Временные меры.

Особняк Вонголы. Пять лет назад.

      Начиная с самого утра весь особняк Вонголы, построенный ещё самим Джотто Примо, основателем этой чёртовой мафиозной семьи, которая попросту украла молодость и мирную жизнь Тсунаеши Савады, по случайному, но очень «счастливому» стечению обстоятельств, оказавшуюся его пра-пра-правнучкой, стоял на ушах… Сама Тсуна, после бессонной ночи и суматошного дня, покусывая накрашенную алой помадой губу, уже довольно долгое время нервно расхаживала по специальной комнате, находящейся рядом с большим залом в главной резиденции Вонголы. Чёрное платье, обтягивающее все её тело вплоть до колен, где начинался волан, спереди открывающий стройные ноги, а сзади доходящий почти до пола, несмотря на полностью открытые руки и довольно лёгкую ткань, сковывало… Горло девушки сдавливал его кружевной воротничок, доходящий до груди, где плавно перетекал в плотную ткань, больше смахивающий на какой-то парфорс*, мешающий ей свободно дышать. А переливающаяся ручная вышивка, украшающая платье, отдалённо напоминающая Тсунаеши герб Вонголы, по мнению самой шатенки, больше походила на какое-то клеймо родовитой псины. Даже лодочки на тонкой высокой шпильке, несмотря на то, что Тсуна уже давно мастерски научилась ходить в подобной обуви, не спотыкаясь на каждом шагу, сейчас не внушали ей доверия, так и норовя соскользнуть и познакомить хозяйку с начищенным паркетом.       — Уже скоро, Джудайме! — донесся из-за двери голос её правой руки, заставив шатенку вздрогнуть всем телом и бессильно опуститься на чудом подвернувшийся стул.       — Да, Хаято, спасибо. — еле-еле сдержанно выдавила из себя девушка, нервно поправив высокую причёску, в которую парикмахер пару часов, обливаясь потом, собирал её непослушные каштановые волосы, и отвернулась к окну. Встретившись взглядом со своим отражением в стекле, за которым медленно сгущались вечерние сумерки, Тсунаеши невесело усмехнулась. Из него смотрела напуганная молодая девушка, совершенно не похожая на неё саму — неуклюжую неудачницу. Вечерний яркий макияж, прическа, пара украшений, стоимостью как весь её дом с участком в Японии, делали никчемную Тсуну совсем иной, больше похожей на какую-то принцессу, коей, к слову, она сейчас и являлась. — Но даже зная это я не хочу выходить отсюда. Не хочу становиться боссом Вонголы… — тихо произнесла она, смотря как полупрозрачная девушка напротив, чуть заметно, печально шевелит губами. От этой картины буквально затошнило, поэтому шатенка резко отвернулась от своего отражения и уставилась на одну из пары дубовых дверей, ведущих в эту комнату. Именно на ту, из которой новоиспеченная Дечимо уже совсем скоро должна была выйти в злополучный главный зал, где уже собрались практически все значимые фигуры мафиозного мира, чтобы во всеуслышание заявить о себе, как о новом боссе Вонголы. Нет, конечно же, Тсуна понимала, что сейчас уже слишком поздно что-то менять. Ведь она окончательно завязла в этом мерзком мире по самые уши, когда согласилась подменить Ноно. Хотя нет, это произошло гораздо раньше… Еще в тот момент, когда порог её дома переступил странный малыш, назвавшийся домашним репетитором Реборном и сходу выстрелил ей в лоб пулей возрождения! Она все это прекрасно осознавала. Осознавала, но все же…       После смерти Дона Тимотео тот факт, что Савада Тсунаеши станет боссом Вонголы стал уже неоспоримой аксиомой не только для семьи, но и для всего теневого мира. А то, что происходило сейчас было лишь очередной формальностью, ведь Тсуну и её хранителей и так, за какие-то несколько месяцев, пока она условно стояла во главе семьи, узнали все, кто имел хоть какие-то дела с преступным миром. Узнали и поняли, что эту «малышку», как её окрестили ещё на первом собрании Альянса Доны других семей, стоит брать в расчёт и считаться с её мнением. Вот только, из-за того, что церемония наследования девушки, была проведена в страшной спешке и без должного пафоса, присущего королевской семье мафии, сейчас весь этот фарс был просто необходим, чтобы в очередной раз подтвердить свой статус и влияние… Виной этому было довольно плачевное, из-за его ранения, состояние Ноно. Вонгола, чтобы хоть как-то объяснить, отчего эта неизвестная никому маленькая девчонка, до этого известная как, пусть и главная, но всего лишь одна из возможных кандидатов в наследники босса, займёт, на какое-то время его место.       