Как феникс из пепла

Вы ощущали когда-нибудь, как земля уходит у вас из-под ног. Попробую вам это описать. Представьте, что вы идете по лестнице, высота между каждой ступеньке сантиметров двадцать, но между последней ступенькой и землей это расстояние равно примерно тридцати. И вы, не думая, доверяя инстинктам, наступаете на землю, но не ощущаете ее на той высоте, что была до этого. Некое чувство невесомости. Да? Это происходит за доли секунды, но эмоции на всю жизнь. Хазан начала задыхаться и схватилась за шею, пытаясь прийти в себя. Упасть единственное, что ей оставалось. Упала. Последнее что помнит, как сильные руки схватили ее и понесли. Последнее, что она произнесла было –«Ягыз». Пришла в себя она в больнице. Открыв глаза, начала искать причину ее падения в обморок. Его не было. -Значит, все-таки померещилось. Белая горячка, молодец Хазан, молодец. Но стоп, глюки не осязаемы, а он вынес меня на руках, — девушка вышла в коридор. Он стоял на другом конце коридора и мирно беседовал с врачами. До нее доносились лишь обрывки разговора. -С ней правда все хорошо? А как ребенок? -Ягыз Эгемен, — выкрикнула она на всю больницу. Дрожь прошла по ее телу, ребенок впервые пнул ее изнутри, словно почувствовал отца. Он обернулся и встретился с глазами цвета шоколада, которые были полны слез. Шаг в ее сторону, два, три. Хазан сделала шаг и побежала к нему. Двоих людей притягивало как пружину. Она чуть ли не снесла его. Ягыз обнял ее, как никогда не обнимал. Так сильно как можно. Он руками зарылся в ее густые распущенные волосы, вновь вдохнул ее запах. Она пахла цитрусами. Это были духи «Аква Дел Ланге Виллеро», которые он подарил ей, потому что они ей понравились. Его гордая девочка не приняла его денег на покупку, и ему ничего не оставалось, как найти повод и купить их ей. Поводом послужило неделя совместной жизни в одной квартире. Глупо, да? Вы видели бы лицо Хазан, когда она увидела этот парфюм. В ней считался вопрос «Откуда же ты взялся такой идеальный?» Сейчас этот идеальный стоял и просто втягивал в себя воздух вместе с ее ароматом, до головокружения. Хазан стояла на цыпочках, ее голова лежала на его плече и она оставила на нем легкий поцелуй. Вдох. Выдох. Стук сердец. И толчок в животе. Ягыз отпрянул от жены и положил ладони на ее живот. Милая улыбка появилась на его лице. Он поднял глаза и встретился с очами своей любимой, которые были полны слез. Одна из них скатилась, и Ягыз подставил руку и поймал одинокую слезинку. Затем он провернул то, что уже делал. -Палец-салфетка, всегда срабатывало, кажется — улыбнулся мужчина. -Кажется, — прошептала Хазан. -Обещаю, Хазан, больше не одна твоя слеза не будет пропитывать эту землю. Если они будут рваться из твоих глаз, то я обязательно буду рядом, чтобы поймать их или применить «палец-салфетку». Думаю нам надо запатентовать это название, — пытаясь пошутить, сказал Ягыз. -Почему не пришел раньше? Что с тобой случилось? Ягыз, я не поверила им. Не поверила тому, что тебя больше нет. Каждый божий день я ждала, что ты войдешь в ту чертову дверь, Ягыз Эгемен, каждый день. Где ты был, черт подери? Полгода. Тебя не было 168 дней. Я с ума сходила. Один раз увидела тебя в торговом центре. Напугала бедного парня, когда догнала и кинулась к нему, назвав его твоим именем. Люди считали меня сумасшедшей. Твоя семья считала меня умалишенной, когда рассказала, что считаю тебя живым, потому что чувствую твое присутствие. Что ты, мать твою, делал все эти дни? Когда я нуждалась в тебе, сильнее, чем когда-либо. Когда две недели пролежала в больнице из-за угрозы выкидыша. Где ты был, Ягыз Эгемен? — голос ее хрипел, она то еле слышно шептала эти слова, то переходила на крик, тем самым привлекая внимание персонала и больных. Каждый раз, произнося новое предложение, она обеими руками толкала мужа. -Хазан, Хазан, успокойся, прошу тебя, — после того, как она прекратила свой монолог, он взял ее за руку и повел в сторону ее палаты. Зайдя туда, Ягыз встал перед ней. Она прожигала его своим взглядом, таким образом, требуя ответы на свои вопросы. -Слушай, Хазан, я