По-сумасшедшему счастливы.

      Не спрашивайте, когда это началось. Не пытайтесь выяснить у меня причину и не задавайте эти глупые вопросы: «Как ты?», или «Тебе уже лучше?». Не давайте мне ложных надежд — я не хочу рассуждать над нелепостью ваших суждений каждый раз, когда они не оправдываются. Мне не хочется вникать в ваши пустые слова и обещания, а после вновь уличать вас во лжи. Я решила доверить свою историю вам, и, если у вас есть уважение к чужим чувствам, вы должны её выслушать.       Спросите о том, что вас так гнетёт: зачем вам это знать и почему вы все ещё читаете это? Вы заинтересовались, но, действительно, почему и зачем? Ведь эта история не такая забавная и вовсе не такая хорошая, как могла бы быть; наверное, эта история даже не заслуживает быть рассказанной, настолько она абсурдна и бессмысленна. Но всё в этом мире имеет право на существование, не так ли?       Я не хочу, чтобы вы разочаровывались во мне, не хочу, чтобы вы жалели меня. Мне просто нужно поделиться этим, а затем, скорее всего, меня ждет больница для душевнобольных. Надеюсь, вы не примете всё близко к сердцу, ведь я не попрошу за это прощения.

***

      — Я хочу с тобой поговорить.       — А я — нет.       — Не будь такой, я правда хочу помочь.       — Никто тебя об этом не просил.       — Я знаю. Это моя инициатива.       — Если ты так хочешь поговорить о моем состоянии, позвони своему брату. Он обожает разговаривать о том, как мне плохо и насколько хуже станет в ближайшие дни.       — Анна! Ты не пьёшь таблетки уже около недели — конечно же тебе станет хуже! Если ты сейчас же не возьмёшь эту таблетку и не выпьешь её, клянусь, я засуну тебе её в зад и протолкаю до самого кишечника!       Знакомьтесь — это Лора, моя тётя. Она является очень вредной старшей сестрой моего отца, и — какое совпадение! — она мой лечащий врач. До всей этой ситуации наши встречи происходили ровно два раза в год, на Рождество и на День Благодарения. Сейчас же мы ежедневно встречаемся в больнице, где она в постоянно твердит мне о том, насколько я глупа в своих поступках.       — Ты же врач, ты прекрасно знаешь, что твоя угроза — лишь пустые слова, — Анна закатила глаза и откинула голову на спинку кресла.       — Разумеется, но ещё хотя бы один раз ты посмеешь пропустить приём лекарств — и я обеспечу тебе вовсе неприятное времяпровождение в клинике для психов! — не на шутку разозлилась Лора, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик.       — Ты не имеешь право называть своих пациентов психами, — Анна тяжело вздохнула и, подняв голову, перевела взгляд на тетю, которая, как и всегда, сидела в своём белом халате, накинутым поверх обычной одежды. Тёмные короткие волосы, чуть высветленные в некоторых местах, глубокие голубые глаза, миниатюрный нос и тонкие губы делали Лору весьма миловидной женщиной, но сейчас её щеки покрывал легкий румянец злости, а пальцы беспокойно постукивали по столу, напрочь забитого документами.       — Нервы? — с усмешкой спросила Анна, не сводя взгляд с рук тети.       — Нет. В отличие от тебя, меня не волнует эта проблема! — все же сорвалась на крик женщина, испугав Анну. — Если бы у меня были проблемы, я бы точно не стала перечить своему врачу и прерывать приём лекарств!       Анна вновь усмехнулась и махнула рукой в знак того, что ей все равно, после чего подняла голову к потолку и засмеялась.       — Вон! — строгий голос Лоры отвлёк племянницу от смеха. Буквально за секунду настрой женщины изменился: теперь она говорила спокойно и следила за движениями девочки с бесстрастным взглядом. — Ты не ослышалась, пошла вон из моего кабинета.       Анна поднялась с кресла и, подойдя ближе к столу, наклонила голову влево, отчего волосы мягко легли ей на плечо. Уставившись на тетю, она прищурила глаза и, получив в ответ вопросительный взгляд, еще раз усмехнулась, подняла руку и, слегка согнув её в локте, закатила рукав.       — Эти на этой неделе. Не спрашивай зачем, не спрашивай, почему я не сказала тебе. Я больна, думаю, мне разрешается умалчивать об этом.       Лора с осторожностью осмотрела новые раны на руке девушки и тяжело вздохнула.       — В следующий раз можешь отрезать себе руку, детка. Может, твои проблемы и вовсе исчезнут, чего мелочиться? Порезы лишь на время прикрывают душевную боль.       — Отличная идея, — Анна кивнула и пошла к двери, но, не дойдя, обернулась и с ухмылкой добавила: — Ах, да, пропиши и себе успокоительные, а то врачу не пристало говорить такие слова больному. Думаешь, я не приму их всерьёз?       — Ты не так глупа, — тут же последовал ответ.       «Да, я и правда не так глупа, — подумала Анна и вышла из комнаты, оставив женщину наедине со своими мыслями. — Забавно, я довела даже лучшего психотерапевта в городе».

***

      — Божечки, Ни! Завтра фанвстреча с главными актёрами «Иллюзии Счастья», — прокричала Эмили в трубку. Анна прикрыла глаза, заранее зная, что дальше скажет подруга, и мысленно приготовилась дать отказ.       — Прошу, идём, — последовала с того конца трубки просьба, которую девушка ожидала с самого начала разговора.       — Нет, — как можно твёрже произнесла Анна, но сама не заметила, как всё же согласилась встретиться с подругой завтра в 13:00, чтобы та смогла насладиться временем со своим любимым актером — Чон Чонгуком.