Двойной Сладкий Доктор

Мелвин — Кофе…кофе…кофе аппарат, — процедила я сквозь зубы и пронзила взглядом автомат с напитками напротив меня. Странно, после вчерашней ночи было возвратиться на работу как ни в чем не бывало. Можно подумать, это был сон. Но нарастающая боль в спине и легкая дурнота, а также сухость во рту, не давали мне забыться. Это по-настоящему. Я поспала всего пару часов и совершенно разбитая прибежала на работу в больницу. Как всегда опоздала. Не было еще ни дня, чтобы я пришла вовремя. Все время меня что-то задерживает. Сегодня, например, это было вчерашняя пьянка в компании с самым сильным магом Вселенной. Представляю, что сказала бы начальница, если бы я ей так ответила. А пока мне необходимо взбодриться. Монотонное течение времени в больничном фойе меня убивало. Я клевала носом, бормоча цены редким покупателям. Где Доктор Стрэндж и остальные я не знала, не видела их с утра. В этот момент в стеклянных дверях возник знакомый силуэт. Это Кэп и его накачанное тело. Подозрительно оглядываясь по сторонам, он надвинул серую кепку на лоб и решительно дернул дверь. Раздался щелчок, как будто замок закрылся, и дверь не поддалась. Стив дернул еще раз. Но дверь дернулась вместе со стеной, задребезжав, но не открылась. Кэп растерянно оглянулся, в стеклянном коридоре, где он стоял, никого не было. А бабки за стойкой злорадно посмеялись, промолвив: — О, еще один дурак приперся, каши не ел, открыть не может. Все дело в том, что входную дверь вечно клинило, и временами ее невозможно было открыть. На эту ловушку попался уже не один посетитель больницы. — Закрыто? — донеслось до меня едва слышные слова Кэпа. Я вздохнула и встала, очнувшись от ступора, подошла к двери и толкнула ее на себя. Дверь раскрылась с противным скрежетом. — Сильнее надо толкать, — по привычке сказала я бесцветным голосом, как будто Кэп был одним из многочисленных прохожих. — Это ты мне говоришь? — удивился Стив, стоя на пороге, — мне как бы силы не занимать, тут что-то с дверью приключилось, но не отрывать же ее в самом деле. И это уже не в первый раз, помнишь, как ты застряла в туалете. Привет кстати, Мелвин. — Привет, Кэп. — Что поплохело? — с ехидством спросил он, сложив руки на груди. — Ага, может, кофейку? — предложила я, кивнув в сторону аппарата. Он согласно кивнул. Мы только приблизились к кофеавтомату, как со стороны больницы возник Доктор Стрэндж в белом халате, он стремительно завернул в нашу сторону. На его лице читалось открытое недовольство. — Что вы тут делаете и без меня? — довольно громко сказал он. Бабки заинтересованно уставились на нашу компанию. Я представила, как мне придется отсчитываться перед ними ху из ху, и почему я с ними вообще общаюсь, с кем вожу шашни, кто из них женатик, а кто бросил своих шестерых детей. Учитывая, что я такая мямля, что никогда в жизни не скажу, это не ваше дело. — Привет, — я поморщилась, так как каждое движение отдавалось у меня сильной болью в спине. Стрэндж закатил глаза при виде меня. Видимо, он собирается вечность припоминать мне мой промах. — Я собираюсь попить кофе, а вы? — уточнила я. И Кэп и Док промолчали. Но я не унималась. Иногда, когда я чувствую упадок сил, меня вдруг наоборот начинает нести, и я плету всякую чушь, потеряв обычную стеснительность. — Кофе тут хорош. Очень вкусный. Я извлекла из кармана три железных десятки и закинула их в аппарат. — Какой выберешь? — поинтересовался Роджерс в приступе вежливости, уставившись на желтые кнопочки с названиями. — Капучино, — скривилась я, — всегда его пью. — Тебе нравится капучино? — спросил Стрэндж, осмотрев меня внимательным взглядом, как будто это обстоятельство было важной частью