Уповаем

POV Кристофера Тафта. Выдалось суматошное лето. Окончание школы, затем поступление, а во время всего этого еще и развитие отношений с Иви. Последнее мне нравилось куда больше, чем все остальное. Я подолгу смотрел на девушку, которая с каждым днем все больше и больше заседала в моем сердце. Она стала неотъемлемой частью меня, моего мозга, сознания и разума. Проводя время с ней, я чувствовал себя живым, в легкие тут же набирался свежий лесной воздух и будто очищал меня от всего дерьма, которого мог набраться за день. Но не всегда было гладко. Если у нас происходила ссора, то мы могли долго не разговаривать, но потом все равно мириться и жить дальше. С Хардман было хорошо, но трудно. Девочка иногда не стеснялась и показывала свой характер. Но мне нравилось, поэтому я с каким-то мазохистским удовольствием наблюдал за тем, как малышка напрягалась и повышала на меня тон, отчитывая за что-нибудь, а также выкаблучивалась и делала вид, что в такие моменты ей по барабану на меня и на свои чувства. Эти моменты дорогого стоили. С той самой вечеринки и ночи, когда она осталась у меня ночевать, и я позволил себе немного больше, чем обычно, прошло две недели. Уже сегодня вечером мы должны были уехать за город, чтобы как следует отметить праздник у Кита. Но Иви не отвечала ни на звонки, ни на смс-ки, ни на сообщения в социальных сетях. Последний раз она заходила с утра, а больше она не сидела. Конечно, меня это сильно напрягло, потому что время было почти пять часов вечера, а Хардман так и не объявилась. Я дошел до ее дома быстро и сразу же постучал. Миссис Хардман открыла дверь и приветливо улыбнулась. — Привет, Кристофер. — Добрый вечер. Иви дома? — А разве она не с тобой? — женщина удивленно вскинула брови. — Она мне отослала смс-ку, что пойдет сначала к тебе, а потом вы зайдете сюда за ее вещами, чтобы уехать. Я нахмурился, чувствуя, как по телу пробежало незнакомое чувство, похожее на сильнейшую тревогу. — Не со мной. Позади послышался мотор машины, который через минуту перестал работать. Я повернулся и увидел, как Иви сидела в машине и разговаривала с каким-то парнем. Бешенство. Злость. Ревность. Три чувства моментально нахлынули, но также было. Облегчение. Спокойствие. Когда девушка окончательно попрощалась с парнем и уже шла в сторону меня, то услышал, как дверная дверь прикрылась. Мама Иви была такой понимающей и доброй женщиной, что порой я удивлялся и просто был без ума от нее. Хардман виновато смотрела в пол, когда между нами осталось полметра. Она не стала ничего говорить, лишь прошептала никчемное «прости» и уставилась под ноги. Ожидаемо. Я старался не кричать на девочку, но она сама вынудила это делать, ибо не надо шляться где попало и даже не отвечать на звонки. — Какого хера? Прости, конечно, Иви, но ты в край охренела? Почему ты не отвечала на звонки? Почему ты приехала с каким-то парнем? Почему, вообще, блять я стою и распинаюсь здесь? Перестань смотреть в пол, Хардман. Она все-таки подняла на меня свои глаза. Я почти не злился. Почти. — Может, объяснишь, какого хрена я только что видел? — Это был мой друг — Пит. У него была проблемы, он попросил помощи. У меня сел телефон, потому что я забыла его зарядить ночью, поэтому с утра сколько смогла, столько и зарядила, но сам понимаешь, что за какие-то двадцать минут невозможно зарядить полностью. — Ты в курсе, что мы уезжаем? — Да, у меня собраны сумки. — Точно? — Точно. — Тогда сейчас бери их и пойдем ко мне, чтобы захватить мои. Я не хотел перед ее домом устраивать разборки, поэтому решил, что сделаю это позже, тем более, если это и правда ее друг, то тут нет ничего плохого. Иви забежала в дом, а я