Когда драконы плачут

POV Хиро И вот наконец после полутора часов гонок по уже полуденному Чикаго мы приехали домой. Выйдя из машины, я тут же направился в гостиную, где наткнулся на мирно лежащий чехол с подложенной под верёвки и крепления записку. Пришлось разбираться во всём этом хитросплетении узлов, которого и не оказалось – всё было создано так, чтобы мне было удобно носить чехол и его содержимое на своём плече, при этом свободно используя обе руки. Тут же я вспомнил о записке, которую я тут же нашёл, а найдя, раскрыл и начал читать. «Мистер Анжело! Надеюсь, мой подарок дошёл до Вас. Он ранее находился в недостойных руках, но я уповаю на то, что Ваши руки будут как ничьи другие лучше всего для содержимого этого чехла; более того – я даже навёл справки и выяснил, что этот подарок и ранее находился в Вашей семье среди её японских предков. Также я вложил в этот акт дарения…некую моральную составляющую, о сути которой, правда, Вам придётся догадаться самому, мистер Анжело. Да направит Авель ваши шаги. А.» После прочтения записки я всё-таки открыл чехол и раскрыл его содержимое. В чехле была катана средних размеров, а как только я обнажил её, то понял, что это работа знаменитого Мурамасы, чьи клинки по легенде жаждут крови и притягивают к себе всё, что можно разрезать. С благоговением я начал было возвращать клинок в ножны, но тут я ощутил что-то необычное и неестественное, исходящее из клинка, и это был не запах. Тут я вспомнил ещё одно поверье, гласящее, что клинок вернётся в ножны лишь тогда, когда он вкусит крови. Тут меня прервал голос любимой, прекрасной трелью разнёсшийся по дому: - Милый, как думаешь, что будет дальше? – спросила она, приближаясь ко мне. Тут она увидела меня с этим мечом, а затем, удивившись, спросила вновь: - Это что, меч, которым так хвастался Антонио? В любом случае, теперь он не причинит нам вреда. А всё-таки…, - вновь продолжила она, но затем нас прервал звук открывающейся двери. Я тут же отстранил любимую, максимально тихо обнажая катану и закрепляя ножны в максимально удобном положении, прячась вместе с женой в таком месте, откуда и открывался вид во входную комнату, и мы оставались незамеченными. Полторы минуты пролетели словно вечность, а я в это время хоть и пытался сдержать панику, хватая рукоять обеими руками для более сильного удара, всё равно чувствовал себя нехорошо, и даже тренировки во владении холодным оружием не помогали в успокоении. Тут же, не озираясь на наше укрытие, в комнату вошел…тот самый лысый фрик, понемногу начиная привыкать к обстановке.