Аstral projection

Открывая дверь в комнату, Фэй скривилась от резкого запаха чипсов и потной обуви с носками, не говоря уже о разбросанных вещах, которые перемешались с прочим мусором. Девушка обессиленно опустила сумку на пол и начала подбирать вещи на пути к своей ненаглядной сестрёнке, которая сидела на своей кровати, надев наушники и попивая колу, усердно что-то печатая в телефоне. А ведь ещё утром их комната блестела… — Рут! — Позвала сестру Фэй, но та никак не отреагировала, — Рут!!! — Крикнув ещё громче, но не получив ответа, девушка подходит уже впритык к кровати и снимает наушники, — обрати на меня внимание, пожалуйста! Рут взглянула на сестру испепеляющим взглядом, всем видом показывая свою дикую неприязнь и не желание общаться. Конечно, Фэй успела привыкнуть к такому отношению к своей персоне и она совсем не злится на свою сестру, хотя искренни не понимает причину всего этого. Каждый раз когда нервы начинали по-тихому сдавать и набегали слёзы, а слова сами слетали с уст, ответ всегда был одним и тем же: Потому, что во всем, что произошло и происходит — виновата ты! Каждую ночь выходя из своего тела, душа Фэй бродила по темным коридорам и пыталась найти ответы. Всегда пыталась. И не только ночью, каждый день эти слова звучали в голове Фэй, заставляли отключаться от внешнего мира и снова углубляться в поиски. Может Рут обвиняет её в смерти родителей? Ведь по рассказам Джина: мафия ворвалась в дом семьи Сон, чтобы забрать Фэй и расстреляли главу семьи с женой. Всё произошло на глазах маленькой Рут, которая спряталась в шкафу. Так же был вариант, что из-за страха детей по отношению к Фэй — с Рут так, же никто не общался и она была предоставлена сама себе. Фэй просила прощения, но не получала его, в таком случаи ничего не оставалось кроме как смириться. Сон любит свою сестру и всегда старается заботиться о ней, ведь Рут не такая плохая как может показаться: когда Тэхён предал 4-й дом, именно она со своими истериками не дала Фэй сломаться. Пусть младшая и будет отрицать это, её шумная личность помогла старшей. Фэй старается обходится без скандалов, но есть момент который блондинка не любит в Рут — неряшливость. Хотя, подростки в большинстве случаев в плане порядка и уборки — одинаковы. Правда, это не оправдания, а звоночек, что нужен хороший родительский пинок под зад. Кидая собранные вещи с пола прямо на Рут, Фэй задала вопрос: — Ты помнишь наш вчерашний разговор на счет порядка в комнате? — Я не могла найти шорты! В твоем порядке ещё сложней что-то найти, чем в беспорядке. — Ответила младшая, откидывая вещи в сторону. — Но ты нашла то, что искала? — Да. — Так почему не сложила всё назад? — Я бы сложила позже! — Запихав всё в одну кучу? — Какая тебе разница как сложены мои вещи? Рут поднимается с кровати, чтобы налить себе ещё колы и обходит Фэй так, чтобы случайно не прикоснуться. И нет, Сон это также не трогает. Один грустный взгляд и укол в районе груди заменяют крики и обиды. Вздохнув, Фэй начинает собирать вещи, решив сложить их самой. Младшая Сон делает глоток из стакана и наблюдает за действиями сестры, не много подумав, она говорит: — Я и сама могла. Не инвалид. Слегка улыбнувшись, Фэй отвечает: — Не стоит. — Не стоит пробуждать во мне совесть, не получится! Свои вещи я могу сама сложить в шкаф! — Да, ладно тебя, Рут! Мне в радость о тебе заботиться. Фыркнув, девушка поставила стакан на стол и грубо выхватила вещи из рук Фэй, комкая даже те, что блондинка успела сложить. — Ты не мать чтобы заботиться об-бо мне, — прорычала Рут, — хватит ею притворяться. — Но я… — Тэхён ушел и ты решила своими телячьими нежностями на меня накинутся? Фэй прикусывает губу, опуская взгляд на свои руки которые