Из-за всего этого на предстоящем Тсуне мероприятии, пафосно именуемым «Церемония вступления в права босса Вонголы», которое предыдущие боссы чаще всего просто игнорировали, настояли практически все, включая пару людей, которым шатенка попросту была не способна, — а точнее боялась, — отказать. Впрочем, Тсунаеши уже смирилась со своей плачевной судьбой и даже поставила себе цель — наконец вернуть мафии власть Оме́рты. По крайней мере с семьями Альянса она уже разобралась, почистив их стройные ряды и довольно доходчиво растолковав умудренным годами Донам, что «хорошо», а что «плохо».       — Ку-фу-фу… Еши, нам пора! — издевательски протянул Рокудо, появившись в метре от неё, сияя широкой улыбкой, так не присущей циничному, ненавидевшему все связанное с мафией человеку. Шатенка невесело фыркнула и, поднявшись, взглянула на своего хранителя, которого совсем недавно боялась больше огня. Он был как всегда великолепен. Взамен чёрного, стилизованного под военный, плаща с эполетами на нем был непривычный для глаз чёрный костюм с рубашкой глубокого синего цвета, прямо как его пламя. Классические, чуть зауженные брюки, ничуть не хуже кожаных штанов в облипку, подчеркивали сильные ноги и, Тсуна резко выдохнула, шикарную попку… То, что её хранитель Тумана неимоверно красив, девушка, совсем недавно, со скрипом сердца, но приняла. Приняла и ужаснулась, сознаваясь самой себе, что в отличии от остальных хранителей, да и вообще большинства близких ей мужчин, так же неимоверно привлекательных и, в отличии от него, добрых и искренних, Мукуро был в её вкусе. Нет, конечно же ни о каких чувствах речи не шло, просто на подсознательном уровне она хотела стать ему ближе… Стать другом, способным поддержать и помочь, пусть и часть её «желания помочь», основывалось на подсознательном влечении. Собственно, именно этот факт заставил девушку, как она позже осознала для себя, углубиться в психологию и, таки наладить с ним взаимоотношения. «Н-да, с ним-то ты отношения наладила, а вот с другими подпортила, глупая Тсуна!» — сказал ей Реборн, после того, как она, на пару с Рокудо довели до нервного тика одного из бывших хранителей Ноно. — Оя-оя… Мне, что, наложить на тебя иллюзию? — слегка взволнованно зацокал хранитель Тумана, решив, что ей необходимо прикрытие, и помахал рукой перед лицом девушки, вернув тем самым её к реальности. Шатенка моргнула и непонимающе взглянула на своего почти друга, ставшего за последние пару месяцев ей заметно ближе. Он был бледен, с лёгкой испариной на лбу, а это ясно говорило, что мужчина волнуется даже больше её. Впрочем, зная о его нелюбви к мафии это было легко объяснимо…       — Нет. — качнула головой девушка, наконец заметив его вопросительный взгляд, — Я в норме, Мукуро, просто задумалась! — мягко улыбнулась она, расправляя платье.       — Как знаешь, Еши. — отвернувшись, безразлично бросил мужчина, — Только приведи в норму свое лицо, иначе Хаято устроит нам всем весёлую жизнь! Ку-фу-фу… — иронично хохотнул он.       — Вот, кто бы мне это говорил, Ананас! — беззлобно прошипела девушка, почувствовав в его словах толику заботы.       — Не. Зови. Меня. Так. — чётко выделяя каждое слово, отозвался иллюзионист, под весёлое хихиканье шатенки.       — Джудайме, вы готовы? — влетев в комнату, затараторил Гокудера, не дав Тсуне достойно ответить своему хранителю Тумана, — А ты, что тут делаешь, урод? — тут же огрызнулся он, заметив улыбающегося Рокудо.       — Оя-оя… Хаято, а ты не думал, что не стоит вырваться в комнату к девушке… — насмешливо пропел иллюзионист, а Тсунаеши резко злилась румянцем, в отличии от вздернувшего бровь Урагана, сразу поняв на что он намекает, — Мало ли можно увидеть, ну, или помешать! Ку-фу-фу… — расхохотался он. Теперь уже вспыхнул Гокудера, вот только не от смущения, а от злости. Шатенка же, видя назревающий конфликт и ощущая тревожные позвякивания интуиции, лишь тяжело вздохнула.       — Мальчики, не ссорьтесь хотя бы сегодня… — встав между ними, миролюбиво произнесла она, взглянув поочерёдно на хранителей Урагана и Тумана, — Хаято, если уже пора, зови остальных и выходим… А то ждать уже порядком надоело! — фыркнула она, мысленно молясь, чтобы Рокудо в этот раз промолчал.       — Есть, Джудайме! — громко крикнул он и так же быстро как ввалился, исчез из помещения.       — Мукуро, зачем ты все это делаешь? — устало спросила девушка, вновь оставшись наедине со своим бывшим ночным кошмаром.       — Оя-оя… Еши, но это же так весело! — задорно, словно он какой-то мальчишка, а не бывший маньяк, отозвался иллюзионист, — Наш взрывной мальчик так забавно злиться…       — И у кого я это спрашивала? — мысленно возведя глаза к небу, задала она риторический вопрос, — Прошу, Мукуро, веди себя сегодня хорошо… Ради меня.       — Только ради тебя, Еши! Ку-фу-фу… — он наигранно поклонился, приложив правую руку к груди, слегка напугав этим девушку. Как бы они не стали близки, но порой Мукуро все ещё пугал девушку своими шутками, — хотя тут она могла бы и поспорить, — о захвате тела босса королевской семьи мафии.

***

      Тсуна стояла у отдаленного столика в компании своих хранителей и мысленно материла все это сборище. Половина из которого пока ещё не воспринимала её всерьёз, а вторая попросту презирала за мягкий нрав и наивное стремление вернуть на её законное место Оме́рту. Но самое мерзкое было в том, что присутствующая на этом вечере Вария, которую сюда, по всей видимости затащил силком Реборн, открыто игнорировала и насмехалась над своим новым начальством. И, если члены этого отмороженного отряда попросту не обращали на неё внимание и тихо шептались, то Занзас во всеуслышание отпускал в её адрес шуточки и называл мусором…       Ещё во время того, как Талбот, с торжественным видом накидывал на её плечи плащ Джотто, переходящий от босса к боссу как знак власти и силы, Тсуна поняла, что сегодняшний приём не закончится для неё ничем хорошим. Ибо Занзас, в отличии от всех остальных, сидя в своём любимом кресле, словно король, попивал виски, давая понять присутствующим, что он думает обо всем этом и где он вертел свое новое начальство. Когда же, после церемонии и речи Тсунаеши, все зааплодировали, приветствуя нового босса королевской семьи, эта скотина, с крикам: «заебала уже», запустил в неё стаканом с виски, все её худшие опасения превратились в реальный ад наяву. Благо, что наученная горьким опытом с Реборном и его неожиданными ударами и подколами «в стиле Вонголы», она практически незаметным для взгляда движением, увернулась.       И плевать Скайрини хотел, что этот, как он выразился, «мусор», в чистую сделал его на конфликте колец, плевать, что она разобралась с Деймоном и Шимон, плевать, что усмирила Бьякурана, спася этим будущее… Ему было плевать даже на то, что Тсуна умудрилась сделала своими должниками последнего шамана и Виндиче, что сулило не малую выгоду всей Вонголе. Но нет, на все это этому варвару, Занзасу, было просто посрать с крыши этого чертового особняка… Как и на репутацию Вонголы, которую он подрывает своими действиями, на совершенно посторонних людей вокруг и грозные взгляды тех, кто искренне любил Тсунаёши.       — Оя-оя! Еши, сегодня твой день, выпей и забудь об этих ползучих гадах! — ободряюще хохотнул иллюзионист, пододвигая к ней бокал с виски, — Или ты хочешь, чтобы я немного поигрался с этими отморозками? Ку-фу-фу… — зловеще протянул он, мысленно уже представляя как именно ему посильнее напугать офицерский состав и босса элитного отряда убийц.       — Ублюдок, не смей втягивать во всё это Джудайме! — рявкнул Гокудера, стоящий справа от своего босса, под руку с Хару.       — Да и пить нам пока нельзя… — усмехнулся Ямамото, ероша волосы на затылке, намекая, что им пока нет двадцати одного, вызывая этим ироничный взгляд Рокудо, ибо до такой степени правильный мафиози, уже сейчас ставший топовым киллером семьи — просто смехотворно.       — Тсу, может пойдём к Энме и Дино? — улыбнулась Киоко, совсем недавно начавшая встречаться с Кёей, и, сейчас гордо стоявшая рядом с нелюдимым Облаком.       — Я, ЭКСТРЕМАЛЬНО, согласен с сестренкой! — бодро подтвердил Рехей, и приобнял свою любимую девушку, а с недавних пор невесту, Ханну.       — И правда! — хихикнула всегда сдержанная брюнетка, после начала отношений со старшим братом своей подруги, ставшая более жизнерадостной и открытой, — Вон, рядом с ними Джанини, Спаннер и Ирие, может кто-то из них сможет составить тебе неплохую пару для этого вечера и развеселить… — мило пролепетала Курокава, намекая на блондина, ибо искренне считала, что этот гениальный техник лучшая партия для Тсуны: красивый, умный и спокойный парень, не лишённый амбиций и стремления. Она, хоть и редко из-за своей учёбы в Японии, всеми силами пыталась их свести. Впрочем, это было невозможно от слова совсем, так как, что Тсунаеши, что Спаннер относились друг к другу как родственники. Впрочем, всё это сватовство, которым занимался практически каждый кто её хорошо знал, уже до такой степени достало шатенку, что она стала пропускать все намёки мимо ушей, ибо искренне надеялась, что так будет лучше всем. — Нельзя же тебе все время быть одной. — бойко продолжила Ханна, чуть подавшись вперёд. Тсуна же на все это лишь очередной раз печально хмыкнула и опустила взгляд на бокал с виски, который так и остался стоять прямо перед ней. Сейчас она не хотела веселиться, все её мысли занимал один единственный вопрос: как заставить Варию себя уважать. Ведь, несмотря на свое нежелание быть боссом, Тсунаеши прекрасно понимала, что если не сделает этого, то в один прекрасный момент окажется в патовой ситуации. Неподчинение непосредственных членов Вонголы породит конфликты с другими семьями, ведь если босса не слушаются даже его подчинённые — это заведомо слабый босс.       — Оя-оя… Да бросьте, нас здесь и так много, а Еши как была грустная, так и осталась… — зацокал иллюзионист, собрав на себе недовольные взгляды хранителей и их девушек, — А, на счёт алкоголя… Друзья мои, сейчас мы с вами в Италии, и тут можно пить с восемнадцати! — проигнорировав всех, бодро закончил он. Шатенка слегка встрепенулась и оглянулась на кучку, образованную Варией вокруг своего сидящего в кресле босса, мерно потягивающего янтарную жидкость из массивного хрустального бокала…       — Алкоголь! — неожиданно для всех, радостно заключила она, решив, что сможет поставить на место Занзаса, если у неё выйдет его перепить… Ну или, хотя бы держаться с ним наравне. Ведь все в той же книге, с помощью которой девушка таки наладила отношения с тем, кто стабильно вызывал в ней страх и снился в самых жутких кошмарах, было сказано, что люди, на подсознательном уровне подчиняются тем, кто их превосходит… А учитывая, что она и так уже доказала, что чуточку, но все же сильнее него, стоило попробовать с тем, что он уважает помимо силы! Девушка, обрадованная новой идеей, схватила бокал с виски и залпом осушила его, особо не задумываясь, о том, что пьёт она впервые в своей жизни и вряд ли сможет сравниться в этом с тем, кто постоянно находится под шафе примерно лет с четырнадцати… — Ещё!       — Тсу, ты уверена? — первой отмерев, на удивление тихо, спросила Хару.       — О да! — бойко заявила шатенка, поставив бокал на стол, — Мукуро, будь добр…       — Как скажешь! Ку-фу-фу… — расхохотался он, даже не заподозрив в её действиях подвоха, решив, что Еши просто одобрила его предложение. Остальные же, с неверием наблюдали, как их босс залпом осушает уже второй бокал виски, жестом показывая Рокудо повторить.

