My mark on your skin

Весна пришла незаметно, обозначившись лишь календарно, и никак не заявив о себе в плане погоды. Дни стояли по-прежнему морозные, солнце редко жаловало своим вниманием, снег таял неохотно, и весь городок Грин Хилл вёл вялую, полусонную жизнь. Зимние каникулы остались позади, а до коротких весенних надо было ещё дожить. В старшей школе было совсем не весело, с них драли три шкуры, и свободного времени практически не было, а то, что было - приходилось тратить на домашние эссе и практические задания. Дэвид подкинул полено в камин и присел напротив на корточки, грея руки у огня. В доме было холодно, электрическое отопление он экономил, а три больших камина сжирали огромное количество дров, что тоже выходило накладно. Поэтому он протапливал лишь небольшую часть дома, в которой и жил. На родительских счетах были кое-какие средства, но они должны были пойти на оплату высшего образования и помочь ему встать на ноги после наступления совершеннолетия. Парень вздохнул, пошевелил горящие поленья кочергой, вызвав сноп искр. Его родители ушли один за другим два года назад. Сначала отца сожрал рак, всего за полгода превратив крепкого, ещё довольно молодого мужчину в немощного старика и, в конце концов, забрав жизнь. А после, всего через несколько месяцев, за ним последовал и папа: тяжёлая пневмония на нервной почве, с которой так и не смогли справиться врачи. Возможно, потому, что он просто не хотел жить. Дэвид думал, что тоже не смог бы вот так, без любимого, с которым прожил всю жизнь и последовал бы за ним. Со своим любимым мальчиком он виделся в последнее время очень редко, хоть и жил тот в доме через забор от его собственного, и даже задний двор у них был общим. Но его милого Эззи перевели с этого года на домашнее обучение по состоянию здоровья, а сам Дэйв помимо учёбы нашёл себе подработку в книжном магазинчике своего знакомого, и теперь времени не было совсем. На самом деле, родители Эзры стали опекунами Дэвида после смерти его родителей, но он не захотел полностью переселяться к ним, хотя всё равно часто ночевал там и почти всегда ужинал. От ужина в доме Харэлов вообще было сложно отвертеться, папа Эзры – Ноа - умел быть ну очень настойчивым. Но чаще всего Дэйв и сам был не против. Харэлы давно стали его второй семьёй. С их сыном-альфой Айзеком, братом-близнецом Эззи, они с пелёнок дружили. И такие вот вечера в их доме в последний год стали одной из немногих возможностей повидаться с Эзрой, незаметно подержать его за руку под столом, дружески поцапаться с Айком, хотя в его случае всё было проще, всё-таки они учились вместе. Сегодня, был выходной, и подработки у Дэвида тоже не было, он хотел до ужина позаниматься, потому что в школе был сплошной завал: его ожидали четыре эссе по литературе и истории и подготовка к пересдаче проверочной по физике, в которой он ничего не смыслил. С утра забегал Натан, его второй лучший друг, и зазывал на какую-то немыслимую вечеринку. Нату вечно было всё нипочём и будто бы нечем заняться. Он мог заваливать один за другим школьные экзамены, а потом прийти и в один день пересдать всё на "отлично". И каким-то образом умудрялся знать всё, что они проходили, и даже то, до чего не добрались, даже если прогуливал неделями. Чёртов гений! К тому же, он был ведущим игроком их баскетбольной команды, так что после очередных соревнований ему прощали все его грешки. Дэвид ничем таким не славился, поэтому приходилось впахивать по полной, и от очередной Натовой авантюры он, конечно же, отказался. За окном вновь повалил снег, будто бы его и без этого было мало. Настроение было ниже нуля, а эссе по истории никак не хотело продвигаться, хотя тему он знал отлично. Сидя на подоконнике с большой тетрадью в руках, парень оторвал голову от строчек, исписанных его пляшущим, неровным почерком, и взглянул в окно, на заново покрывающуюся белым пухом, недавно почищенную улицу. И как раз вовремя, чтобы заметить отделившуюся от заднего крыльца соседнего дома худенькую фигурку в тёмном свитере и ярком шарфе, направляющуюся к его дому. С подоконника Дэйва как ветром сдуло, тетрадь и ручка попадали на пол, но он даже не обратил на это внимания, бросившись к двери, чтобы поскорее встретить своего гостя. Юный альфа распахнул дверь быстрее, чем Эзра успел в неё