моей биографии начинающей колдуньи. — Нет. Не очень. Но это лучше, чем эспрессо. Его я пью в крайнем случае. У меня сердце отвалится, если его выпить. Я чувствительна к кофе. Американо мне не оч. А латте я люблю, но оно дорогое, — не подумав, ляпнула я, тут же мне стало стыдно за последние слова, тоже мне нищебродка, — ну понимаете, каждый день покупать его дорого за месяц выходит, — я покраснела, поняв, что только что усугубила свое нищенское положение перед ними. — Так он хорош? Вкусный этот латте? — невинно поинтересовался Стрэндж, он отвел взгляд от меня, словно не замечая моего смущения. — Ну да, мой любимый, — пробормотала я. — Окей, — Стрэндж нажал на кнопочку латте три раза. Я удивленно посмотрела на него. Автомат заурчал, наполняя первый стаканчик с таким звуком, с каким я недавно блевала. — Что ты вытворяешь? — вдруг вмешался Кэп, он весь покраснел и выпучил глаза на Стрэнджа. — Что? — Стрэндж отпрянул от него, встав за мою спину. — Ты должен заплатить реальные деньги, а не пользоваться волшебством. Это называется воровство, Док! — Это называется волшебство, магия, дурачок! — Стрэндж положил руки мне на плечи, как будто собирался загородиться мной от праведного гнева Роджерса. Я слегка вздрогнула от его прикосновения. От его пальцев будто ток исходит. Я отодвинулась, чтобы забрать свой кофе. Честно, мне плевать на деньги. Я попью бесплатный кофе. Может, у меня моральных принципов нет. — Мы не можем! — сообщил Кэп, нацелившись на мой стакан, — люди зарабатывают на этом аппарате, а мы бесплатно пьем! — В этом вся суть моего призвания, — сообщил Стрэндж, засунув руки в карманы, — пользоваться бесплатной выпивкой. Магия нужна именно для этого, или я зазря учился семь лет в Катаптуртурхе. — Где? — я поперхнулась латте. — В Карэнгилланделевень. О мой кофе! Попробуем этот напиток богов, раз Мелвин, его так рекламировала, тебе бы в рекламе сниматься, будешь говорить что-то вроде: латте очень вкусный, потому что дорогой, я не могу себе его позволить. Так что позвольте его себе сами, и все это с таким мученическим видом, — Стрэндж отпил глоток из пластикового стакана, весь скривился, прыснул, расплескав половину, — фуууу! Что за …? Что это вообще за муть? — он прошел к мусорке, держа стакан в вытянутой руке, а потом выкинул его прямо с жидкостью в ящик с использованными бахилами. У бабок это породило волну возмущения: — Ирод, сам убирать будешь. — Иж какой! Я застыла вместе со своим кофе в руке. — Что не так? — тихо спросила я у Стрэнджа, — у меня все норм. Для надежности я отпила ароматного напитка. И правда, неплохо. — А ну дай попробовать, у меня был испорченный, — Стрэндж приблизился, взял стакан из моих рук и отхлебнул, — фуууууу! — еще громче и противнее завопил он, — как ты пьешь эту гадость, Мелвин, у тебя вкусовых рецепторов нет, они атрофировались за годы питья этой дерьмохрени? — Нормальный кофе. Натуральный, — буркнула я. — Гадость. Фи. Отвратительно, — возразил Стрэндж, — никогда не пил ничего хуже. Это даже не кофе. А растворимая дерьмохрень. И ты считаешь его вкусным, неплохим? Как ты еще там выразилась? Великолепным? — Это слово я не употребляла…- смутилась я. — Да прекрати уже, — яростно выдохнул Кэп, схватил третий стаканчик и тут же сделал глоток. Сначала он сморщился. Но потом выпил еще, — нормальный кофе. Пить можно. Что тут такого. Как можно быть таким выпендрежником как ты, Док? Наверно, тут не бывает нормального настоящего кофе. Очень даже ничего, — и он проглотил все до остатка. Я с удивлением воззрилась на Кэпа. Его светлокожее лицо покраснело до корней золотистых волос — Он же горячий, — с жалостью заметила я. — Серьезно? — Роджерс