Временные меры.

Подземная база Вонголы. Наши дни.

      Комната Мукуро на базе внешне ничуть не отличалась от той, что была в особняке семьи, за исключением одного, очень важного для иллюзиониста элемента. Здесь не было окна выходившего на сад его любимого Неба, вернее на небольшую белую беседку в его глубине, где любила сидеть вечерами его леди-босс. А Рокудо, как верный пёс, проводил все свои вечера в особняке, сидя подле окна, любуясь хрупкой фигуркой Еши, наблюдающей за звездами. Здесь было точно такое же кресло, стоявшее возле стены на которой взамен окна, висела большая картина с пейзажем какого-то дремучего леса. Всё это настолько отличалось от оригинала, что иллюзионисту было тошно, он опустился в кресло и фыркнув, посмотрел на картину. Мрак, вот что вызывал в нем этот пейзаж, тьма и холод, вот что он чувствовал при этом. Поэтому материализовав трезубец, Мукуро с силой воткнул его в картину, оставляя в её центре три больших круглых отверстия и поднялся из этого мерзкого кресла.       Плюнув на традицию, которую он соблюдал даже после того, как Тсуна пропала, иллюзионист Вонголы, звёздочкой развалился на мягкой двуспальной кровати, изучая взглядом белеюший во мраке комнаты потолок, параллельно обдумывая услышанное на встрече с Бьякураном.       Иллюзионист заранее знал, о чем именно босс семьи Мельфиоре хотел с ними поговорить, знал, но все же промолчал. Мукуро, как только смог нормально проанализировать всю эту ситуацию с покушением, подумал в точности о том же о чем и Бьякуран. И хоть иллюзионист все ещё ненавидел мафию, желая её полного уничтожения, Еши он любил гораздо больше, поэтому втайне решил помочь Вонголе. Вечером того же дня, он переместился на пепелище особняка, построенного больше века назад Примо и так любимого нынешней Нео Примо. Хранитель Тумана, тайно хотел замести самые явные следы того, что хранители и босс все ещё живы, но опоздал. На останках того, что было когда-то величественной резиденцией Вонголы, Рокудо обнаружил, что обо всем уже позаботились без его помощи, при чем работал над этим определённо мастер своего дела. По слабым остаткам пламени Тумана, которое и почувствовать-то смог бы разве что он, иллюзионист Вонголы определил, что это была работа Торикабуто, одного из погребальных венков Бьякурана. Поэтому слегка подправив все с помощью своего пламени и изобретения Верде, он попросту испарился, даже не став проверять остальные особняки, ибо был твёрдо уверен, что там обнаружит то же самое. А не рассказал хранитель Тумана об этом своём открытии исключительно из-за своей же вредности и гордости. Да и хорошо зная характер этого мерзкого зефирколюба, иллюзионист наперёд знал, что тот сам обо всем поведает верхушке Вонголы. Зачем же тогда портить психику невинным овцам, коими он считал остальных хранителей, ведь даже у него в голове это звучало как-то уж слишком абсурдно: «Рокудо Мукуро пытался защитить королевскую семью мафии по своему собственному желанию!» И плевать он хотел, что сам является частью этой самой семьи, а её босс — любовью всей его жизни.       Усмехнувшись своим мыслям, иллюзионист прикрыл уставшие глаза и тут же представил свою любимую Еши. В его сознании она была точно такой же как в их последнюю встречу. Холодная и строгая, но с озорными бесенятами в глубине карамельных глаз, и при всем этом такая милая и до жути родная сердцу. Она стояла на берегу моря в легком белом платье, развевающимся от приятного бриза и задумчиво смотрела на заход солнца. Её босые ноги утопали во влажном от воды песке, а выгоревшие, почти песочного цвета волосы струились по открытой спине. Повернувшись к своему хранителю Тумана девушка улыбнулась, так солнечно и открыто, что у мужчины защемило сердце, а в горле образовался большой сухой ком.       — Еши… — прошептал он, судорожно хватаясь за свою серьгу Тумана, означающую его нерушимую связь со своим Небом, как за спасательный круг.       — Какой же ты жалкий Му-ку-ро! Ну-фу-фу… — раздался рядом с иллюзионистом насмешливый, до жути знакомый ему голос.       Голос, принадлежавший человеку, что в свое время сумел обмануть его и захватить тело того, кто сам промышлял этим занятием. Тогда он точно таким же тоном насмехался над его жалкими попытками вернуть свое, ведь был гораздо сильнее ослабленного в тюрьме иллюзиониста.       — Деймон Спейд! — прошипел подобно змее хранитель Тумана десятого поколения, распахнув глаза, — Чем обязан такому редкому гостю? Ку-фу-фу… — оскалившись в плотоядной ухмылке, спросил он, все так же лёжа на кровати и рассматривая своего предка.       — Оя-оя… Я просто пришёл рассказать тебе как поживает в моем времени Еши. — делая акцент на имени девушки, задумчиво произнес призрак, и усмехнувшись добавил, — Кстати завтра эта маленькая принцесса Вонголы станет моей законной невестой! Ну-фу-фу… — Мукуро подскочил с кровати и сурово взглянул на первого хранителя Тумана, мысленно испепеляя его взглядом и выпуская кишки.       — Что ты сказал, урод? — тихо спросил мужчина, полностью потеряв свою хладнокровность, а с ней и все свои ужимки и смешки, — Тсунаеши никогда бы не связалась с тем, кто вызывал у неё ночные кошмары… — материализовав свой трезубец, рыкнул он, чувствуя как внутри все скручивается в тугой напряжённый клубок.       — Оя-оя, кто бы говорил! — злобно усмехнулся Спейд, на что Рокудо сильнее сжал древко трезубца и фыркнул, — Ты же знаешь, что это бесполезно, Мукуро! Я уже давно мёртв и твоё пламя Тумана мне ничего не сделает! Ну-фу-фу! — рассмеялся он, и, проскользнув сквозь парня, разлегся на его кровати, — И вообще, какое тебе дело до моей милой Еши? Ты даже ни разу не навестил её с того момента как она оказалась в моем времени! — хмыкнув, проговорил мужчина откинувшись на подушку.       — Навестил?! Ку-фу-фу… — отбросив свое оружие в сторону, немного нервно хохотнул он, возвращая свое хладнокровие и разум на их законные места, — Я же не чёртов Бьякуран, чтобы кролем скакать по параллельным вселенным… — раздражённо проговорил иллюзионист, снова ощутив рядом со своим предком некую беспомощность, — Хотя даже он со всей своей силой не может добраться до Еши… — присев рядом, фыркнул он, оглянувшись на своего, изумленно изогнувшего тонкую бровь, пра-пра-прадеда.       — Оя-оя… — тут же разочарованно зацокал он, — Ты точно мой потомок? — с сомнением произнёс призрак, смерив его презрительным высокомерным взглядом, — Эх… А ещё считаешь себя сильнейшим иллюзионистом этого века… Ну-фу-фу! — как-то печально рассмеялся он, но на этот раз Рокудо было плевать на странные насмешки этого сбрендившего старикана, мужчину заинтересовали его слова, поэтому он усилием воли подавил подступающий гнев и прилёг рядом с ним, снова устремляя свой взгляд в потолок.       — Оя-оя! То есть ты, Деймон, знаешь как мне с ней связаться? — спустя минуту, насмешливо, насколько это было возможно в такой ситуации, спросил иллюзионист с гетерохромными глазами, повернув голову к предку.       — Наконец-то ты задаёшь правильные вопросы, мальчишка! — хохотнул тот, зеркально отобразив его действия, — Я знаю один способ… Хотя ты, мой дорогой, тоже его прекрасно знаешь! Ну-фу-фу… — иронично произнёс он, даже не пытаясь скрыть свой сарказм, — Но помогать я тебе не стану, ибо моя любимая невеста рассказала мне как ты, кусок де… кхм… идиота, пытался захватить её тело, постоянно насмехался и пугал бедную девочку! — сухо бросил Спейд, смерив взглядом удивленного, слегка побледневшего потомка, которому буквально швырнули в лицо все его ошибки, — Хорошенько подумай над своим поведением и моими словами, Мукуро! — уже спокойно произнес он, постепенно растворяясь в воздухе, глядя на поникшего Рокудо, — И вздремни хорошенько, а то на тебя уже жалко смотреть. — еле заметно подмигнув ему, сказал Деймон, за секунду до того как полностью исчез.       — Значит есть способ… — тихо повторил он слова того, кого ненавидел даже больше мафии, — Но какой? — снова посмотрев на потолок спросил мужчина и прикрыл глаза, собирая в кучу разрозненные мысли.       То, что Деймон появился перед ним именно сейчас было не просто так и Мукуро это прекрасно понимал. Но вот веских причин для этого иллюзионист не находил, разве что ещё раз подразнить его. Но, опять-таки, зачем тогда этот мерзкий старик заговорил про то, что есть способ встретиться с Тсуной. На маразм или насмешку его слова похожи не были, а это значило, что Спейд просто хотел ему помочь встретиться с Тсунаёши. И, по всей видимости как и сам Рокудо, из-за гордости или простой вредности не желал говорить с ним открыто, используя намёки.       Мукуро раздражённо хмыкнул и распахнул глаза, упираясь взглядом в ненавистный белый потолок. Он столько раз пытался выкурить этого престарелого террориста, а вернее его волю, из серьги Тумана. Почти уничтожил бесценное наследие Вонголы, незримо связывающие их с его любимым Небом…       — Связь хранителя и босса… — неверяще повторил за своими мыслями мужчина, резко сев на кровати, — Точно, эта связь помогла Еши во время Конфликта колец с помощью моего же пламени увидеть заточенное в Виндечи тело и почувствовать мою боль… — пробормотал он, медленно осознавая, что именно значили последние сказанные Деймоном слова, — Сон! — неожиданно озарило иллюзиониста, ведь во сне он мог с помощью их связи преодолеть время и пространство.       Следующий час Мукуро кругами бродил по своей комнате стараясь понять, как именно он может проникнуть в сон Тсуны или призвать её в свой. Дельного в голову мужчины не приходило ровным счётом ничего, одно его предположение было абсурдней другого. Да и сам Мукуро выглядел точно заправский маньяк, старательно обдумывающий убийство своей следующей жертвы, впрочем, чувствовал себя хранитель Тумана не лучше той самой жертвы. Но останавливаться он не собирался, ибо это значило потерять единственную возможность в ближайшие пару недель увидеть в живую его Еши.       — Для начала выспись, мальчишка! Ну-фу-фу… — из ниоткуда послышался насмешливый шепот Деймона, больше похожий на тихий шелест листвы, разносящийся с ветром по помещению.       — Оя-оя… Будто бы теперь я смогу заснуть! — фыркнул мужчина, ни к кому особо не обращаясь.       — Думай про неё, засыпая… Стремись к ней… Мечтай о ней… Люби её всем сердцем, Мукуро… Впусти её в себя, разреши своему пламени подчиняться её воле… Откройся и получишь ответ этой прекрасной принцессы! — отрывисто послышалось в ответ, заставляя пробежать мурашки по спине иллюзиониста Вонголы десятого поколения, — Именно так работает эта моя техника, но воспользоваться ей могут лишь Туманники способные полюбить кого-то больше себя самого. Ну-фу-фу! — невесомо хохотнул он, прямо на ухо Рокудо, отчего он вздрогнул и отшатнулся в сторону.       — А говорил, что не хочешь помогать! Ку-фу-фу… — нагло ухмыльнулся Рокудо, направляясь к кровати, впрочем глубоко внутри мужчину все это сильно тревожило.

