Паралич перфекциониста

«...Паралич перфекциониста (Perfectionist paralysis) — состояние, при котором человек не может приступить к работе из-за страха, что все равно не сумеет сделать ее идеально...»

***

      К тому времени на улице настала глубокая ночь: небо потемнело, сбрасывая свое покрывало и открывая безупречный вид на яркие, бросающиеся в глаза, или незаметные звезды, а между ними красовалась огромная полная Луна со множеством видимых кратеров даже отсюда, с Земли.       И вот, на краю неприметного городка Олух, которого частенько не обозначают на картах, при свете одного плохо работающего на всю улицу фонаря в ряд стоят серые, подобные друг другу, жилые дома, совсем одинокие, хоть и находящиеся рядом. И если вдруг сюда первый раз придет какой-нибудь здравомыслящий человек, то у него сразу же возникнет мысль о том, что, видимо, эта часть города давно заброшена и здесь никто давно уже не живет, и после захочет как можно быстрее уйти отсюда. Но каждый такой человек не заметит среди темных старых окон самое незаметное, расположенное на самом краю здания и на самом последнем этаже, ободранное в некоторых местах оконце, откуда горит тусклый желтоватый свет. Казалось бы тогда, что здесь, без всяких сомнений, живет какой-нибудь одинокий зажатый человек пожилого возраста с котом или собакой, но каждый, кто так подумает, окажется глубоко не прав. Серьезно, ну кто бы мог подумать, что именно здесь проживает известный на весь город писатель — Иккинг Хеддок.       Иккинг Хеддок — тот, кого читает каждый проживающий здесь; тот, кто пишет самые невероятные и захватывающие рассказы; тот, кого приглашают на каждое мероприятие; тот, у кого всегда есть фантазия на новые истории. В общем, не будь Иккинга здесь, то город так и утонул бы в серых тонах этого скучного мира. Не удивляйтесь, если однажды, прибыв в город, вы будете видеть каждого человека с книгой в руках, с надписью на обложке: "Автор: Иккинг Хеддок". А пройдя в центр, вы будете лицезреть разные плакаты: "Новая книга Иккинга Хеддока!", "«Затерянные» — будущий бестселлер Иккинга Хеддока или записки сумасшедшего?", "Книга Иккинга Хеддока со скидкой! Заходите!". И абсолютно везде будет написано его имя — именно это привлекает покупателей. Весь город просто с головой был погружен в его творчество, но не без исключений, конечно.       Но знают ли люди, каким способом ему удается писать свои шедевры? Конечно нет. Но они не знают просто потому, что Иккинг сам не хочет этого. Зачем им знать, что он постоянно борется с одной проблемой, как будто это болезнь? Хотя парень сам уже начал считать, что он просто с ума сошел, раз не может написать пару строчек. Один раз ему это просто надоело, и он решил поискать в интернете про "что за черт с ним происходит?". И вот, после этого он узнал, что у него просто паралич перфекциониста. И не он один в этом мире. Читая комментарии, он постепенно успокаивался, понимая, что он, слава всем богам Асгарда, не сумасшедший... есть и хуже.       Первый комментарий писал человек с именем "Счастливчик_Олуха": «Живу в городе Олух, когда сочинения пишу в школе, постоянно этот паралич, а училка еще и двойку ставит, сто раз объяснял — не понимает!»       И тут же ответ от "Курица505": «Счастливчик_Олуха, да ладно тебе, не парься, в будущем станешь писателем, тогда про нее статью напишешь, и ее уволят. Я так точно сделаю!»       А вот "Книга_Драконов" мыслил иначе: «Сверху — неадекваты. Самая лучшая отмазка, что я видел из всех! Ладно бы там, ты — реальный писатель, но школа... Напишите что-нибудь, и хорошая оценка вам обеспечена! Это же школа, а не конкурс! Статью они собрались писать...»       А дальше начинался, как обычно, спор, который будет длиться вплоть до блокировки аккаунтов.       После прочтения комментариев Иккинг тогда искренне смеялся, проблема, конечно, не исчезла, но беспокоить начала лишь по одному поводу — она слишком много отнимает времени. И иногда на написание уходит по полгода! При норме, что можно написать за месяца три. А ведь читатели не ждут! Но что уж тут поделаешь?       