начали подрагивать. Это был удар по больному и Рут это прекрасно понимала, но ей был интересен ответ. Но Фэй не спешила отвечать так и застыв взглядом на своих руках. Ещё Сон хотела узнать почему её друг и соратник, с которым ей было так хорошо, с которым она об-бо всем забывала и была счастлива — решил предать семью и саму Фэй. Девушка хотела бы с ним связаться или встретиться, но детям индиго запрещено покидать здание по собственному желанию и пользоваться аппаратами связи. Поэтому Сон не видела внешнего мира с тех пор как оказалась в «Матрице», а дни далекого детства были затуманены и толком ничего ясного в памяти не осталось. Неожиданно в дверь в комнату сестер постучали и в проеме появилась темная макушка Джина. Мужчина слабо улыбнулся и поприветствовал девушек, на что Рут буркнула: «Мы здоровались ещё утром по телефону."Не много замявшись, мужчина выдыхает: — Фэй, есть разговор. Серьёзный. Девушки переглядываются и старшая неуверенно поднимается, слыша как младшая снова фыркает. Пара выходит в коридор оставляя Рут в гордом одиночестве. — Что случилось? — Спрашивает Фэй. — У нас только, что было собрание на котором босс… упомянул тебя. Резкий ток пробежал от кончиков пальцев по всему телу Фэй, оседая где-то в желудки. Странная тревога охватила девушку, что не скрылось от глаз Джина. Судорожно сглотнув, Сон спросила: — Он злится из-за проваленных сеансов? — Как бы сказать… — Он злится на меня? Я не хотела… правда… — Послушай! — Прошу вас, Ким Сокджин поговорите с Намджуном! Я исправлюсь! Просто из-за того, что произошло с Тэхёном, я… — Сон Фэй, помолчи и дай мне, в конце концов, сказать! Девушка послушно замолкает и внимательно смотря на Джина, который, будучи сам на нервах, повысил голос. — Из-за некоторых проблем с поимкой детей индиго, было решено отправить 3-ий и 9-ий отряд на другое задание в качестве поддержки. Задумчиво нахмурившись, Фэй вновь уставилась на Джина, прося его продолжить. Честно, она не совсем понимает зачем ей дают эту информацию: детей индиго редко посвящают в дела мафии, только если от них чего-то хотят. И следующие слова Джина лишь подтверждают догадки Фэй. — До этого, эти отряды занимались делом бродячего дитя. А теперь, это дело без исполнителя. — А я нужна для того чтобы… — Правильно мыслишь. Босс хочет, чтобы за это задания взялась именно ты. Фэй напряглась всем телом, совсем не радуясь такому исходу: дело бродячего дитя считается не выполнимым и часть мафиози, включая саму девушку, даже не верила, что такой ребёнок вообще существует. И теперь ей говорят, что это задание теперь её. — Я не могу, это слишком сложно! Не факт, что я справлюсь, — говорит Фэй, собираясь быстро отказаться и уйти, — и как вообще можно было из всех детей индиго, которые имеют хоть какой-то опыт, давать это дело мне? — Поверь, я тоже был не в восторге от такого решения. Но это приказ босса поэтому ты обязана его выполнить. Представив то, что придется выйти в свет, в незнакомый мир совсем одной, Фэй отрицательно замотала головой, продолжая настаивать на своем. Семь лет взаперти, с возможностью бывать на улице только на крыше или балконе, слушать истории об убийствах, разврате, жестокости, контактировать только с членами семьи, а теперь, без всякой моральной подготовки, идти выполнять задание, которое пришло в исполнение ещё пять лет назад? Слишком страшно и невозможно. Фэй делает шаг назад и хочет постараться сбежать, но слышит странный щелчок за спиной. Медленно обернувшись, девушка видит направленный на неё пистолет. Сердце с глухим звуком обрывается, в голову резко бьет кровь, а тело становится неподвижным. «Неужели, — в страхе думает Фэй, — Джин решил…» — Джин, — дрожащим голосом произносит