On the dancefloor

      Вечер должен был получиться просто шикарным. К концу первого курса было решено устроить самую настоящую вечеринку в загородном доме одного из богатеньких студентов. Погода стояла по-настоящему летняя, запах скошенной травы поднимался в пропаренный воздух. Каждый хотел хорошенько отдохнуть под бутылочку холодного пива или ледяной текилы с освежающим лаймом. Билл Сайфер — местный заводила и просто красавчик, по которому сохла каждая студентка, — тоже решил посетить сие мероприятие. Ну, а как же еще поступать, когда сессия высосала из молодого тела все соки. И вот целое здание уже заполнилось приглашенными и неприглашенными молодыми людьми. Вечер был таким же жарким, как и день.       Разноцветные пятна прыгали по телам танцующих, басы били прямо по ушам. Сердца стучали точно в ритм музыке, свет часто мерцал. Сайфер приложился губами к бутылке пива, по которому стекали капельки испарины. Чёрная рубашка была распахнута на несколько верхних пуговиц, джинсы с шипастыми ремнями привычно обтягивали стройные длинные ноги. Раскосые глаза с лёгкой поволокой смотрели на толпу, тёмные ресницы сбивали морок редким морганием. Билл поправил собственные чёрные пряди, зачесал волосы набок. Каждой подходящей девушке он отвечал одинаково: — «Не интересуют меня ваши ссаные потрахушки». Сайфер пришёл лишь для расслабления и распития спиртного. Он сидел на кожаном диване, перегонял по дну бутылки оставшееся светлое нефильтрованное. Пряди уже были влажными, мышцы приятно тянуло. Глаза, в которых словно плескался многолетний коньяк, наткнулись на нечто интересное: под громкую музыку один человек забрался на барную стойку.       Это был парень. На его талии был завязан узелок клетчатой рубашки, по подтянутому животу с каждым разом пробегали красные и зеленые пятна диско-шара. До неприличия короткие шорты скрывали до невозможного мало. Как ни странно, на ногах у него были чёртовы полупрозрачные туфли, как у настоящих стриптизёрш. Даже издали Сайфер разглядел жёлтые полосы теней на глазах. Губы Билла растянулись в усмешке, он закинул ногу на ногу, а затем достал из стоящего рядом ящика новую бутылку пива. Каштановые кудряшки с каждым движением мягко подпрыгивали, влажные губы парня были приоткрыты в новых вдохах. Бедра извивались в такт мелодии, линии тонкой талии притянули к себе взгляд коньячных глаз. В конце концов Сайфер просто не выдержал и поддался любопытству. Он пошёл сквозь толпу к чёртовой барной стойке, у которой специально нанятый бармен уж как-то слишком хищно глядел на парня снизу вверх. Пол уплывал, или это уже пиво в голову дало, но Билл на каждых нескольких шагах спотыкался о танцующих людей. Через несколько минут или секунд — да просто было неясно для хмельной головы — он оказался у стойки. За это время в руках у незнакомца появилась бутылка мартини. Ресницы слиплись от пота и жара, стало слишком душно. Покрасневшие губы прижались к горлышку, струи алкоголя потекли мимо рта: прямо на рубашку в синюю клетку, вниз на живот и ручейками прямо под короткие джинсовые шорты. Карие глаза заметили Сайфера, юноша улыбнулся. Какая там к хренам толпа за спиной? Какие люди? О чём вы? Билла уже не волновало ничего, кроме мутно-расширенных зрачков слегка прикрытых глаз. Сайфер протянул руку незнакомцу, ухмыльнулся. Доля мгновения раздумий — влажная ладонь легла в протянутую руку, шатен с лёгкостью присел на колени, не поддавшись опьянению, дёрнул Билла за ворот к себе и заглянул прямо в покрасневшее от температуры лицо. По обнажённым бёдрам стекала адская смесь пота и алкоголя, темные вихры на висках были совсем мокрыми. Грёбаный желтый — как думал Билл — на чужих веках всё только усугублял, а румянец жара на скулах манил к себе с дикой силой. Юноша свесил ноги вниз, спустился на пол и только потом отпустил рубашку из цепкой хватки.       Одно движение, один кивок головой в сторону танцующих, и Сайфер уже без слов следовал за незнакомцем прямо в эпицентр смеха. Даже на каблуках парень слегка не дотягивал до роста брюнета. Его руки без капли стыда обняли Билла за шею, глаза с пьяной поволокой и искрами веселья гипнотизировали Сайфера всё больше и больше. Ладони на голой влажной и до ужаса горячей талии, пальцы, цепляющиеся за шлевки джинсовых шорт, извивающееся тонкое тело в собственных руках и запах смешанного алкоголя из приоткрытого рта — спиртом прямо в лёгкие, — всё это с новой силой било по мозгам. Басы по жилам, слова по нервам. Определённо, виновато было пиво, но красный слишком удачно ложился на лицо напротив. Ладони скользнули ниже по плечам, опустились на грудь, скрытую чёрной рубашкой и пропали, чтобы переместить длинные пальцы на живот и обернуться в тесных объятиях. Бедра потирались прямо о бедра, пот стекал по вискам, соль въедалась прямо в поры. Билл наклонился к влажной шее, потянулся к приоткрытым губам, но рука накрыла его рот, а каштановые брови приподнялись в азарте. В конечном итоге всего стало слишком много — пальцы на животе, вверх по рёбрам и прямо под завязанную рубашку, эти частые потирания в бесстыдном танце, глубокое дыхание… Шатен просто отстранился, жёлтые тени блеснули на его веках, по покрасневшим устам пробежался язык. Сайфер был уверен, что можно было напиться, просто поцеловав этого парня. И впервые в жизни Сайфер желал поцеловать первого встречного. Стоило только ресницам сомкнуться для того, чтобы моргнуть, как незнакомец будто испарился, подобно самому жестокому видению.