А сейчас Иккинг Хеддок как раз работал над своей новой книгой, которая, по его мнению, должна стать самой читаемой из всех... если она вообще поступит в продажу. Все было как обычно: он, ноутбук, история и, конечно же, паралич. Куда же без него?       Но на данный момент парень лежал на кровати и смотрел в телефон. Ноутбук же стоял на столе, расположенный справа от него. На экране висел недописанный текст и надпись: "Последнее изменение: 2 часа назад". Можно подумать, что ему просто лень писать, но нет — ему просто мешают. И вот он уже два часа, лежа на мягкой постельке, просматривает ролики на YouTube. — Привет, ребятки. Сегодня я расскажу вам мою историю, как я избавилась от страха, что я сделаю свою работу неидеальной, проще говоря, как я избавилась от паралича перфекциониста. Прежде всего, я настроилась на это. Без этого, увы, никак. А после пошла и прогулялась. Это дает очень кла... — Иккинг вдруг резко выключил телефон и отбросил в сторону.       Он сел и шумно вздохнул. Они все говорят про эту прогулку. Но что она ему даст? Что? По крайне мере, ему она не даст ничего, и проблема, как всегда, решена не будет. Что же делать? Иккинг перевел взгляд на ноутбук. Там по-прежнему висел этот надоедливый текст. "Надо начать писать" — подумал он и уже начал подниматься. Но тут вдруг кто-то вставил ключ в замочную скважину входной двери. Парень с шумом повалился на кровать, желание писать как рукой сняло. Надо же, даже малейший звук может помешать ему. — Иккинг, я дома!       Шатен улыбнулся. Она наконец-то вернулась. Теперь ему не будет скучно. — Подними свой зад и помоги, пожалуйста, сумки донести!       Он снова вздохнул, Астрид, его девушка уже как год, снова не в настроении после похода в магазин с утра до ночи, и, лениво поднявшись, поспешил к ней, чтобы не отхватить лишнего от нее по шее. — Ты представляешь, какая-то тетка снова наступила на мои кеды! — начала возмущаться она, когда они положили пакеты на стол на кухне. — Теперь они опять грязные! Да сколько можно! — Ну конечно, ты пошла как раз в самый пик туда. И не удивительно. — Но под ноги смотреть-то надо! Я никому же не наступила! — Это же базар, Астрид, там только все за себя любимого. Я тебе это уже месяц говорю, не докричусь никак!       Она насупилась, но вдруг обратила внимание на самого Иккинга: сонный вид, растрепанные волосы, глаза полуоткрыты. — Что с тобой? Заболел? — она потрогала его лоб, но тот был холодным.       Иккинг посмотрел на нее таким взглядом, что она все сразу поняла. — Снова? И вдохновенье пропало? — Оно было, но... да, пропало. — Понятно, ну, попытайся еще раз, что ли, больше посоветовать ничего не смогу.       Парень слабо кивнул и отправился в комнату. Он подошел к своему черному ноутбуку, на крышке которого был наклеен большой черный дракон, и посмотрел на текст. «Темнота... Кругом это необъятное и бесконечное пространство. Местами пугающее. Но… из-за чего мы ее боимся? Из-за чего возникает страх перед ней? Это просто отсутствие света… Ничего более… Но неизвестность… Она пугает. Лежа в кровати, ты, ненароком, заметишь какое-то шевеление в том дальнем углу. Что бы это могло быть? Жуки, вещи или, может быть, отклеивающиеся обои? Хотя, нет. Стоп. Он же пуст и гол. И после этого ты, зажмурив глаза, пытаешься уснуть. Спустя пару минут у тебя это выходит: ты расслабляешься и засыпаешь…»       Шатен заново перечитывал этот отрывок и очень хотел дополнить. Но что-то мешало ему сесть и приняться за работу. И он уже миллион раз проклял это "что-то", но никакого результата не добился. Поэтому он захлопнул крышку ноутбука и повалился на кровать. Никакого желания даже "тыкаться" в телефоне не было. И снова, как по кругу, он осматривал свою комнату. Он снова смотрел в окно, представляя, как сейчас другим хорошо: читают беззаботно его книги и ни о чем не беспокоятся, а он здесь, как на войне. Он уже пообещал себе, что включит свою квартиру в свой рассказ в представлении тюрьмы или подвала. Потому что именно здесь он заперт в железной клетке и никак не может вырваться наружу. Он больше уходил в себя, слушал, как Астрид шуршала пакетами на кухне, а глаза все больше слипались. И в конце концов, он уснул. «...