сдунул прядку волос со лба, — я и не заметил. На меня кипяток не действует. — И кто тут после этого выпендрежник? — с сомнением спросил Стрэндж. — Я просто пытался быть вежливым, — ответил Кэп со слезящимися глазами. — А я честным. Что лучше, как ты думаешь, Мелвин? — Конечно, вежливость, -выпалила я, решив все-таки допить свой отвратительный латте, — но скажу честно, Доктор Стрэндж, я правда считала, что этот кофе хорош. — Ты просто никогда не пробовала лучше. Хочешь, приглашу тебя на чашечку настоящего кофе? — внезапно смягчился Стрэндж. — Я тебе не советую, — зачем-то вставил Кэп. — Ну как бы… — я замялась, Стрэндж так прямо смотрел на меня, что я не могла заподозрить его в чем-то таком, типа будто он приглашает меня на свидание, по-моему это скорее дружеское приглашение. Конечно, будь я такой девушкой как Наташа, я должна была бы заигрывающе спросить: «А это свидание?» или что-то в этом роде, но беда в то, что я как раз не знала, какие слова нужно произнести, и чувствовала себя неловко, лучше буду честной, как и сказал Стрэндж. — В таком случае у нас в городе нет какого-то особенного кофе, вот чай, я считаю это лучше, я бы сейчас даже не кофе, а чайку бы выпила. Знаете, что чаем можно лечить похмелье. Серьезно, наводишь крепкий сладкий чай, черный и пьешь. Такое же помогает при упадке сил, вы не пробовали что ли? — выдала я набор нелепых слов, по возможности приняв прохладный вид. — Лечить похмелье чаем? И упадок сил? А что еще? — Стрэндж заинтересованно поднес ладонь к подбородку и взглянул мне в лицо, немного удивленный таким поворотом разговора. — Конечно, еще чаем можно лечить простуду. Да любую болезнь. Если живот болит, можно зеленый. Если давление, тоже чай. От всего, я все лечу чаем. — Поразительная идея, но мне нравится, — заявил Стрэндж, — в моем духе. В этот момент я заметила, что к моему газетному стенду прокрался покупатель и вовсю читает журналы. Нужно было отправляться на рабочее место. Я резко направилась к столу, отчего в моей пояснице что-то щелкнуло и заболело еще сильнее. Я сдавленно простонала, но все же, сделав вид, что все нормально, отправилась выгонять одинокого читателя. Стрэндж и Кэп, обменявшись взглядами, направились за мной. И пока я выдавала сдачу, принялись от скуки рассматривать журналы. Вниманием Кэпа тут же завладело издание под названием «Военная История», а Стрэндж косился в сторону полки: «Мистические истории», «Непознанное. Тайное и Явное», «Магия и красота». Последнее он взял в руки и сосредоточенно изучал. — Куда уж красивее, — усмехнулась я. Стрэндж поднял на меня растерянный взгляд. — Ты про меня? Правда, считаешь меня красивым? — Что еще за бред? — Роджерс с раздражением схватил брошюру «Целительные чудесачества и чудесные целительства» с изображением Бабы Яги на обложке. Я устало опустилась на стул, отчего в пояснице опять возникла боль. — Мелвин, — обратился ко мне Стрэндж, склонив голову набок, точно робот, — у тебя что-то болит? Спина? Почему ты это скрываешь? Какой характер боли? — Я ничего не скрываю, — отмахнулась я, — я вчера тебя вытаскивала из пруда, а ты тяжелый. Вот надорвалась. — Да нет же, у тебя спина болела и раньше. Я это сразу заметил. Я вообще-то нейрохирург и часто сталкивался с такими пациентами как ты. — С такими как я… — У тебя остеохондроз. — С этим что не живут? — По крайней мере, имеют ограничения в движениях. — Да как это ты определил? — возмутилась я. — Разве для этого врач не должен осмотреть пациента? — Хочешь, чтоб я тебя осмотрел? — Стрэндж бросил взгляд на газету «Предсказания Оракула». — Хорошо. Собирай свою шарманку и пошли ко мне в кабинет. — Вовсе нет. Я не это имела в виду. — пошла