пошел за ней следом. Мы немного поболтали с ее мамой, которая постоянно говорила, чтобы мы были аккуратны и ни во что не лезли, а то это может плохо кончится. Конечно же, меня напоили свежевыжатым соком, который миссис Хардман часто готовила, а также поинтересовалась про учебу в университете. И про это мне говорить вообще не хотелось. Отношения с преподавателями были на высшем уровне, но вот с некоторыми в группе были стычки. Например, девочки, которые вовсю лезли и пытались добиться внимания парней. И я не стал тем гребанным исключением, по типу ботанов в очках, к которым они не проявляли внимания. А мне на них было все равно. Совсем все равно. У меня была малышка, по которой я безбожно сильно сох. Как-то на днях, когда Иви готовила кушать у меня дома, а я сидел в гостиной и смотрел телевизор, то поймал себя на странной мысли. Ведь это уже не просто симпатия, а нечто большее. Мне не просто она нравилась, а было чувство, подобное влюбленности или уже даже любви. Я часто смотрел на нее. Без косметики, в пижаме или легком коротком платье. Со спутанными волосами. С искренней и доброй улыбкой, которую она дарила всем. Когда она рядом, то я просто задыхаюсь от нахлынувших чувств. Мне хочется перебирать ее волосы, аккуратно гладить ее нежную кожу. Мне хочется держать ее за руку и любоваться рассветом или закатом. Мне хочется, чтобы девочка была счастлива. И осознание того, что я бесповоротно втюрился в Хардман, пришло ко мне как-то внезапно, когда я смотрел на нее, танцующую в моей кухне и нарезающую овощи на салат. Она напевала какую-то непонятную песню и выглядела такой… необходимой, важной и любимой. Я молчал о том, что чувствую, да и нужно ли было что-то говорить? Она не глупая и сама все прекрасно видела, а даже если и не могла понять, то я прекрасно знал, что плескалось внутри девочки. Глаза — зеркало души, да? В ее глазах плескалось сильное, пестрящее и очень большое чувство ко мне. Когда Иви смотрела на меня, то часто прикусывала губы, чему-то улыбалась и мотала головой, хотя в ее глазах было то, что мне было просто необходимо. Я хотел, чтобы она любила меня. И она действительно любила меня. Девочка быстро попрощалась с мамой, и мы пошли в сторону моего дома, где я также оперативно собрал нужные вещи. А затем мы сели в машину и поехали за город. Иви сначала болтала об учебном дне, а потом прикрыла глаза и спала оставшуюся дорогу. Когда мы приехали, то я несильно потрепал девушку по плечу, она не сразу открыла глаза, но когда это произошло, то шокировано уставилась и непонимающе моргала глазами. Но в конечном итоге пришла в себя и смущенной вылезала из машины. Нас встретила Кэси. Эта неугомонная девица сегодня выглядела скромно и почти без макияжа, что ей очень шло. Она долго обнимала Хардман и попросила Кита, чтобы тот ее расположил в комнате, а затем извинилась и утащила меня в сторону, чтобы серьезно поговорить. — Кэси? — Кристофер, ты знаешь, что я редко, когда позволяю себе вольности в чужих отношениях, но сейчас это просто необходимо. — Слушаю. — Я разговаривала с Сарой. — И? — Она намерена тебя вернуть. — Меня должно это волновать? — Определённо, да, — Катавски взмахнула руками. — Она приехала сюда, чтобы поговорить с тобой, а не поздравить Кита с Днем Рождения. — А мне-то что? — Ты совсем не вдупляешь? — Честно? Нет. — Сара хочет рассорить тебя с Иви, чтобы ты бросил девчонку и вернулся к ней. — Хреновый план. — А еще, мне кажется, вам лучше расстаться на время с Иви, потому что я боюсь за Хардман. Она очень милая и добрая девочка, которая не должна пострадать от действий этой сумасшедшей. — Ох, ты, должно быть, шутишь? Я не буду бросать, расставаться