день. И она ответила простое: Иви Хардман: «Всякое бывает» Мне такой ответ не понравился, но докапываться я не стал. Тем более, кто знает, что у нее случилось. На мой вопрос «Как прошел день?», она уже не ответила, потому как вышла из сети. И до утра она не появлялась. С утра же она предпочла проигнорировать этот вопрос и написать будничное «Доброе утро», а я же в свою очередь не стал докапываться. Ланч длился час, но этого времени было слишком много, а терять впустую не хотелось, поэтому я, как обычно, пошел на площадку, где обычно играл в баскетбол вместе с Заком, которого, кстати, я увидел издалека. Одридж смеялся и закидывал мяч в корзину. Позер. Ненавижу позеров. Ненавижу выпендрежников. Ненавижу показушников. Пусть Зак и был моим другом, но мне не нравились моменты, когда он пытался строить из себя того, кем вовсе не являлся. Я мог в два счета понять, когда он пытался быть «крутым парнем», а когда собой. Конечно, когда он выделывался, будто он весь из себя такой «вах-вах», то на него засматривались девочки, и это ему безумно нравилось. А меня тошнило в ближайших кустах. Я зашел на площадку, огороженную высоким забором, скинул портфель на скамью и подошел к Заку, который приветливо улыбнулся и протянул руку. Мы решили сыграть в баскетбол, когда нас на площадке стало ровно десять, чтобы по пять игроков было в каждой команде. Когда мини-игра закончилась, то я уже направлялся в школу, как увидел Иви. Она разговаривала с подругой и была чем-то огорчена. Девушка аккуратно поправила уложенные волосы и помотала головой, опуская ее вниз. Мне захотелось узнать, что у нее случилось, поэтому я быстро написал сообщение: Кристофер Тафт: «Выглядишь грустной» Я отправился на оставшиеся уроки, на которых практически не вникал. Мне было не интересно слушать то, что я уже прочитал, разобрал и понял. Мне нравилось учить все наперед и хорошо писать контрольные, поэтому я прикладывал все усилия, чтобы понять материал без преподавателя — и это практически получалось. После школы я отправился домой, где просто улегся на постель и моментально уснул. Большего мне не надо было.