***

      — Ещё! — громко сказала Тсунаёши, ставя на стол уже неизвестно какой бокал виски. Хранители, все это время молча наблюдающие за тем, как медленно, но верно набирается их босс, синхронно выдохнули, готовясь к тому моменту, когда эта милая девушка начнёт буянить. А в том, что это должно произойти не сомневался уже никто, ибо прямо пропорционально тому, как осушались бокалы, Тсуна становилась все более агрессивной.       — Оя-оя… Еши, милая, может тебе уже достаточно? — осторожно произнёс Мукуро, который и стал тем, кто разбудил этого алкомонстра.       — Молчать, Ананасик, иначе твоя знаменитая прическа превратится в стрижку под ноль! — она, резко подняв на уровень глаз правую руку, зажгла пламя в кольце Вонголы, своей многозначительной улыбкой как бы намекая, что к этой стрижке бесплатно прилагаются сильные ожоги. Рокудо сглотнул и лёгким взмахом руки вновь наполнил опустевший бокал, стоящий перед девушкой.       — Джудайме, как это ни прискорбно, но Мукуро прав, вам уже хватит! — неожиданно выпалил хранитель Урагана, а по совместительству правая рука Тсунаеши, наверное впервые открыто поддерживая своего личного врага.       — И ты, Брут? — с непонятными интонациями в голосе, вопросительно протянула шатенка, сжав в руках бокал с янтарной жидкостью. — Ну, может кто-то ещё хочет присоединиться к предателям? — осмотрев всех по очереди, спросила она и сделала глоток виски.       — Эм… Тсуна… — как-то нервно улыбнувшись, заговорил Ямамото, кажется сильнее обычного ероша свои волосы на затылке.       — Ты, ЭКСТРИМАЛЬНО, должна остановиться! — чётко закончил за друга его мысль Рехей, подтвердив свои слова энергичными кивками. Девушка же, поняв, что по всей видимости все против неё, с силой опустила на стол бокал, из-за чего на нем появились еле заметные трещины и прожгла своих ближайших и первых в жизни друзей взглядом.       — Тсу! — хором заголосили девушки, слегка испугавшись подобной перемены во всегда улыбчивой шатенке.       — Что, Тсу? — невесело усмехнулась она, — Я уже двадцать лет Тсу… — буркнула она под осуждающими взглядами, которые успешно проигнорировала, — Только это не меняет того факта, что сегодня моя жизнь официально была слита в унитаз! — хмуро рассмеялась Тсунаеши, и отсалютовав друзьям, опрокинула в себя остатки виски. — Так что берите пример с мистера «камикорос», и не мешайте мне праздновать! — фыркнула она, и развернувшись, собралась уходить.       — Зверёк… — угрожающе протянул Хибари.       — Боюсь-боюсь, Кеечка! — издевательски хохотнула Тсуна, обернувшись, из-за чего все остальные покрылись холодным потом, кожей ощутив злость хранителя Облака.       — Милый, остынь, пожалуйста, ты же видел, сколько она выпила… — жалобно пискнула Киоко, чуть сжав руку своего парня.       — Да-да, остынь, милый! — развеселилась шатенка, а хранители на автомате зажгли пламя в своих «кольцах», готовясь защищать своего неадекватного босса.       — Тц. — хмыкнул Хибари. А шатенка, со смехом снова отвернулась и уверенной походкой, будто и не пила вовсе, направилась куда-то вглубь зала, вливаясь в гущу гостей.       