и ссориться с Иви. Если она пострадает из-за Сары, то я самолично расправлюсь с ней. И мне далеко плевать, что к этой девушке у меня когда-то была симпатия. — Ты уверен, что это правильно? — Лучшую защиту могу представить только я. — Ты не всегда рядом. — Я всегда рядом. Посмотрев на Кэси, которая была слегка встревожена, я ушел в дом к Иви. Подходя к комнате, которую нам выделили, я услышал знакомые голоса. В комнате, помимо Кита и Иви был еще человек, и это была Питерс. Тут же толкнув дверь и оказываясь почти в комнате, внимательно посмотрел сначала на Хардман, а потом на Сару. — Какого черта тут происходит? — Крис, я… — Иви начала было говорить, но ее нагло перебила Сара. — Я пришла с тобой поговорить. — Не разделяю этого желания. — А я все равно поговорю с тобой. — Ты плохо слышишь? — Кит вздохнул. — Он сказал, что не разделяет желания с тобой говорить, Сара. Если ты пришла, чтобы испортить праздник, то проваливай отсюда. — Кит, я тебя предупреждала, что еду на вечеринку и еще поговорить с Криси, раз выдается такая возможность. — Все, уходи, я не хочу, чтобы ты была здесь, — Чантук сузил глаза. — А если ты не уйдешь, то я выкину, в прямом смысле этого слова, тебя из дома. Питерс посмотрела на виновника торжества, хмыкнула и вышла из комнаты, обернувшись уже только в проеме. Чантук извинился и вышел из комнаты, оставляя нас с Иви наедине. — Она с тобой говорила? — тут же поинтересовался я. — Нет, — Иви помотала головой. — Если хочешь, то мы можем поздравить Кита и уехать обратно. — Да нет, — она махнула рукой. — Все в порядке. Сама вечеринка проходила на заднем дворе. Там стояли столы с выпивкой и едой, а по всей площадке разбрелись люди, которых поначалу было много, а затем все стали уходить и к полуночи осталось не более пятнадцати человек. Иви успела наболтаться со всеми девочками и со многими парнями, поэтому к часу ночи она подошла ко мне и сказала, что пойдет в комнату, дабы прилечь. Я взглядом проводил девочку, оставаясь стоять рядом с Китом и Трэйси, которая также решила приехать, чтобы поздравить Чантука. — Ну, как вы? — вдруг спросила Битианс, когда мы решили прогуляться по небольшому саду. — Вы — это я и Иви? — Ага. — В полном порядке, — мои губы растянулись в улыбке. — Она сегодня отлично выглядела, в принципе, как и все наши встречи. Но уже с полтора часа девочка еле моргала и не вникала в разговоры, потому что сильно устала. А еще, я видела, как она болтала с Сарой. Питерс в своем духе. — Погоди, когда они болтали? — Ну, перед тем, как Иви подошла к тебе, а чего? — Я же видел, что она стояла в компании… — Ну, там стояла Иви, Сара и еще две подружки Кита. — Блять, — прозаично. — Не пытайся сделать того, чего не сможешь, Крис. — О чем ты? — Как будто я не вижу, что ты пытаешься сделать так, чтобы Иви и Сара не разговаривали. Это неизбежно. Питерс осталась крутиться в наших кругах, а Иви новенькая, поэтому даже не пытайся. Ты не сможешь. — Трэйс, не говори глупостей. Я просто не хочу, чтобы малышке пудрили мозг. — Если она неглупая, то ей не смогут этого сделать. — Думаю, Питерс найдет любой способ это сделать. — Тогда ты должен откровенно поговорить с Иви и объясниться. — Эта одна из самых нелюбимых тем между нами. — Надо, солнышко, надо. Я пришел в комнату почти под утро, когда Хардман вовсю спала, развалившись посередине постели и укрывшись пледом. Сняв с себя одежду и оставшись в белье, подошел к кровати и мягко потряс за плечо Иви, чтобы та проснулась. Девочка открыла глаза и непонимающе на меня смотрела. — Подвинься. Она подвинулась, освобождая мне правую половину, куда я быстро лег и залез к ней под пледом, обнимая и прижимая к