Нелёгкие будни журналиста

- И с чего это ты взял, что я буду драить у тебя полы? Корона голову пережала? - Бэкхён обязательно сложил бы руки на груди, недовольно глядя на мафию, если бы не наручники, что всё ещё удерживали его в столь неудобном положении. Чанёль снова улыбнулся. И как в этом хрупком тельце умещается столько дерзости? - Тогда тебе придётся возместить ущерб, - пожал плечами парень, и глаза Бёна поползли на лоб от удивления. - Ты, когда падал, случайно задел дерево. Но оно-то ничего, эбен переживет. Жаль только правое крыло Ламборджини задел... - наигранно вздохнув, добавил мафия. Парень на кровати принялся мотаться из стороны в сторону, осыпая старшего проклятиями и ругательствами, в то время как Чанёль, со своим привычным видом, направился к выходу. - Пусть так, но Бён Бэкхён ни за что, слышишь ты, морда бандитская, ни-за-что не будет подтирать за кем-то! - прокричал ему в спину журналист. После такого следовало бы ожидать газетного заголовка: «И больше его никто не видел...», но, на счастье(или нет) Бэкхёна, через несколько минут вновь открылась дверь, и из неё вышел Чанель с какими-то листами. Подойдя ближе к своей жертве, он передал тому бумаги, предварительно освободив от наручников. Почувствовав свободу в руках, Бек потер, раскрасневшиеся, запястья и, взяв бумаги, начал изучать их. - Это компенсация, которую ты должен выплатить. - у Бека округлились глаза от увиденного. - Какого хрена здесь так много нулей!? -недоумевал шатен. Что ж, теперь точно придётся попрощаться с частичкой себя, чтобы выплатить нужную сумму. Но ничего, люди и с одной почкой, и без кусочка печени живут. Значит и он... Проживет. А ещё без квартиры... В комнате повисла тишина. Бекхен не знал, что ему делать, ведь сумма, написанная на бумаге была запредельной. От безысходности, представляя свое скорое будущее, парень медленно опустил голову, помрачнев. Вдоволь насладившись отчаянием своей жертвы, Чанель решил продолжить: - Или же мы можем пойти другим путем... - Бек резко поднял голову, показывая, что внимательно слушает. - Ах, точно, прости, «морда бандитская» забыла, что ты «ни-за-что не будешь подтирать за кем-то»... - Пак задумчиво почесал подбородок. Вскоре на его лице заиграла улыбка, когда тот краем глаза заметил, как парень нехотя поднялся с кровати, становясь прямо около него. - Можно... это останется между нами? - сдавленно проговорил Бён, нахмурив густые брови и прикусив губу. - О, малыш, ты уже видел мою комнату, улыбку и трусы. Вот кому-кому, а молчать лучше тебе. А ещё лучше молчать и идти поскорее приступать к работе. Сейчас у Бекхена были смешанные чувства. Он хотел ударить рядом стоявшего человека, но понимал, что последствий ему не избежать. Поэтому он смиренно кивнул, направляясь за довольным, точно сытый кот, Чанёлем, к двери.

***

- Тебе это... Шеф тут передал... форму, в общем. - Дио и рядом стоящие работники еле сдерживали смех, прикрывая рот ладошкой, пока Су протягивал Бэкхёну небольшой пакетик. Парень с интересом заглянул внутрь, а после, не веря жутким догадкам, поспешил достать свою «новую форму». - Ему там случайно мозг не продуло? Как я это надену? - взвизгнул журналист, держа перед собой платье горничной, наверняка недостающее ему и до колен. - Вот этого я не знаю, - смахивая капельки с уголков глаз, ответил Дио. - Ты только маякни нам потом, я на память сниму. - Я тебе потом твою форму сниму. Навсегда. - позади послышался знакомый бархатный голос, что сейчас до жути бесил Бёна и чьего обладателя готов был разорвать собственными руками на куски. - Что это за наряд из неудавшейся ролевой игры? - Вообще-то это он и... Ну, не важно. Тебя что-то смущает, дорогуша? Или нулей своих давно не видел? - Чанёль заигрывающе вскинул бровь, а окружившие их подчиненные даже присвистнули от услышанного, после чуть ли не падая на пол из-за смеха. Но Бэкхёну было совсем невесело. Он, смирившись со своим положением, со скрипом зубов и под аккомпанемент из неприятных шуток за спиной, направился «преображаться».