Тсуна со слегка хмельной улыбкой петляла между гостями, здороваясь и принимая поздравления, направляясь в сторону своих лучших друзей среди Донов. Энма и Дино, так же как молодое поколение королевской семьи до этого, обосновались чуть поодаль от остальных, прихватив себе в компанию механиков Вонголы. Только вот делали они это по совершенно разным причинам. Чёртов этикет не позволял Тсунаеши на приёме выделять кого-то из гостей больше, поэтому сегодня мимолетно поздоровавшись более она с ними не говорила. А её друзья просто напросто недолюбливали большую часть собравшихся здесь людей, поэтому предпочитали лишний раз не высовываться… Впрочем, сейчас, после выпитого ей алкоголя, это чёртово правило казалось девушке полнейшим бредом. Поэтому, поддавшись порыву, она решила послать все и всех куда подальше и, наверное впервые за последние годы, вести повести себя так, как сама этого хотела.       — Привет! — громко произнесла девушка, возникнув прямо позади Энмы, — Скучаем? — хохотнула она, утянув с подноса проходящего мимо официанта очередной бокал с чем-то горячительным.       — Тсуна? — удивленно отозвался Дино, внимательно всматриваясь в свою названную младшую сестричку. Было в ней что-то странное, что заставляло его беспокоиться… — Что опять сделал Занзас? — тут же спросил он, понимая, что единственный, кто мог хоть как-то испортить ей сейчас настроение это приёмный сын Ноно.       — А что, я не могу просто так к вам подойти? — ухмыльнулась она, отпив из бокала, — Может я по вам соскучилась… — надув губки, обиженно выдала шатенка.       — Н-нет, что ты! — замахал руками Казарт, — Просто сейчас…       — Ой, да брось ты! — отмахнулась девушка, и, протиснувшись между Спанерром и Энмой, поставила свой бокал на стол, — Я босс королевской семьи мафии, неужели ты думаешь, что меня хоть как-то еб… трогают какие то правила этикета?       — Ты, что, пьяна?! — как-то неверяще произнёс Шоичи.       — Да! — согласно качнула головой Тсунаеши, не видя смысла скрывать от них этот факт.       — Но Тсу! — удивленно воскликнул красноволосый, но заметив на себе косые взгляды, схватился за живот и уже тише продолжил: — Мы же ещё не совершеннолетние!       — Как так, вам же уже по двадцать. — не въехал в ситуацию Дино, под согласный кивок Джаннини.       — Вот именно! — подхватила шатенка, — Здесь можно пить с восемнадцати, мои дорогие!       — Но начинать это делать с виски… — задумчиво сказал Спаннер, ощущая как штормит его босса.       — Да не переживай ты так! — она резко повернула голову к механику, желая ударить его по плечу, но на секунду потеряв равновесие, буквально упала ему в руки, — Упс… — нервно хохотнула Тсунаеши, хватаясь за лацканы его пиджака.       — Может тебя проводить в комнату? — участливо спросил блондин, пытаясь поставить её на ноги, вот только сама шатенка, по всей видимости этого не хотела, продолжая на нем виснуть.       — Кстати об этом, у меня есть к тебе небольшая просьба… — тихо, слегка краснея, прошептала девушка и чуть сильнее потянула его на себя парня. Он нагнулся и тут же ощутил горячее дыхание на своей шее и её еле слышный шепот. Остальные замерли безмолвными статуями, наблюдая за этой сюрреалистичной картиной.       — Прости, но я не думаю… — как только она договорила, смущённо отозвался механик, и тут же, заметив обиженый взгляд девушки, добавил: — Хотя если ты так хочешь, я сделаю это, но только с согласия Реборна и Хаято!