постучать, и тут же сгрёб омегу в объятия. - Эззи, - прошептал он, зарываясь носом в короткие светлые волосы. - Я думал, у тебя сегодня репетитор... - и тут он осекся и резко отстранил парнишку от себя. Запах Эзры был другим и таким сильным, что закружилась голова; глаза расширились от понимания. - Эз... ты... у тебя?.. - Ты впустишь меня или заставишь и дальше зад морозить? - насмешливо спросил омега, криво ухмыляясь. Ошарашенный Дэвид отступил в сторону, пропуская его на террасу, дрожащей рукой закрыл дверь, на мгновение прислонившись к ней лбом, чтобы хоть немного остудить жар, разом вскипевший внутри от аромата течки его мальчика. Течка... да как это вообще возможно? Почему... так рано? - Эззи, тебе надо уйти, - хрипло выдавил из себя альфа, всё ещё боясь повернуться. - Ты не хочешь? - в голосе сквозила обида. Дэйв резко обернулся, встретившись взглядом с ярко-голубыми глазами своего любимого. Они были влажными, просящими. Как Эзра может задавать такие глупые вопросы? Разве возможно не желать его? Но Дэвид никогда не думал, что это будет так, что случится так скоро. Он не так давно вообще ощутил в себе желание быть с омегой иначе, чем до этого: не просто касаться и обнимать, но и осыпать поцелуями, ласкать. Конечно, юный альфа мечтал об этом - стать единым целым с тем, кого любишь – одни только мысли об этом рождали сладкое томление. Но сейчас совершенно не ощущал себя готовым к этому. Он был уверен, что у них есть ещё пара-тройка лет, что он потратит это время на то, чтобы основательно подготовиться. Может, кто-нибудь из друзей к тому времени уже будет иметь какой-то опыт, и можно будет потихоньку расспросить их. Особые надежды он возлагал на Натана, вокруг которого уже сейчас стайками вились омеги. Но сейчас... Что он может дать своему мальчику сейчас? - Эз, я хочу, очень, но у меня ничего нет, никаких контрацептивов, я... чёрт!.. я даже не представляю... Эзра не дал ему договорить, сделав шаг навстречу и обвивая руками за шею, целуя приоткрытые губы. - У меня всё есть, пойдём, - он потянул альфу за собой наверх, на второй этаж. Холодный аромат морозной улицы окончательно сошёл с тела омеги, оставив только его собственный, сводящий с ума запах. Следуя за парнишкой, Дэвид сглатывал через раз густую, вязкую слюну, перед глазами мутилось. Внутри просыпалось что-то древнее, ненасытное, бесконтрольное, отчего становилось страшно. Что если он сделает Эзре больно, не сумев совладать со своими инстинктами, и после этого его мальчик отвернётся от него? Надо всеми силами держать себя в руках. Но как это сделать, когда желание уже перехлёстывает через край так, что хочется схватить омегу и разложить прямо на этой крутой деревянной лестнице. Альфа закусил губу с внутренней стороны, болью приводя себя в чувство. Они добрались до его спальни, и Эзра тут же опустился на кровать, а Дэйв застыл в нерешительности перед ним. Страшно было до безумия. В голове панически вспыхивали вопросы и накладывались друг на друга. С чего начать? Стоит ли сразу раздеться или лучше в процессе? А презервативы? Как они вообще натягиваются? Он ведь ни разу не пробовал! Уж точно вряд ли будет время заглянуть в инструкцию. Он бы умер от смущения, если бы Эз вдруг стал над ним смеяться. А что если его мальчику совсем не понравится с ним? А если он кончит, только войдя в него? Это же какое позорище! - Дэвид, я сейчас помру, не тяни! Ты не представляешь, что у меня внутри происходит, - нервно произнёс Эзра. Юный альфа опустился перед ним на пол, обхватил ладонями лицо, осторожно поцеловал мягкие, податливые губы и отстранил, заглядывая в глаза. - Эззи, ты уверен? Это же правда очень рано, может, нам и нельзя ещё? - Я не знаю, что там тебе нельзя, а мне это нужно! - выкрикнул омега, выворачиваясь из его рук. - Думаешь, я пошёл бы на это просто так? Сам всё понимаю. И, думаешь, мне не страшно? Но чёртов врач... - он смахнул выступившие слёзы, - я слышал, что он сказал моему папе: никаких таблеток в мою первую течку, потому что у меня какая-то херня с организмом. А без них я совсем сдохну! И она на несколько дней растянется! Да лучше грипп пережить десять раз подряд, чем первую течку без альфы и таблеток! Но ты мой альфа, Дэйви, ты же сам всегда это говорил, - уже тише и мягче произнёс Эзра, приближая своё