себе. Хардман напялила свою пижамку, хотя я бы предпочел, чтобы она спала в моей футболке. — Праздник закончился? — шепотом спросила Иви. — Для меня — да, а для остальных не знаю. Там осталась небольшая компания, которая пьет. Мне стало скучно с ними. Уж лучше полежать, чем с ними там стоять. — Да ладно тебе, это же праздник Кита. — Ну, поэтому он самый пьяный в компании, которая осталась на улице. — Надеюсь, у него не будет похмелья. — Да нет, он даже не протрезвеет, а с утра будет догоняться и продолжать отмечать. Иви придвинулась ко мне ближе, уткнулась носиком в район груди и уснула. Утро наступило быстро, точнее, для меня оно настало, когда меня смачно пнули ногой по ноге, а потом послышалось хриплое «ой!» и смех. Хардман проснулась рано, поэтому решила потянуть свои конечности в разные стороны. Потянула, да. Стукнула меня, да и еще смеется. — И тебе доброе утро, — приоткрыв один глаз, я увидел, как девушка сидела на постели и смотрела в телефон. — Доброе, — она улыбнулась. — Я в душ, а ты еще поспи. Кивнув, я повернулся на бок и прикрыл глаза, засыпая. Когда я окончательно открыл глаза, то время было почти час дня. Иви давно уже сидела внизу в компании пьяного Кита, сонной Кэси и бодрой Трэйси. Остальных гостей я не видел, наверное, кто-то еще спал, а кто-то только ушел домой. — Ох, ты пьянь, Чантук, — я сделал глоток газированной воды, смотря на друга, который еле сидел на диване и продолжал пить содержимое стакана. — У меня праздник! — пьяно, почти неразборчиво. — Когда спать пойдешь? — спросила Кэси. — Ну, завтра? — Завтра?! — воскликнула она. — Ну, уж нет, дорогой. Ты пойдешь прямо сейчас, иначе не доживешь до завтра. Я помог довести, а точнее донести Кита до его спальни, где усадил на постель, а Катавски начала раздевать парня и ругаться. Выйдя из комнаты, я спустился вниз, на кухню, где девочки готовили завтрак. Усевшись на барный стул за кухонный островок, пытался понять, о чем же девочки говорят. — Она была дружелюбна, — Хардман улыбнулась, нарезая овощи. — Да, конечно, потому что в любой момент ее могли просто выгнать с вечеринки. — Вы про кого? — конечно, я не хотел вмешиваться в разговор, но интерес взял свое. — Про Сару. Вчера она была очень мила, когда мы разговаривали, — Иви пожала плечами. — Она много рассказывала о том, как была счастлива с тобой. — Кукушка, — буркнув себе под нос, Битианс рассмеялась. — Почему сразу кукушка, Крис? Она же, правда, была счастлива с тобой, разве нет? — Трэйс, мы много раз говорили на эту тему. Даже если она и была счастлива, то почему меня это должно касаться? Ты как никто другой знаешь, что я к ней чувствовал. Простая симпатия, человек просто нравился, а потом сам все и испортил, хотя ты также знала, что она меня полностью устраивала. Я быстро посмотрел на Иви, которая продолжала непринужденно резать томат и просто слушать наш разговор с Трэйси. Конечно, этот разговор ее задевал, но она этого не показывала, что меня напрягало, поэтому потом, когда мы будем вдвоем, нужно будет с ней поговорить. — Раз она тебя устраивала, то почему ты с ней расстался? И ответ застрял в глотке. Я не мог просто взять и выставить все карты напоказ вот так, тут на кухне, где была Иви, к которой у меня были настоящие чувства, которых я и сам побаивался. Я не могу сказать прямо, почему расстался с Сарой, потому что одной из главных причин было то, что не осталось чувств к Питерс. Совсем не осталось, потому что мое внимание, интерес и просто желание общаться было переключено на другого человека. — Я тебе говорил. — Что ты мне говорил? — Битианс сузила глаза. — То, что она пила и курила — это тебя не удивило. То, что она показывала