ты расслабляешься и засыпаешь… Пока оно с интересом наблюдает за тобой. Ждет, чтобы ты побыстрее перешел в фазу глубокого сна, а после этого оно подойдет ближе, рассмотреть тебя, человека. Твои черты лица кажутся ему настолько незнакомыми, загадочными. Нос, глаза, уши, незаточеные зубы - все то, что у него нет. Все то, что он хочет. Все то, что он собирается взять у тебя... Он хочет это сделать, но ему мешаешь ты. Своим движением ты переворачиваешься на другой бок к стене. Как он зол. Теперь у него не получится забрать у тебя, по его мнению, самое сокровенное. А он так надеялся, что именно твой нос или, хотя бы, уши подойдут ему. Ведь у других, таких же людей как и ты, не подошли. Десятков людей, которые на утро лежали в окровавленных постелях, изуродованные и без частей лица…» — Иккинг... «...Десятков людей, которые на утро лежали в окровавленных постелях, изуродованные и без частей лица…» — Иккинг!       Иккинг резко проснулся, не понимая, что здесь происходит и почему его звали. Он повернул голову налево и увидел Астрид, держащую его телефон. Он приподнялся на локтях и присмотрелся: на телефоне была изображена история недавно просмотренных им роликов про паралич. И что она хочет от него? Он непонимающе уставился на нее. — Иди и прогуляйся.       У парня тут же глаза на лоб полезли. Она это что, серьезно? — Ну уж нет! — сказав это, он плюхнулся обратно на кровать. — Иди! — девушка начала его стаскивать с кровати, но ничего не получалось, он был слишком тяжелый для нее. — А вдруг сработает! — Не сработает! Я знаю! — А ты пробовал, ммм?       Шатен застыл на месте. Она снова заставила его задуматься и снова победила. Он полежал, подумал, а после начал нехотя подниматься, все равно она от него не отвяжется. — Да зачем? Смысла ноль... — А давай так, — начала она, — если я окажусь права, то в следующий раз на базар пойдешь ты, и пусть тебе на пятки наступают!       Он лишь недовольно посмотрел на нее, но, вроде как, был согласен. — Вот и отлично! — сказала с победным тоном Астрид и пошла его провожать.       Иккинг быстро собрался, надел легкую ветровку, а на голову кепку, взял телефон, чмокнул девушку в щеку, отвернулся и уже собирался открыть дверь, как вдруг подумал, что она, должно быть, пошутила и сейчас стоит за его спиной и тихо смеется. Ну, по крайней мере, он на это надеялся. Он медленно повернул голову, но, к сожалению, она стояла с серьезным лицом и всем взглядом подавала, что если он сейчас сам не отправится, то она сама его выпроводит всеми возможными способами. Он тихо выдохнул и вышел из квартиры. — Удачи! — выпалила Астрид и быстро захлопнула дверь, пока не поздно.       Иккинг пятнадцать секунд пялился на дверь, а потом, понимая, что дверь не откроется, пошел и вызвал лифт. Но никаких звуков он не подавал. Он снова начал быстро нажимать на кнопку, надеясь, что заработает, но нет. Эта ржавчина постоянно не работает, а менять — не меняют. Парень закатил глаза и пошел к лестнице: ему не впервой было спускаться по ней. Выйдя на лестничный проем, сразу стало понятно — нужен фонарик. Лампочка работала только этажом ниже и то, постоянно мигая. Но его это не пугало, скорее наоборот, его это вдохновило на продолжение истории, но сейчас Астрид его не пустит, стоять здесь он не собирается, поэтому лучше погулять. Он включил фонарь и пошел вниз. В тишине было слышно, как за стенкой слышались скрипы лифта, и от этого все же становилось жутко. Казалось, что сейчас на свет телефона сбегутся все монстры... Хм, он вдруг понял, что добавит и этот момент в свой рассказ. Вдруг внизу заскрипела дверь первого этажа, Иккинг тут же посветил на нее, но это был лишь ветер, который колыхал ее. Шатен спокойно вышел сначала из лестничного проема, а после и из самого здания. Он вдохнул свежий воздух и пошел вперед по улице, наблюдая за всем.       