лицо к лицу парня, - так сделай меня своим. Я хочу этого, - прошептал он уже в губы Дэвида. Альфа чуть вздрогнул, когда их губы вновь соединились. В словах Эза было многое, что так и просилось на язык в форме новых вопросов. Но опаляющее всё внутри возбуждение делало мысли вялыми и отставляло размышления на задний план. Его мальчик так хочет их близости, ему это физически необходимо. Какие ещё могут быть вопросы? На омеге всё ещё был тёплый вязанный шарф, и Дэвид потянул за его конец, освобождая уязвимую белую шею. Прошёлся по ней кончиками пальцев, которые от волнения были совсем холодными, отчего кожа Эзры ощущалась обжигающе горячей. Снова поцеловал своего любимого. Новый поцелуй вышел каким-то неуверенным и коротким, он будто опять спрашивал разрешения и хотел убедиться в том, что тот также хочет этого и по-прежнему уверен в своём решении. Эз не дал ему прерваться надолго, обхватив ладонью за затылок и притянув к себе, сам углубляя поцелуй. Они целовались и раньше, яростно и страстно, пока не начинала кружиться голова от нехватки дыхания, а губы не начинали отдаваться болью от каждого прикосновения. Но сейчас всё было совсем не так. Дыхания не хватало уже с самого начала, сердце заполошно билось в груди, будто замыслило пробить себе выход на волю. Альфа протянул руку и пробрался пальцами под свитер, скрывающий от него тело его мальчика. Ладонь скользнула вверх по боку, ощупывая выступающие рёбра, кожа под ней тут же покрылась мурашками, и по телу Эзры прошла едва заметная дрожь. - Холодная, - прошептал он, но придвинулся к Дэйву ещё ближе. Дэвид нерешительно потянул с него свитер, под ним оказалась ещё хлопковая кофта, они зацепились друг за друга, и Эзра запутался в них руками. Омега нервно хихикнул, отстранил руки своего парня и сам выпутался из плена. Юный альфа жадно огладил взглядом открывшееся тело. Его Эззи был таким худеньким, бледным, костлявые плечи, острые ключицы, узкая грудь. Но сейчас он думал, что в жизни не видел ничего прекраснее. Так хотелось прикоснуться к этому совершенству. Дэйв пересел к нему на постель, притянул ближе, зашарил по гладкому, горячему телу ладонями. Вверх по спинке, обводя пальцами каждый позвонок, до выпирающих, как маленькие крылышки, лопаток и выше, к нежной шейке. - Ты.. так красив, - не удержавшись, выдохнул альфа в розовеющее ушко. - Ох, Дэвид, пожалуйста, поторопись! Давай оставим нежности для второго и третьего захода, - простонал Эзра и поёрзал на постели. «Бесстыдник», - пронеслось в голове мгновенно вспыхнувшего Дэйва. Ему казалось, что краснеет он больше, чем его омега, от этого было ещё более стыдно, но поделать с собой он ничего не мог. Эз откинулся на спину и сам потянул с себя джинсы, спихнул их с себя, отпихнув подальше, и протянул руки к вновь замершему в нерешительности Дэвиду. Тот прилёг рядом, всё ещё полностью одетый. Он заворожённо смотрел как вздымается худая грудь его мальчика, как скользят под тонкой кожей рёбра. У самого дыхание было судорожным, прерывистым, во рту всё пересохло. Юный альфа зажмурился и слепо ткнулся губами в тонкую ключицу и оттуда повёл ниже, дошёл до впалого живота и остановился, прислонившись к нему щекой, он смотрел, как прямо перед его лицом влажно поблескивала тёмная головка члена омеги, показавшаяся из складочек крайней плоти. Он протянул руку и обвёл её пальцем, услышав, как Эззи шумно втянул воздух, приободрился и накрыл его член ладонью, осторожно двигая вверх и вниз. Омега тихонько застонал, подаваясь бёдрами навстречу его руке. - Дэйви, пожалуйста, я не могу больше, правда, - со стоном выдохнул Эзра. И Дэвид только сейчас заметил, что сам ещё полностью одет, собственный член болезненно упирался в ширинку старых, потёртых джинсов, захотелось побыстрее выпустить его наружу. Альфа рванул с себя одежду, стараясь потратить на это как можно меньше времени. Всё было как-то не так. Разве не должен он был долго и медленно ласкать своего омегу? И разве не должны были они постепенно обнажаться, по очереди стягивая с друг друга предметы одежды? - Эззи, ты сказал, у тебя вроде есть презервативы? - пробубнил Дэйв, не глядя в лицо своему любимому и водя ладонью по его бедру. - Да, сейчас, - тот поднялся и потянулся к отброшенным джинсам, а Дэвид потратил это время, чтобы привести в порядок