характер? Ты это прекрасно знал и испытал на себе. То, что у девочки было неподобающее поведение — да, тут соглашусь. Но главная причина где? Все это — детский лепет, в который никто не поверит. — И главную причину я тебе называл. — Назови ее еще раз. — Я тебе назвал ее две минуты назад. Битианс снова прищурилась. — Она перестала мне нравиться, ну. Трэйси посмотрела на Иви, а потом спросила: — Ты ему не говорила? И Хардман покачала головой. — Ты серьезно? — Да. — Не говорила что? — я внимательно глянул на Хардман. — Отвечай. — Ну… — она облизала губы. — Это не так важно. Когда мы вчера разговаривали, то кто-то спросил, вместе вы, то есть ты и она, или нет. Сара ответила, что у вас перерыв, вы оба так решили, что скоро снова будете вместе. — Полная брехня. Почему ты никогда ничего не договариваешь? — Не вижу в этом смысла. — Как это не видишь? Иви, это очень важно. — Что важного, Кристофер? Я понимаю, что если уйду на второй план, то ты снова сойдешься с Сарой, и не будет никаких страданий. — Я плевал на Питерс, а с тобой мы поговорим потом, наедине, — я встал со стула и вышел на улицу, чтобы просто остынуть и не дать эмоциям вылезти наружу. Только ссоры с Хардман мне не хватало. Выходные подошли к концу. Мы классно провели время, не считая того, что часто не разговаривали с Иви, потому что ее забирали девочки и окружали своим вниманием. А я проводил время с парнями, хотя это трудно было назвать «проводил». У Кита было сильное похмелье, поэтому он предпочел горизонтальное положение, а остальные решили покидать мяч в корзину, но мне было так лень, поэтому я просто сидел на газоне и смотрел, как они промазывали и ругались. Я привез Иви к себе, чтобы поговорить наедине, а затем уже отвезу ее домой, где девочка сможет подготовиться к учебе, принять душ и просто отдохнуть перед учебной неделей. Когда мы вошли в дом, то Хардман сразу же направилась в мою комнату, где уселась на постель и внимательно на меня посмотрела. В ее глазах искрился привычный огонек. — Иви, ты же понимаешь, что нам предстоит трудный разговор? — Понимаю. — И я не хочу давить на тебя, поэтому перенесу его, так как выходные выдались тяжелыми, да и тебе нужно будет готовится к учебе, поэтому предлагаю перекусить, и я провожу тебя до дома. — Хорошо. Я струсил. Получилось погано. Я уже был готов сказать ей, что у меня творилось на душе, но в последний момент просто дал заднюю, потому что я ни хрена не был готов к тому, чтобы говорить о том, что у меня происходило. Я проводил девочку домой, пожелал ей сладких снов, поцеловав в губы, а потом отправился не домой, а к Трэйси. Уверен, она еще не спала, а мне очень срочно нужен был совет. Так и случилось, Битианс не спала, а смотрела какую-то непонятную передачу, которая ей очень нравилась, а я вот такой засранец взял и оторвал ее от просмотра. В руке у меня был пакет с соком и пирожными, которые я принес специально для девушки. — Я решил сказать о чувствах Иви. Она широко распахнула глаза и поставила стакан с соком обратно на стол. — А не рано? Ты никогда этого не делал. — Не рано. Я не хочу, чтобы девочка во мне сомневалась. — Ты сильно в нее влюблен. — Знаю. — Это был не вопрос. Кристофер, я всегда поддерживала тебя, даже сейчас поддержу, потому что знаю, что это первый раз, когда ты решился рассказать девушке о том, что чувствуешь, и это куда больше, чем простая симпатия. — Я боюсь сделать что-то не так. — М-м, — она облизала губы и посмотрела на меня. — Главное, не торопись. Высказывайся столько, сколько тебе нужно. Иви будет слушать до конца твоей речи, я уверена. Она не из тех, кто перебьет на середине слова. — Мне кажется, что я не смогу правильно