Небо было черное-черное из-за облаков. Недавно прошел дождь и от асфальта веяло холодом, но теплый летний ветерок исправлял ситуацию, поэтому было не жарко и не холодно. Прислушавшись, он слышал, как шуршат листья деревьев, как вдали отчаянно воют машины, и это его успокаивало, а также все больше и больше вдохновляло его. Он смотрел на эти дома: они такие страшные и темные, как раз для него. Может, кто-то мог подумать, что Иккинг Хеддок — очень бедный человек, поэтому живет здесь. На самом деле, все не так. Он поселился тут по двум причинам: во-первых, чтобы лучше написать рассказ, а этот район отлично подходит для угнетающей атмосферы, а во-вторых, чтобы спрятаться от фанатов: сюда они не приходят, а за все время он научился быстро исчезать от них, и потом спокойно идет к себе домой. Хоть ничего и не работает в таких зданиях, но он тут ненадолго. Наверное...       Тут парень посмотрел на единственный фонарь на улице — он не работал. Как обычно.       Он решил зайти в парк и просто погулять там немного, обрести ясность ума. Прогуливаясь по песчаной тропинке, он вдруг задумался. А что в этом такого, что он вдруг напишет что-то не так? Он же реально может просто исправить. Лучше посидеть подумать над синонимами, чем просто лежать на диване и ждать чуда, которого не будет. Иккинга как будто ударило током, он понял, что сразу написать идеально не получится. У него всегда текст подвергался многочисленными исправлениями, добавлениями. И тогда его не беспокоил этот паралич. И тут он, наконец, обратил внимание не на проблему, от которой уже не осталось и следа, а на природу, на окружающий мир. И сразу полетели мысли, он вдруг вспомнил его сон до того, как Астрид разбудила его. Он тоже обязательно включит это в текст. А также он включит этот пустующий город, включит этот приятный дождик, включит все, что его окружает. Точно!       Иккинг вдруг понял, что он сейчас готов весь день сидеть за ноутбуком и писать, писать! Он резко развернулся и побежал домой. Все-таки, она была права, была права...       Тут, пробегая мимо фонаря, он заметил, что он горит, так же, как и голова шатена, которая горит идеями, горит желанием.       Заходя в дом он ради интереса вызвал лифт, и он заработал, так же, как и его голова заработала после прогулки.       Он быстро поднялся и позвонил в дверь. Через пару секунд ему открыла Астрид и посмотрела на него. Его глаза просто сверкали от всего. Она ухмыльнулась и пропустила его. — А я же говорила! — самодовольно сказала она, дунув на челку, которая упала ей на глаза. — Знаю, знаю. Спасибо, ты опять меня победила, — снимая верхнюю одежду, говорил Иккинг, а после побежал за ноутбуком.       И, кажется, он забыл про спор, но ничего, она ему еще напомнит, когда придет его заветное время...

***

— ...Это была обычная кухня, чистая и опрятная. Было чувство, что тут недавно кто-то был. А может, здесь живут? Есть шанс. Вся комната была выполнена в светом стиле: выгоренные желтые обои с подтеками, пол, выложенный белой плиткой, был, на удивление, в хорошем состоянии в отличии от стен. Слева располагались светло-коричневые тумбы, на которых лежали некоторые ингредиенты. Тусклая серая газовая плита с открытой комфоркой, холодильник, судя по звукам, исходивших от него, было понятно, что он находится в рабочем состоянии, стояли около тумб, наверху навешаны полки, и в них явно что-то есть. Небольшая барная стойка со стаканами, в которых была налита прозрачная жидкость. Вероятно, вода. Справа стояли коричневый обеденный стол и пара стульев, которые были на нем, но один стоял в стороне, словно кто-то недавно сидел и отдыхал. Висела потертая серебренная люстра, от которой и исходил свет... Эй, это же наша кухня, да? — спросила Астрид, читая вслух законченную Иккингом книгу. — Ага, я же сказал, что добавлю. —Оу, круто, — она уже собиралась продолжить читать дальше, но тут вдруг вспомнила, что еды почти нет, а значит, настало то заветное время. — Кстати, кушать скоро будет нечего. — Ну, так сходить на базар, не? Ты же всегда ходишь? — спросил он ее, она никогда не говорила такого, сразу вставала и шла. — Ох, Иккинг, Иккинг. А помнишь, мы спорили тогда?       И тут его осенило. — Ну, неет, — начал он, но понимал, что все равно идти придется. — Давай-давай, пошевеливайся, раб! — засмеялась девушка и спокойно улеглась дочитывать.       Парень неохотно встал, зашел за пакетами, а потом уже открыл дверь и вышел. А Астрид напоследок крикнула ему, прежде чем захлопнулась дверь: — Со мной спорить бесполезно, запомни это навсегда!