дыхание, что не особо помогло, потому что сердце уже билось где-то в горле, и самого его ощутимо трясло, то ли от сильного возбуждения, то ли от страха, который по-прежнему бурлил в его крови. - Вот, - омега протянул раскрытую ладонь, на которой лежали несколько блестящих квадратиков. Альфа взял их, сглотнув ком в горле (а может, то было сердце). Вот оно! Они подошли к самому страшному. «Как же, чёрт возьми, правильно работают эти штуки?!» - прокричало его сознание. Он вскрыл один и извлёк скользкий кругляш, сгорая от стыда под пристальным взглядом своего первого любовника. - Так и знал, - со вздохом произнёс Эзра, и Дэвид вздрогнул, внутренне холодея. - Нефиг было «Половое воспитание» прогуливать с двумя этими придурками. Дай сюда. Дэйв с отстранённым ужасом наблюдал, как его мальчик забрал из его ослабевших пальцев кругляш презерватива и стал сам надевать на его всё так же стоящий колом член. Ну, хоть с этим всё было в порядке, и желание никуда не уходило. - Ну вот, - явно довольный собой Эзра вновь откинулся на спину и развёл ноги в стороны. - Давай, Дэйви, всё хорошо, не бойся. И опять всё не так! Это же он сам должен был сказать такое, сам должен был успокаивать и брать на себя всю инициативу! Альфа разместился между худых ног своего омеги, согнул их в коленях, не отрывая взгляда от покрытых смазкой ягодиц и пульсирующего, чуть припухшего отверстия. «Надо всего лишь войти, дальше всё будет хорошо, всё пойдёт само, тело знает, что делать», - успокаивал он себя, нависая над Эзом, удерживая свое тело на одной руке, а пальцами другой скользнув между его ягодиц. Он ввёл один внутрь, на две фаланги, и просто обмер от невероятных ощущений. Что же будет, когда в это пылающее, скользкое нутро войдёт его член? - Дэйви, - просительно позвал Эз, двигая бёдрами навстречу так, что палец вошёл внутрь целиком. - Меня не надо растягивать, всё и так будет хорошо. Давай же, - он опустил руки вниз и развёл свои ягодицы в стороны. - Развратник, - с улыбкой произнёс Дэвид, хотя внутри всё клокотало, и о спокойствии не было и речи. Альфа приставил головку члена к розовеющему, истекающему смазкой отверстию и легонько толкнулся внутрь. Смазки было так много, и омега был расслаблен, поэтому член вошёл сразу наполовину. Дэвид охнул, руки, на которые он опирался, ходили ходуном. А Эзра откинул голову назад и глухо застонал. Парень сделал ещё одно плавное движение бёдрами, входя до самого конца. - Боже, Эззи!.. - хрипло воскликнул он, согнув руки в локтях и упершись лбом в плечо омеги. Его туго обтягивал пульсирующий жар тела его любимого, и от этого хотелось кончить немедленно, он с трудом держал себя на краю. Податься назад и толкнуться вновь казалось почти невозможным, но через несколько глубоких вздохов он сумел взять себя в руки. Эз просительно ерзал под ним и подавался навстречу. Дэйв не мог позволить себе разочаровать своего мальчика. Первая волна опаляющего, скручивающего жара схлынула, и он наконец-то смог двигаться. Вначале медленно, прислушиваясь к своим ощущениям и к движениям тела своего омеги. А потом держать себя в руках уже стало невозможно, и он сорвался на резкий, рваный ритм, с каждой новой фрикцией ощущая подступающую лавину удовольствия. - Эззи... узел... может, мне... - задыхаясь, проговорил альфа. - Нет! Я хочу, всё целиком, давай! - хрипло выкрикнул он, прогибаясь всем телом. Ещё движение, и так долго сдерживаемый оргазм накрыл с головой. Почувствовав пульсацию его члена внутри, Эзра последовал за ним, всхлипывая и царапая ногтями плечи. Дэвид упал на него, не в силах удерживать себя. - Ох, Дэйви, ты тяжёлый, - чуть насмешливо выдохнул омега, упершись ладонями в его грудь. - Да, конечно, прости, - альфа попытался приподняться, и оба вскрикнули. - Ау, дурилка! Что ж ты делаешь?! - рассмеялся Эз, смахивая выступившие слёзы. - Давай просто перевернёмся. - Угу, - отозвался смущённый Дэвид, осторожно переворачиваясь и устраивая своего мальчика сверху. - Как ты? - Лучше всех, - счастливо выдохнул Эзра, утыкаясь носом в его шею. - Но, ненадолго. Даже не надейся, что я от тебя отстану после одного раза, - с усмешкой добавил он. - Хорошо, - тихонько засмеялся Дэвид, крепко прижимая его к себе и целуя светлую макушку. - Но твой брат меня убьёт, - добавил он. - Это да, это да...