Глициния из алых роз

Я восстанавливалась 2 недели. Под конец первой недели моя простуда наконец проявила себя и всю вторую неделю я ее лечила. Все это время Себастьян мне помогал. Не скажу, что я начала всецело ему доверять, но все мои задания он выполнял на ура. В принципе, другого я от него и не ожидала. Танака и остальные тоже неплохо справлялись со своими обязанностями, что радовало. В то же время, меня навестили сотрудники полиции, спрашивали о похищении... Как выяснилось, похитители погибли во время взрыва. Только вот что именно взорвалось они так и не выяснили. Конечно, ведь это Себастьян подстроил взрыв - я это знала и без разъяснений. Рассказав, что один из мужчин спрашивал про некий отцовский документ, я попросила возобновить расследование о поджоге, и ознакомить меня со всеми материалами. На это потребовалось королевское разрешение, которое я получила незамедлительно. Мое дело тоже отнесли к особенной папке "Совершенно секретно - семья Китчер". Я долго вчитывалась во все дела от начала и до конца, строила свою сетку догадок, что-то выписывала для себя. Вскоре у меня появилась своя версия происходящего, но не все моменты мне были ясны. Я решила их выяснить, чтобы собрать полный пазл. А значит у Себастьяна будет много работы. Но все таки, было кое-что, омрачающее все мои дела - ночные кошмары. В одну из спокойных ночей, когда я наконец-то смогла поработать в кабинете, я проснулась в слезах и с криками о помощи. Прибежали все, каждый со своей свечой. Мейлин села ко мне и стала меня обнимать, чтобы успокоить. Кто-то принес воду, кто-то отвар... Но меня ничто успокоить не могло. Слезы уже не текли, но мне было страшно. Поэтому я попросила кого-нибудь остаться. Вопрос решался недолго - все решили, что останется Себастьян. Мне было все равно - лишь бы был свет и кто-то рядом. Я попыталась что-нибудь почитать, но было слишком темно. А просто лежать не хотелось. - Мисс, - Себастьян сел в кресло, - если Вы пожелаете, я могу сыграть Вам на скрипке. - Я вспомнила, что граммофон убрали из моей комнаты, поэтому согласилась на его предложение. Дворецкий вышел из комнаты буквально на 5 минут, а меня уже пробирала истерика. Себастьян вернулся со скрипкой, той, которую я видела в саду. Я не стала спрашивать об этом, мне хотелось послушать его игру. Плавным движением занеся руку со смычком над скрипкой, он так же грациозно опустил её и заиграл... С первых звуков я узнала эту мелодию и ненароком улыбнулась. Мелодия была грустной, но ласковой. Она обволакивала своей легкостью и уносила куда-то далеко. Я откинулась на подушки и стала наблюдать за дворецким. Все таки в этот момент он преображался, будто музыка проходила сквозь него, будто он понимал, что эта мелодия хочет до нас донести. Эта картина покоя и легкой грусти меня расслабила и вскоре я уснула. Разбудил меня аромат чая. Себастьян начал раскрывать шторы и я окончательно проснулась. - Доброе утро мисс. У Вас сегодня насыщенный день. - Я зевнула. - Это почему же? - К Вам скоро приедут гости, после обеда Вас посетят 2 дипломата, а так же Вы получили приглашение на королевский бал по случаю приезда индийского принца. Я снова откинулась на подушки. Снова работа. Я так отвыкла от нее. - Ты будешь меня сопровождать на бал? - А Вы этого хотите? - Хочу. - Я отпила чай. - Я хочу, чтобы ты был со мной везде и всегда. Себастьян чуть наклонил голову и посмотрел на меня, будто хотел меня понять. - Как пожелаете, моя госпожа. - Он чуть поклонился, а я покраснела. Меня никто так не называл. Я допила чай и отставила кружку. - Завтрак скоро будет подан. Где Вы желаете позавтракать? - В библиотеке. - Хорошо, мисс. - Он взял кружку и ушел, а я стала собираться. Гостьей оказалась моя подруга детства, Патриция Клауд. Она старше меня на несколько лет, однако это не мешало ей со мной играть. Она вышла замуж за Эдгара Клауд и родила маленького сынишку. Я не помню ее особо, но помню что нам было весело. Ее родители уехали из нашего округа за полгода до трагедии, поэтому они не присутствовали на похоронах. Когда же Патриция вернулась в родные края, ей сразу захотелось меня увидеть. Я давно не встречала гостей, поэтому прием организовал Себастьян. Патриция была такой жизнерадостной и громкой, что даже слуги иногда испуганно посматривали в её сторону. Она просветила меня обо всех слухах Лондона, в том числе и о моем похищении. Мы болтали обо всем подряд и мне стало немного легче - все-таки одиночество очень сильно давит на меня. Во время чаепития в саду подруга спросила: - Ты все-таки решила продолжить дело отца? Быть советницей? - Я уже 5 лет как ею являюсь. - Да, мы слышали. Моя мать очень сокрушается по этому поводу. Говорит, что это сгубило твоих родителей, а значит может погубить и тебя. - Я лишь вздохнула. - Мне нужно это не столько для королевы, сколько для себя. Так я смогу понять почему они погибли и кто этому поспособствовал. Пока я не найду этого человека, я не успокоюсь. - Патриция покачала головой. - Ты такая же безрассудная, как твой отец. - Я улыбнулась. - Возможно. Чаепитие закончилось и мы стали прощаться с Патрицией. Я попросила ее приезжать по возможности почаще, даже с сыном. А она, в свою очередь, попросила меня беречь себя. Когда я вернулась в кабинет, я дала Себастьяну задание проверить ее и ее семью. Хотела удостовериться, что мне ничего не угрожает. А пока он выполнял свое задание, я провела встречу с дипломатами.