сказать. — Говори то, что чувствуешь и все. — Легко сказать. — Да ладно. А ты точно влюбился в нее? — Мне даже страшно от того, что я чувствую — это впервые. Битианс красноречиво улыбнулась и откусила пирожное, закатывая глаза от удовольствия. Она была настоящей любительницей пирожных. Я не видел Иви до пятницы, потому что у нее, да и у меня был завал по учебе. Мы больше общались в социальной сети или же по телефону, а в жизни как-то было не до этого. В пятницу, Хардман написала, что она свободна целые выходные, потому как родители уехали к бабушке, оставив дочь одну. И сразу же после пар я забрал ее из дома, чтобы пойти ко мне, где я смогу свободно принять душ и поесть. Пока я был в душе, то Иви готовила кушать. Обернув бедра одним полотенцем, я спустился вниз, где так вкусно пахло поджаренным мясом. Когда Хардман повернулась, облизывая ложку, которая была в соусе, то расширила глаза и немного покраснела. Думаю, ее смутил мой внешний вид, но это было очень мило. Когда мы поели, то помог девушке вымыть посуду, и мы пошли в комнату, чтобы глянуть очередной фильм. Иви аккуратно легла поверх покрывала и внимательно наблюдала за тем, как я включаю телевизор, как лег рядом. От фильма прошло минут тридцать, а потом Иви соскочила с постели, зашагала по комнате, бурча что-то себе под нос, и закрывала лицо руками. Не понимая, что происходит, я сел на краю постели и слегка с испугом наблюдал, как девушка мечется из стороны в сторону. Схватив ее за руку, притянул к себе, обнимая и слыша, как девушка начала всхлипывать. — Что такое, Иви? — В универе проблемы. — Что за проблемы? — Преподаватель один не взлюбил, да и однокурсники посмеиваются. — Почему? — Везде лезу, пробиваюсь… — Ерунда какая, — я улыбнулся. — Ты у меня умничка, поэтому никого не слушай и делай, что тебе хочется. Главное — не жалей. — Да я не жалею. Просто знаешь, как обидно, когда говорят, что я подлизываюсь к преподавателям, а это не так! Я сижу над учебниками, чтобы хоть что-то понимать, да и часто задаю вопросы. — Никого не слушай, повторюсь. Ты самая лучшая, Иви. Целовал щеки, по которым текли слезы, аккуратно провел костяшками по скулам, а затем, заправив волосы за уши, поцеловал. Сразу же проникая язычком в ее ротик. Горячо. Влажно. Глубоко. Подстраивая под себя, я млел, чувствуя, как девчонка то и дело сжимала мои плечи, постанывала в поцелуй и жмурилась. Кусая за губу, не выдерживаю и опрокидываю ее на кровать. Хочу, хочу, хочу. Задирая футболку, не переставал ее целовать. Губы так пошло распухли, а ее язык так аккуратно и соблазнительно проходился по моим губам, а пальчики так слегка грубо дергали за волосы, то ли притягивая, то ли отдаляя. Я впивался губами и руками в ее маленькую, но красивую с затвердевшими сосками, грудь. Иви кусала губы, иногда ерзала и хныкала, зарываясь пальчиками в волосы, оттягивая и тут же притягивая обратно. Хардман стянула футболку, проходясь пальчиками по телу, задевая татуировки, облизывая и кусая губы. Ее глаза были такие пестрящие, горящие, что заставляло передергивать плечами. Целовала меня по щекам, губам, ключицам, а также трогала руками, иногда сжимала кожу, но не принося боль, а лишь подтверждая, что все реально. Член давно болезненно налился кровью и создавал дискомфорт, но мое терпение было высоким, поэтому я с удовольствием наблюдал за Иви, которая лежала на постели только в джинсах, а верх ее был полностью открыт, предоставляя обзор на грудь, на закусанный пальчик и на лукавый взгляд. Она села на постели, будто желая что-то сделать. Ее закушенная губа и взгляд, смотрящий именно в пах, было чем-то странным, диким, но возбуждающим и правильным. Ее