***

      Мукуро стоял посреди выгоревшей гостиной особняка Вонголы и нервно озирался по сторонам. Обычно он мастерски управлял своими снами, видя в них именно то, что желал, но в этот раз все вокруг было слишком реальное и нереальное одновременно. Он несколько раз пытался изменить здешний пейзаж на поляну, берег моря или хотя бы лес, но каждый раз его будто останавливали невидимой рукой. Будто это была только часть его сознания из которого вырвали последние воспоминания о пребывании на пепелище особняка. Сделав неуверенный шаг к окну, иллюзионист выглянул в него и увидел чернеющую пустоту, словно за пределами этого места больше ничего не было.       Неожиданно неподалёку от Мукуро возникли фигуры остальных хранителей, они безвольно смотрели куда-то в пустоту. Мужчина уже хотел подойти ближе и получше рассмотреть их, как вдруг жалобно заскрипела открывающаяся дверь и на пороге гостиной появилась Еши. Взъерошенные волосы торчали в разные стороны, будто девушка только-только проснулась, а карамельные глаза горели любопытством и непониманием. Одета она была в какое-то длинное кружевное платье, смутно напоминающем ему сорочку прошлого века. Тсуна сделала небольшой шаг внутрь помещения и стала осматриваться, но наткнувшись на фигуры хранителей замерла. На лице девушке тут же появилась её лучезарная улыбка, а глаза наполнились теплом и любовью. Мукуро сразу понял, что она отличается от его коллег, появившихся здесь парой минут раньше, в отличии от них Тсуна была живая, будто это и правда была она. В голове иллюзиониста тут же возникли слова Деймона про то, что они могут встретиться во сне, достаточно лишь любить и желать этого всем сердцем. Он уже хотел направиться к ней, прижать к себе и рассказать все, что он чувствовал пока её не было рядом, что любит её… Но в эту же секунду в окне, где до этого была лишь тьма, хранитель Тумана заметил силуэт ребёнка в простом белом платье. Этот ребёнок был точной копией того, что появился перед тем как весь особняк охватила смесь пламени всех элементов.       — «Я должен защитить Еши!» — набатом ударило в его сознании, и иллюзионист установил вокруг своего Неба толстый барьер, в который тут же уперлась шатенка, бросившаяся к своей семье, — «Прости…» — с печальной улыбкой подумал мужчина, глядя на удивлённый взгляд Тсуны, а в его глазу появилось кандзи Пути небес, он хотел хотя-бы попробовать разбудить Тсунаеши до того момента, как все здесь вновь сгорит до тла, хоть и знал, что силу этой девушки перебороть у него не выйдет.       Секундой позже всю гостиную поглотило пламя, так прекрасно переливающееся разными цветами и текстурами. Он видел как завороженно смотрела на это девушка, восхищаясь этой нечеловеческой красотой. Но когда её взгляд упал на него и пять безвольных теней хранителей, взгляд шатенки остекленел, а лицо моментально побледнело. Все тело Тсуны напряглось, а кольцо стало опасно поблескивать пламенем Неба, но из-за шока, казалось, что она забыла про все на свете.       — Мукуро! Выпусти меня отсюда, немедленно! — что было сил, закричало его любимое Небо, колотя по неведомой стене голыми кулаками, но иллюзионист, продолжая держать свой барьер, усилием воли подавил желание подойти ближе, оставаясь стоять безвольной куклой, как и все остальные хранители, — Выпусти, я должна помочь вам, ты слышишь? — взвыла она, сползая по прозрачной стене прямо на обгоревший грязный пол.       Мукуро медленно чувствовал как все его тело поглощает агония, хоть это и был сон, ощущал он все это так, будто и правда сгорал заживо. Сквозь пламя он видел как по щекам Еши катились маленькие солёные капли падая на пол рядом с ней и, оставляя на золе мокрые следы, пока девушка просто не испарилась. Он наконец отпустил свой барьер и прикрыв глаза позволил огню поглотить себя, зная, что спустя секунду откроет глаза в своей комнате на подземной базе Вонголы.

***

      Тсуна сидела перед большим зеркалом и рассматривала в нем свое отражение. Позади неё, с улыбкой на лице, стоял Угетсу и так же внимательно рассматривал её лицо. А посмотреть было на что, традиционный макияж гейши преобразил лицо шатенки настолько, что она попросту не узнавала свое отражение.       — Хорошо, что мы сначала решили посмотреть, как на тебе будет выглядит этот макияж, Тсунаеши. — мягко произнёс первый хранитель Дождя, уже видя, что он не особо по душе девушке.       — Мне нравится, но я думаю, что стоит обойтись без белил, иначе никто не поймёт кто я и кем являюсь Джотто! — обернувшись, с улыбкой проговорила она, — Ты все-таки очень разносторонний человек, Асари-сан. — тут же добавила шатенка, возвращая взгляд к зеркалу, чтобы ещё посмотреть на такую необычную себя.       — Просто моя мать считала, что в жизни может пригодиться любое умение… — рассмеялся он, — Думаю ты права Тсунаеши-сама, белила это уже перебор. — кивнув, произнёс мужчина.       — Обещай, что когда-нибудь научишь меня наносить такой макияж саму! — хлопнув в ладоши, сказала Тсуна и поднялась на ноги, чтобы сходить умыться.       — Обещаю, Тсунаеши-сама! — с лёгким поклоном отозвался он в след убегающей в ванную комнату девушке.