Сон, — почему? — Я не хочу этого делать, — отвечает мужчина, — да и стрелять в спину — не мой конек. Тяжело выдыхая, Ким прячет оружие и подходит к онемевшей девушке. Он видит дикий ужас в светло-серых глазах и чтобы не много успокоить, кладет свою ладонь на белую макушку, начинаю успокаивающе поглаживать. Резкие вдохи и выдохи из груди Фэй, давали понять, что она только, что пережила настоящие потрясение. Ещё никогда девушка так не боялась Джина как сейчас. А выстрелил ли он, если бы Сон не обратила внимание и продолжила идти дальше? — Почему? — Пересохшими губами спросила Фэй. — Если откажешься от задания — умрешь, — только отвечает Джин. — Почему? — Снова спрашивает девушка. — Таков приказ. — Как можно давать такие приказы?! Так не честно! Совсем не честно! Угрожать жизнью! Ставить перед выбором! Вы же сами учили, что надо принимать в учет и чужое мнение! А теперь, что? Вы наставили на меня пистолет! Вы!!! Девушка сбросила чужую руку, отходя подальше. Эмоции накрыли с головой, заставляя Сон схватиться за голову и спуститься вниз по стене, прижав колени к себе. Шок медленно отступал и приходило осознания того, что произошло, того, что могла произойти. Фэй почувствовала жжение в глазах, а после по её щекам покатились крупные, горячие слезы. Её никто не собирается успокаивать, она должна сама себя взять в руки потому, что это не правильно: плакать — не правильно, показывать эмоции — не правильно, проявлять чувства — не правильно, быть слабой — не правильно. Только, что Джин хотел спустить курок, а Фэй плачет перед этим человеком. Даже самый близкий человек может задушить тебя во сне. Фэй скептически относилась к этому высказыванию, которое когда-то сказал Намджун. Она позволяла себе быть открытой с Тэхёном, делила комнату с Рут, полностью доверяла Джину. А теперь что? Тэхён оказался предателем, Джин был готов в любой момент при отказе Фэй — пристрелить. Теперь девушка боится спать в одной комнате с Рут, которая даже не скрывает своей ненависти. Всхлипнув, Сон делает пять глубоких вздохов и встает на ногу, но так же ищет опору в стене. Заметив, что Фэй более менее успокоилась, Джин решил продолжить: — Подумай о своей сестре, Фэй. Если откажешься и тебя убьют, Рут, будучи не совершеннолетней, отправится в интернат. И это то, что с ней произойдет в лучшем случаи, в худшем она повторит твою роль. И снова выбор. В мафии нет такого понятия как сопереживание и нет никакого понимания. — Я поняла, — отвечает Фэй, — но я совсем не умею вести себя в обществе и совершенно не знаю как общаться с людьми. Что мне надо будет делать? Только следить и при удобном случаи выкрасть этого дитя? — Оно довольно сильное и выкрасть его будет сложно для тебя одной, — отвечает Джин, мысленно радуясь, что Фэй сдалась, — тебе надо будет войти к нему в доверие. — Как? — На лице девушки проскальзывать ироничная улыбка, — вы видели как я выгляжу? Этот ребёнок убежит раньше, чем я успею ему сказать «привет». — То, что наши дети боятся твоего альбинизма, не говорит о том, что так будет в университете. — Даже сестра не дотрагивается до меня, боясь, что подхватит… Стоп, что вы сказали? Фэй надеялась, что ей послышалось и в словах Джина не было никакого университета, но мафиози повторил: — Людям из университета знаком альбинизм, поэтому не стоит так волноваться. — Университет — это такое огромное здание где учатся дети моего возраста? Джин странно покосился в сторону Фэй, подумав, что полная изоляция от внешнего мира — не самое умное решения. Мысль за мыслью мужчина начинал понимать почему Сон боится идти на задание. Если подумать, то Фэй редко общалась с кем-то кроме сестры, Тэхёна, самого Джина и Намджуна. Сейчас ей страшно, а значит могут уже возникнуть проблемы. — Нужен другой план, — прошептал Ким, вызвав вопросительный взгляд со стороны девушки, — если у тебя будет рядом поддержка — станет легче? — Какая именно поддержка? — Дело в том, что беря на себя это задание ты автоматически становишься нашим последователем. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит? — Я буду… чем-то вроде… лица «Матрицы»? Представлять её? — Пусть босс думает, что другие семьи не смогли вычислить наши продвижения, я уверен, что другая мафия так же знает где искать бродячие дитя. А это, в свою очередь, значит, что из каждого дома были отправлены последователи. — То есть мне придется с ними контактировать?! Такой расклад совсем не радовал, ведь если это университет, плюс сложное задание, то другие последователи, наверняка, индиго. И скорее всего, что способности этих людей относятся к активной энергии* — Ты хорошо подготовлена. Выдадим тебе оружие и всё. — Джин словно не хотел замечать побледневшего лица девушки. Его голос был спокойным и уверенным, а взгляд через чур холодный. Фэй понимала, что спорить нет смысла, но страхи не давали покоя. — Оружие, — её голос дрогнул, — значит ли это, что придется им воспользоваться? Джин косо глянул на Фэй. — Ты ведь им пользовалась раньше. — Только на тренировках. — Не только. Фэй непроизвольно закрыла глаза. Она не хотела вспоминать это. Джин давил на больные точки, ему надо чтобы Фэй вспомнила кто она и где находится. Поэтому Намджун и отправляет детей на задания с раннего возраста — закалять характер, эмоции, подавить всякие сомнения. Но Фэй оказалась плохой ученицей. — Можешь не брать пистолет если не хочешь. Он будет у Хосока. — Хосок пойдет со мной? — В одиночку ты не справишься. А Хосок хорошо знаком с жизнью, что за этими стенами. Фэй слабо кивнула и хотела было уже уйти как Джин окликнул её. — Возьми, — в руки девушки опустилось что-то холодное, — и всё же так спокойней. Фэй внимательно оглянула предмет и ахнула: раскладной нож из чистого серебра с незамысловатой гравировкой. Она знала, что этот нож Джину перешёл от покойного отца, а тому от деда, который собственно убил первого хозяина ножа. Среди детей ходили слухи, что этот нож проклят и всегда требует живой крови, а если им не пользуются, то нож забирает жизнь своего хозяина. — Этот нож… Вы уверенны? — Я знаю о чем ты подумала. Не верь этим слухам. Это просто нож. — Просто нож? Но даже если и так, разве он не дорог вам как напоминание об отце? Джин грустно ухмыльнулся и дотронулся до макушки Фэй, слегка поглаживая. — Я его совсем не помню. С каждым днём воспоминания становятся об этом человеке туманей. А значит эта вещь теряет свою особенность. Разве не так? Неотрывно глядя в глаза Джина, Фэй слегка сжала подарок в руке. — Вы правы, — говорит индиго, — я ведь тоже не вижу ценности в вещах, что остались у меня от родителей. Рут привязана к ним, а мои чувства… Их нет. Индиго не привязываются к вещам. Им легко принимать разные своего рода вещи будь-то смерть близких или потеря любимой игрушки. Но воспоминания для них не менее цены! Если их нет, то нет и никакого смысла. Кажется именно в этот момент индиго становятся той машиной за которую их принято считать. Джин тихо засмеялся и убрал руку. — Да, именно этому и учат детей индиго. Отпускать прошлое, не держаться за него. А ты, Фэй, была плохой ученицей. — Что вы имеете в виду? — Знай, я не растроюсь если ты вдруг потеряешь этот нож. — Не потеряю! Джин ещё раз улыбнулся и развернулся, чтобы уйти. Зайдя в комнату, Фэй глянула на Рут, которая вновь лежит в неубранной постели, а после вновь взглянула на нож. «Не потеряю, — подумала девушка и прижала подарок к груди, — не потеряю ведь я всё ещё помню вас, Ким Сокджин.»