ладошка аккуратно легла на твердый орган, я прикрыл глаза, а снизу послышался выдох. Я старался дышать, когда она слегка сжала, а потом повела пальчиками. Я не мог сдержаться от выдохов, от приятных ощущений, но чувствовал, как Хардман боялась и не решалась что-либо делать. А потом почти резко, будто все-таки собралась с мыслями, потянула шорты вниз вместе с трусами. Удивление не заставило себя долго ждать, особенно тогда, когда девчонка прохладными пальчиками аккуратно и ласково дотронулась до члена. Я задохнулся от чувств, которые моментально пронзили меня. Она так неумело трогала, узнавала новое, что мне становилось не по себе, и я то и дело смотрел на ее закушенные губы и сам облизывался, предвкушая дальнейшие события. Когда ее губы прикоснулись к головке, то мне пришлось сжать зубы. А когда они обхватили его, и голова немного двинулась вперед, насаживаясь, то я почти не поверил всему тому, что происходило здесь: в этой комнате, на этой постели, с этой девочкой. Было невыносимо жарко. Моя рука легла на ее затылок, и я точно могу сказать, поклясться, что не хотел давить, но легонько толкнул ее голову, и Хардман — надеюсь — случайно задела зубами, вызывая во мне неприятный стон и сжатые зубы. — Аккуратнее, Иви! Она брала неглубоко, но даже и от такого у меня закатывались глаза, и я закусывал губу. Выпустила член изо рта, сладко причмокнув, обхватила ладонью и легонько сжала. Я вообще терпеливый мальчик, могу подождать, когда нужно. Но я не могу уже терпеть, потому что хочется попробовать ее. Просто, блять, быть внутри нее. Заставив лечь, я навис над девушкой, целую в губы, совсем не брезгуя того, что только что они делали, а затем я начал спускаться ниже, обводя языком и губами ключицы, груди, немного посасывая соски и спускаясь дальше. Когда я достиг живота, то он дрогнул, а когда руки нетерпеливо стали стягивать с девочки джинсы с трусиками и носочками, то Иви пыталась помочь, то приподнимая, то опуская таз. Игриво укусив за бедро, Хардман хихикнула и приподняла голову, смотря на меня. Но как только мои пальцы задели ее влажные складочки, то она уронила голову и притихла. Круговыми движениями прохожусь по клитору, то и дело надавливая и заставляя девчонку хныкать и постанывать. Вхожу в нее пальцем, а затем сразу же вторым и начинаю медленно двигать, растягивать и готовить ее. Сгибаю ее ноги в коленях, достаю пальцы, облизывая их и тянусь выше, к ее лицу. Достав из тумбочки презерватив, распаковываю и надеваю на себя, а затем пристраиваюсь меж раздвинутых бедер и смотрю на нее. Иви нервничала — выдавали ее глаза, которые бегали по моему лицу, по пространству, а также ее нервно вздымающая грудь. Переплетаю наши пальцы, крепко сжимаю их и толкаюсь вперед, одновременно целуя и чувствуя, как меня укусили за губу и протяжно замычали. Даю пару секунд, чтобы привыкнуть, а затем начинаю двигаться в тесном, невероятно узком, но горячем лоне. Сначала тягуче, медленно и нежно, чтобы Иви могла привыкнуть, а потом резче и глубже, принося удовольствие Хардман. Вы бы знали, как она кусалась и закатывала глаза при очередном толчке. Схватила за плечо, всхлипнула и слегка выгнулась, кончая и сильно сжимая в себе. Я почувствовал, как нутро стало пульсировать, как отросшие ноготки сильно вцепились в руку. Сделав пару резких толчков, которые довели меня до предела, я поцеловал распухшие губы Хардман, до конца излился и только потом вышел из девушки. Принятый по раздельности душ, поменянное постельное белье и нужная девочка в моих объятьях. Я так долго ждал такого момента. Может, я и кажусь сейчас сопливым придурком, но мне так хорошо с ней, что, боюсь, не смогу описать словами.