отвечу на все твои вопросы, но сначала ты выместишь всю злобу. Хорошо? Давай, ударь меня, — он раскинул руки в стороны, давая понять, что он совершенно беззащитен. –Примени все свои приемы кикбоксинга, любимая. Я заслужил, давай же. Бей. Я бросил тебя в одну. Пропал на 169 дней, кстати, считаешь ты не очень. Не был рядом, когда был нужен. Я причина твоих бед, Хазан. Я тот, кто не заслужил тебя. Я Ягыз Эгемен оставил тебя одну на растерзание своей семье на полгода. Я…- он не смог произнести больше ни слова, потому что твердая рука Хазан влепила ему очень сильную пощечину. Место приземления ладони девушки горело и оставило на лице легкую красноту. На этом Хазан не остановилась, она приняла лупить его по всем конечностям. Она колотила его по груди, получая при этом огромное удовлетворение. Но следующего ее действия не ожидала даже она сама. Своими ударами, припечатав мужа к двери, Хазан встала на цыпочки и нежно поцеловала ту самую щеку мужчины, в которую недавно отвесила нехилую пощечину. Она медленно и неуверенно касалась своими губами его лицо. Поцелуй в скулу, трепетное касание у уха, шея. Она словно лечила места, которые болели после ее психологического срыва. Взяв обеими руками его лицо, Хазан коснулась его лба своим лбом. Так, наверное, они простояли целую вечность. -Прости меня, Хазан, прости. Я все объясню. Поверь мне, всем моим действиями есть логичное объяснение. Не думай, что я пытаюсь оправдаться. Просто я дам тебе все ответы, обещаю. Еще обещаю, что я возмещу ущерб потерянных 169 дней, — шептал он ей. -Завтра, хорошо? Не смей портить момент своими ответами, на которые мне сейчас глубоко наплевать. Хорошо? -Хорошо. -Хорошо, — выдыхает Хазан ему прямо в губы. И касается их своими губами. Сначала поцелуй был неуверенным и нежным, но стоило Ягызу ощутить вишневый вкус ее пухлых, теплых губ и им овладела жадное желание. Он углубил поцелуй, делая его более гипнотическим и страстным. Оба они чувствовали умиротворение, нежность ну и, конечно, любовь. -Я скучал, — сказал он, нехотя оторвавшись от нее. -Я тоже, — погладила она его лицо. –Мы тоже, скучали. -Поехали домой, маленькая госпожа? -Поехали. Муж и жена, хотели выйти на улицу, но их остановил охранник и предупредил он толпе журналистов. -Будь все проклято, — Ягыз взял Хазан за руку и потащил в сторону выхода. Стоило им выйти из дверей больницы, как десятки вспышек фотокамер и микрофоны окружили их. -Господин Ягыз, как вы выжили? -Господин Ягыз, где вы были все эти дни? -Господин Ягыз, мы хотим объяснений. И многие другие вопросы обрушились на них. Ягыз приобнял жену за талию и оберегая, как зеницу ока довел до Мерседеса. Усадив сначала ее, он оббежал машину и сел сам. За считанные секунды машина скрылась из виду вместе с людьми, которых, не переставая, обсуждала вся Турция. Уехали, оставив без ответа все вопросы, которые прозвучали в этот вечер. В полной тишине они добрались до Плазы. Выйдя из машины, они взялись за руку и прошли внутрь. Лифт домчал их до сорокового этажа. А ноги на автомате довели до 150 квартиры. Отыскав ключи, Хазан открыла дверь. Пройдя внутрь, Ягыз выдохнул. И вспомнил тысячи воспоминаний, которые были связаны с этим местом. Флэшбэк -Что это? — Хазан показала ему фото. -В чем дело? -Я тут косая вышла. -Какая? -Косая. Ты ведь выберешь именно это фото, да? -Не знаю. -Я косая, что ли? -Дай посмотрю, — он уставился на нее, а она передвинулась ближе. -Левый глаз. -Что с левым глазом? -Косит, — рассмеялся он ее выражению лица. -В чем дело? Что вспомнил? Почему смеешься? — спросила Хазан у него. -Забудь, — Ягыз подошел к ней и приобнял.- Моя косая, маленькая госпожа, — улыбнулся от во все 32. -Да ну тебя, свинья. После длительного обмена колкостями на диване Хазан не заметила, как уснула в его объятиях, вдыхая его запах. Но он не мог и глаз сомкнуть. Все его мысли были заняты отцом и тем, что он сделал много лет назад. То из-за чего его тормозные колодки были перерезаны. Правда из-за которой и ради которой он чуть не лишился жизни. История Хазыма Эгемена и Джемаля Йылдыза.