***

      Следующим утром Билл искал этого парня в институте, но никого похожего не находил. Все были какие-то однотипные, скучные и совершенно неинтересные. Он спрашивал у всех подряд о том парне, но слышал один ответ: «Да чёрт его знает. Никогда раньше не видели такого». Поиски проходили безрезультатно.       В это время юный Мейсон Пайнс проклинал себя за проигранный сестре спор. Спасением казался только алкоголь, ведь в наряде местной стриптизёрши он бы даже в зеркало постыдился глянуть, а тут… Он тихонько себе сидел на подоконнике, слушая обсуждения собственной персоны. Сайфер уже к тому времени устал приглядываться к кому попало. Нервы кипели, мозг взрывался, а похмелье назойливым молотком барабанило по сознанию. Билл проходил мимо большого окна, чесал затылок в размышлениях — не мог же тот парень испариться с концами. Сайфер оперся бедрами о подоконник, перевёл взгляд в сторону. Рядом сидел какой-то низкорослый юноша с непонятным гнездом на голове; чёрные толстые очки в квадратной оправе съезжали на нос; мешковатая толстовка скрывала тело будто в мешке, как и непонятные стрёмные джинсы; потрёпанные кеды касались стенки, а в руках лежал учебник по вышмату. Билл склонил голову набок, чтобы присмотреться, прищурился. На щеках юноши выступил румянец, он закрылся учебником. Сайфер ухмыльнулся перевёл взгляд на проходящий мимо поток людей и скрестил руки на груди. — Знаешь, а я должен на тебе жениться после прошлой ночки, — совершенно спокойно и непринуждённо произнёс брюнет. Юноша опустил учебник, посмотрел на Сайфера через толстые очки. — Что? — осторожно спросил парень. — Вы о чём?       Билл закатил глаза, вырвал книжку из рук юноши и откинул к другому концу большого подоконника. Он стянул очки с чужого носа, засунул их в карман собственной рубашки и протянул ладонь к ошарашенному лицу, дабы стереть большим пальцем остатки от жёлтых теней на виске. — Сегодня после учёбы ты не идёшь домой. Вместе перекусим. Понял? — Всё это время усмешка не покидала тонких губ, тёмные ресницы прикрывали коньячные омуты. Юноша в ответ лишь неуверенно кивнул, его щёки покрылись новой порцией румянца. — Я бы всё равно нашёл тебя. Не было смысла прятаться. — Я и не прятался. И вообще, оно вышло случайно. Я не такой, каким ты меня видел. — Мейсон замялся, потёр ладонью лоб. — Я просто проиграл в споре... — Да всё ты такой, — засмеялся Билл. Он перехватил толстовку за шнурки от капюшона, потянул Пайнса за них и накрыл его губы своими, мягко целуя.