***

Через пару часов полы были вымыты, пыль протёрта, цветы политы, и много чего нового было узнано о Бэкхёне. Ещё парень возненавидел платья и, ах да, этого Пак, гребаного, Чанёля, с его огромным особняком и странными шуточками. И сколько ему так работать? И что будет, когда он вернётся домой, без трусов и с мозолями на руках от долбанной швабры? Бён пробрался в комнату старшего, устало плюхнувшись на мягкую кровать и прикрыв глаза. Это было единственное место, где его никто не смог бы найти. Никто, кроме треклятого Чанёля. - И почему мы отдыхаем? Или уже отработал долг? - с издёвкой спросил парень, шагнув в комнату и направившись прямиком к Бёну. - Мы об этом не договаривались... - недовольно прошипел парень. - Мы ни о чём не договаривались. - Тогда я в этом не участвую! - младший подскочил на месте, попытавшись обойти мафию, но тот загородил ему путь, жадно скользя взглядом по молодому телу. Красивые ноги, открытые на вид, благодаря коротенькой юбочке; острые ключицы и тонкая шея, так и манящие к себе... Да, костюм ему идёт. - Да я лучше умру, чем стану работать на такого, как ты! - Бекхен уже перешёл на крик, глядя прямо в шоколадные глаза напротив. - О, и где же ты собираешься достать столько денег? Сомневаюсь, что у твоих друзей найдется такая сумма. Или ты собираешься ограбить банк? Или, может, решил торговать своим телом? Прямо в этом наряде... - склонившись над самым ухом, Чанёль начал переходить на шепот. Жаркое дыхание щекотало шею младшего, отчего у того залилось краской лицо. - Игры закончились, Бэкки. Теперь мы будем следовать моим правилам. - Пак оскалился, приближаясь к лицу шатена и чуть ли не сталкиваясь с ним носами. - И что же будет, если я... - прошептал парень, шумно сглотнув. - Узнаешь. У Бёна резко поднялась температура, по телу прошлась приятная дрожь, а дыхание сбилось. Бекхен не мог понять, почему этот человек все время заставляет его краснеть и чувствовать неловкость. Парень решил прекратить это и что есть сил попытался оттолкнуть мафиози. Но тот ловко перехватил его запястья и, повалив на кровать, завел руки за голову. Сейчас Бек оказался в очень неловком положении. Руки были снова обездвижены, тело впечатано в кровать, а его мучитель, облокотившись на руку и держа другой жертву, хищно разглядывал тело младшего. Переведя свой взгляд на самого обладателя этого тела, Чанель облизнулся. Но не успел Бён опомниться, как чужие губы начали мять его, проталкивая внутрь язык. Парень стиснул зубы, и тогда Чанёль, болезненно прикусив нижнюю губу и заставив младшего удивлённо выдохнуть, воспользовался возможностью. Мафия грубо впился в уста парня и собственнически начал исследовать его рот. Разорвав поцелуй, Чанель навис над журналистом. Волосы были растрепаны, глаза покрыты пеленой нарастающего возбуждения, щеки покраснели, а из опухших губ выходила тонкая полупрозрачная нить, доходящая до Чанеля, что еще больше возбудило мафиози. Вмиг опомнившись, Бек попытался вырваться и на этот раз у него получилось. Освободив руки из захвата, он со всей дури пихнул Чанеля, а после побежал к двери. - Не забывай, что ты всё ещё должен мне, Бекки! - прокричал ему в спину Пак, не скрывая плотоядной улыбки. А всё-таки костюм этому пареньку шёл.