Возрождённый Первый Дом

Мир изменился вокруг, Час состязания настал И неизвестен нам путь, Но неизбежен финал! ...Но воля к победе ведёт за собой! Снова в душе смятения мрак... Лишь шаг до победы, Лишь шаг до беды. Нас не сломить! Мы слабы, но мы приняли бой Ради победы любой ценой! ( Аэдра - Мир изменился)

      Летиция медленно помешивала длинной ложкой закипающее варенье. Девушка бездумно следила, как на поверхность всплывают один за другим воздушные пузырьки. Кроваво-красные, так похожие на горячую лаву…       — Ты что такая задумчивая? — зашедшая на кухню с террасы бабушка сразу заметила состояние девушки. Поставила на табуретку корзинку, полную ягод красной смородины. — Лет, ты всегда любила сладкое…       — А? Что? Да что-то не хочется, бабуль, — Летиция вздрогнула, убрала ложку и посмотрела на бабушку. — Наверно, готово.       — Ты сама не попробовала? — удивилась женщина, надевая фартук, беря прихватки и снимая с огня варенье-пятиминутку. — Ну-ка, рассказывай.       — А? О чём рассказывать? Бабуль, ты веришь в существование эльфов? — Летиция неторопливо выложила свежее варенье себе на блюдце, но даже не притронулась к нему.       — Тааак. Я тебе говорила, чтоб ты не ездила в Ирландию!       — Ну, бабуль…       — Говорила?       — Ну, говорила.       — Я тебя предупреждала, что это плохо кончится?       — Предупреждала…       — Ты не поверила?       — Нет.       — Ты танцевала в полнолуние на Белтайн?       — Да.       — Так ты была на курганах Бру-на-Бойн? — бабушка без сил опустилась на стул напротив внучки, нервно комкая в руках край своего цветастого фартука.       — Не-ет. Я… Мы… нас возили в какой-то национальный парк.       — Точно не было туманной ночи на холме?       — Нет, бабуль. Был только Майский король… Я думала, это актёр… — Летиция отодвинула от себя сладкое, почувствовав приступ тошноты. — Он такой талантливый. А солёных огурцов у тебя случайно не осталось?       — О боже, Лет! Ты танцевала с Майским Королем?! — пожилая женщина молча встала и достала из кладовки банку с соленьями. — Тебе этого хочется?       — Да! Спасибо! — Летиция схватила банку и двумя пальцами ловко выудила самый крепкий огурчик. Прикрыв глаза от удовольствия, откусила. — Вкуснятина! Бабуль, ты у меня самая лучшая!       — Ох, Лети, только ли танцы были у тебя с Королём? — бабушка внимательно наблюдала за девушкой.       — Ммм… Мы ещё гуляли… — мечтательно вздохнула Летиция. — По Дублину.       — Лет! У вас что-то было с Королём? Он переспал с тобой?       — Ну бааб, ты мне не ответила про эльфов, — девушка влёт схрумкала ещё два огурца и с довольной улыбкой отодвинула банку.       — Ах, Лет, Лет, ты хоть понимаешь, что носишь под сердцем дитя эльфа? — тяжело вздохнула бабушка. — Почему ты не послушалась меня?       — Что?! Чушь какая! — Летиция вскочила на ноги, чувствуя, как пол уходит из-под её ног. — К-какое ещё дитя?       — Он видел твой амулет?       — Кто?       — Майский король.       — Я его постоянно прятала, а что? Но мне показалось, что Мори увидел его, когда я уезжала…       — Мори?!       — Д-да… А что? — Летиция потянулась к своей шее. — Я не расстаюсь с ним ни на минуту! Ой. Неужели ты могла подумать, что я подарила амулет какому-то шуту гороховому? Наверно, он у меня в рюкзаке.       — Ах, Лети, — женщина обняла внучку. — Надеюсь, ты понимаешь, что этой реликвии немало веков…       — Что ты сказала? Он такой древний? — девушка освободилась из её объятий и побежала в свою комнату.       — Да. Этот медальон передаётся в нашей семье из поколения в поколение с незапамятных времён. Как и история, которая с ним связана.       — Ой, он светится! — Летиция порылась в своём рюкзаке, с которым приехала на каникулы, и с победным видом продемонстрировала амулет бабушке, вошедшей вслед за ней в комнату. Подвеска сверкала как начищенная монета.       — Лети, деточка, тут написано «Прими мой дар, о Халет, храбрейшая из племени эдайн» И подпись — Карантир Морифинвэ.       — Что?! Морифинвэ? — девушка широко открыла глаза. — Как? Мори-финвэ? Что ты хочешь этим сказать?!       — Ах, Лет. Я тебе сто раз рассказывала эту историю. Этот амулет передаётся в нашей семье по женской линии очень, очень давно.       — Но, бааб… Я думала, это сказки, — Летиция внезапно почувствовала, как её начинает трясти. — Разве это не красивая выдумка, которую ты обычно рассказывала мне перед сном?       — Ох, дитя, конечно, нет! Это было очень-очень давно. Но это история нашей семьи… Правдивая, а не вымышленная, — бабушка погладила девушку по волосам. — И недаром я тебе рассказывала её ещё тогда, когда ты была совсем малышкой…       — Не может быть… — внучка сжала в ладони вдруг ставший горячим амулет. Улеглась на постель и свернулась калачиком. — Бабуль, прости меня…       — Ты помнишь, что я отдала тебе эту вещь, когда ты стала совершеннолетней и попросила не ездить в Ирландию? Эльфы в отличии от нас бессмертны. Твой далёкий предок подарил своей возлюбленной Халет этот амулет, когда они прощались. А потом твоя прапрапрапрабабушка Халет перебралась через горы, её внучка пережила всемирный потоп… Амулет долгое время переходил из рук в руки, и бабушки отдавали его своим внучкам только с тем условием, которое я пыталась донести и до тебя! — пожилая женщина, по которой не было видно, что ей уже давно за восемьдесят, присела рядом с Летицией и вновь погладила внучку по волосам.       — Я думала, это всё детские сказочки… — из глаз Летиции брызнули непрошеные слёзы. — Морифинвэ подарил этот медальон моей прапрапра… родительнице? Выходит, что та самая первая Халет родила от эльфа? Но почему ты решила, что я беременна?!       — Потому что ты сейчас очень странно себя ведёшь. Всегда любила сладенькое, а теперь предпочитаешь су-ши. И огурцы.       — Да… И на мясо я смотреть не могу в последнее время. Сразу мутит. Просто ужас какой-то… — девушка передвинулась поближе к бабушке. — Бабуль, а расскажи про холм и туманы?       — Ирландия. Страна, которая под запретом в нашей семье. Там находятся Врата в Иномирье. Оттуда и мог придти твой остроухий красавчик-король. Обычно несколько раз в году Врата открываются, эльфы и гномы приходят в наш мир.       — Но почему ты думаешь, что это не обыкновенный артист? Ну, танцует обалденно. Ну, чувствует животных…       — И говорит по-эльфийски? И поёт странные песни?       — Он пытался научить меня своему языку. Но я подумала, это какой-нибудь староирландский, — Летиция всхлипнула. — Кто же знал, что он - настоящий эльф! Может быть, тоже насмотрелся фильмов и начитался книжек! Ба, я так скучаю по Мори! Он мне снится каждую ночь, зараза такая! Я никак не могу забыть его взгляд…       — А ещё что?       — В смысле?       — Что ещё не можешь забыть?       — Он мне планшет «испортил», теперь тот работает без подзарядки… — внезапно пришло в голову Летиции. — А ещё… ещё от него так странно пахло… корицей, морозными сумерками и калёным железом… как от кузницы…       — Счастливая, — бабушка обняла девушку. — Я в молодости была такой трусихой. Я боялась повстречать эльфов. А потом, повзрослев, стала думать, что это всё вымысел. Никаких остроухих нет. Я никогда не была в Ирландии, потому что моя бабушка мне это строго-настрого запретила!       — А может быть, зря?       — Что зря? — удивилась женщина, поглаживая плечо внучки.       — Может быть, нужно было поехать и попробовать найти… Мори… О боже! — Летиция вдруг живо представила себе, как Карантир бежит за её такси, какие безумные глаза были у её друга… отца её будущего ребёнка… Бред, какое дитя?! Ей самой ещё нужно доучиться в универе! Но взгляд Морифинвэ… Он же кричал от отчаяния, видя, как Летиция бросила его одного среди мира людей… Мори! Какая же я была дура! Девушка зарыдала в голос. — Баааб, он меня любит! А я… Я предала его!       — Эльфы не могут любить. Он просто использовал тебя, дурочка, — внучке показалось, что женщина рядом с ней не её родная бабушка, настолько странным и чужим стал её голос. — Ты должна забыть его!       — Да это я его использовала и бросила! Бессердечная дура! Эх, какая же я дрянь! —  Летиция хотела вскочить с кровати, но «бабушка» вдруг положила руку ей на макушку, и девушка мгновенно уснула.