я тут же на попятную. — У меня постоянно болит что-то в спине, но не думаю, что это серьезно, само собой пройдет. И еще, я не могу покинуть рабочее место, это не по инструкции. И если начальство узнает, меня нафиг уволят. — Брось, когда мы отсюда выберемся, тебя все равно уволят. Думаю, ты тут даже не останешься. — Но я не могу уйти. Еще утро. — Хорошо, Кэп, постой тут, — Стрэндж кивнул Роджерсу. — Посмотри, попродавай женские журналы. Вот, «Гламур и 300 способов доставить ему удовольствие». Тебе пригодится, друг мой, — Стрэндж указал пальцем на глянцевую обложку. — Я??? — возмутился Кэп. — Но не я же! — Да что за день, — Кэп пронзил меня взглядом, будто я виновата. На наше общее счастье в дверях появилась Наташа, и я решила оставить торговлю на них обоих. К тому же скоро наверняка спуститься Баки, чтобы покурить и поможет этим горе-продавцам. Мы со Стрэнджем отправились к лифту, чтобы доехать до второго этажа, а потом прямиком пошли в хирургическое отделение, где и был его кабинет. Я чувствовала себя некой вип-персоной, которую лично сопровождает доктор. По крайней мере, в нашей городской больнице это очень круто. — Ну что раздевайся! — скомандовал Стрэндж, усевшись на кресло и сложив ногу на ногу. — Чего? — протянула я и села на диванчик, пытаясь рассмотреть вид из окна, — так вы меня зачем позвали? — Чтобы выписать лечение. — Ага, конечно. — А что? — Доктор Стрэндж с удивлением посмотрел на меня, — думаешь, я шутил. Ну-ка ложись на кушетку. Я оторвала взгляд от окна. — Да вы что? Ты что, то есть, всерьез? — Я похож на шутника, а не на врача, — и он со значением показал на свой белый халат. — Но это глупости, несерьезно, все само пройдет, — запротестовала я. — Да ладно, Мелвин, не заставляй меня применять силу. Я что-то не пойму, уже битый час уговариваю тебя пройти обследование, будто это мне надо! И Стрэндж скроил раздраженное лицо. Мне стало неловко. По какой-то нелепой причине я никогда не лечилась у врачей, испытывая фобию перед ними. Мне все время казалось, что мои проблемы слишком мелкие. Да и к тому же начальство на работе реально зверствовало, не давая отгулов. — Так чего надо делать? — робко спросила я. — Ложись говорю, — недовольно скомандовал Стрэндж, — да не так. На живот. Он сел рядом на кушетку, задрав мою футболку до середины спины. Пальцами, сухими и горячими, он провел вдоль позвоночника, нажимая в некоторых местах, от чего возникала небольшая боль. — Ну все итак ясно, — он быстро встал, отошел к столу и тут же принялся что-то писать. Я поправила одежду и взглянула на доктора. — Сходи для начала на физиопроцедуры, — Стрэндж протянул мне бумажку с косым узким почерком, — это поможет. Я взяла назначение. — А что у меня там? — Смертельная болезнь. Тебе осталось пару дней. От того, что он шутит, хоть и с раздраженным лицом, мне стало легче. — Я пойду. Стрэндж кивнул. Я покинула кабинет, чтобы сходить в отделение физиотерапии. Для этого нужно было преодолеть стеклянный переход, а потом спуститься на первый этаж. В отделении было очень тихо, будто все спят. Я быстро оформила все нужные бумажки, и меня направили в самый дальний кабинет. Там меня встретила неприветливая медсестра, которая собиралась домой, но мой приход помешал ей свалить с работы пораньше. Девушка сказала мне занять место в закрытой кабинке, где нужно было лежать на кушетке, а на спину тебе накладывают мокрые подушки и электроды, которые устраивают массаж, навроде того, что делают нам кошки. По крайней мере, частота похожа на эту. Я блаженно разлеглась, ощущая приятные вибрации на спине, уносящие боль. От этого меня совсем разморило, и я не заметила, как закрыла глаза, погружаясь в сон.