Когда драконы плачут

21 августа       Адские перегрузки выматывали нас. То и дело я чувствовал, что скоро издохну от них, но тренировки и что-то, спавшее до сего момента внутри меня, заставляли меня не сдаваться и идти до конца. «Прими же себя, Хиро. Пойми наконец, что нельзя быть и человеком, и Экзорцистом одновременно», - настолько громко раздалось у меня в голове, что заглушило рёв двигателей шаттла. «Будь честным с самим собой и реши раз и навсегда, кем ты будешь: Экзорцистом, высшим хозяином природы и людей, или же жалким человеком, что немногим лучше скота. Решайся!», - вновь раздалось у меня в голове. «РЕШАЙСЯ!», - вновь раздался голос, после чего…всё утихло, а я оказался в каком-то карманном мире, о чём я догадался лишь относительно недавно. Стоя на вершине башни, возвышавшейся над вулканической лавой, я погрузился в свои мысли. «Кто же я? Зачем я живу и ради чего? Что я после себя оставлю? И самое главное – какой я?», - сии вопросы уже куда более тактично прокрались в мой разум, потихоньку терзая меня. Рога мои засияли, словно пытаясь отогнать мысли, но они всё напирали и напирали на меня; я словно чувствовал то, как они давят на меня. Мне нельзя было усугублять и без того тяжкое положение, и я решился не делать выбор, наоборот: разрубить этот Гордиев узел.       Меня тут же выбросило в реальность. Как ни странно, прошло лишь секунд десять, не более. Голова не гудела, рога больше не сияли, а я был весь наполнен решимостью. Её, моих навыков и любимой рядом более чем достаточно для того, что произойдёт сегодня. Сегодня я убъю и Авеля, и Каина – благо, их обоих есть за что убить. Каин заслужил смерти за своё стремление к гиперопеке и наивность, что принесли немало горя и попортило в своё время немало крови. А Авель же…Авель загораживал мне дорогу к власти, к славе, богатствам и прочим моим желаниям. Да, именно власть над миром – ВОТ что мне нужно на самом деле, а эти напыщенные Экзорцисты были помехой, угрозой для меня. И что-то внутри меня знало, что победа будет моей. - Зероцу, - обратился я к любимой. – Ты готова будешь сегодня получить то, что принадлежит нам по праву? – спросил я её, опасаясь отказа. В ответ же я получил только лёгкий кивок – кажется, она поняла, о чём я. Мне только и оставалось, что развернуть шаттл и полететь в сторону станции управления орбитальным вооружением – там я смогу навести спутники на цели и уничтожить Экзорцистов.       Разворот дался тяжело – как-никак, вокруг витало очень много космического мусора, а потому дальнейшее маневрирование виделось очень сложным делом. Обшивку тут же поцарапал какой-то камень, но мы не придали сему значения, продолжив путь. А зря – нас тут же толкнуло в сторону искомой станции, направляя так, что нам на пути обязательно попадутся самые опасные объекты – обломки невоенных спутников, остатки челноков, «скелет» бывшей МКС. Столкновения всё длились и длились до тех пор, пока мы не врезались прямо в станцию, которая каким-то нереальным способом оказалась вдавлена в шаттл, который основательно так попортился – заискрилась электропроводка.       Дело было дрянь – мы могли погибнуть в любой момент, а Авеля и Каина всё не было видно; мне даже показалось, что они сплотились, дабы обхитрить нас. Но не тут-то было – пару секунд спустя они переместились в станцию, где они схлестнулись вновь. Решение было принято тут же – мы атаковали их всем, что у нас было: в ход пошли и катана, и псионика, и банальная ярость, почти как у младенца, который боролся за свою игрушку. Казалось бы, всё было относительно нормально – мы почти победили Авеля, но тут он выстрелил в Зероцу, заставив её отлететь обратно в кабину. Мои рога засветились вновь, клыки заострились как никогда сильно, а меня заполнила абсолютно звериная ярость. «УБЕЙ!», - раздалось в моей голове. «УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ!», - вновь рыкнул голос, и я подчинился, набросившись на Авеля, разрубая его плоть на куски. Ещё никогда мне не было так сладко причинять боль, ещё никогда мне не было так приятно убивать, ещё никогда я не хотел ощутить вкус крови или сожрать ещё трепещущее сердце, перед тем вырвав его из ещё живого противника, и при этом я не испытывал боли – настолько меня переполняло удовольствие, столь неправильное и извращённое. Полторы минуты спустя всё было кончено – Авель лежал на «полу» станции, заливая окружающее пространство кровью, столь приятно пахнущей кровью. Я даже не расслышал его последних слов – мне вместо выслушивания его попыток переубедить меня захотелось больше. Больше крови. Больше славы. Больше ВЛАСТИ над столь беспомощной жертвой, а потому я, улыбаясь, начал добивать его – разрезать на части, рвать и поливать псионическими атаками, заставляя Экзорциста выкрикивать столь приятные для меня крики, наполненные ужасом и первобытным страхом. Добивание оказалось на редкость долгим процессом – целая минута моей жизни на это ушла. Оставался лишь Каин, который, откинув правую руку, резко нажал на какую-то кнопку, после чего, ударив меня, каким-то образом направил мою катану в свою голову. Я удивился, после чего попытался вытащить её, но безуспешно – каким-то образом он разрезал себя напополам, после чего наконец погиб.       Гнев отступил от меня, отчего я ужаснулся содеянному – Авель, чёрт подери, был разрезан на неисчислимое множество кусочков. Но тут я осознал одну вещь. Всё. Было. Кончено. Да, у меня оставался ещё целый ряд вопросов, но главным было то, что вся эта хрень с псионикой, мистикой и прочими Образцами наконец была позади. Очистив катану от крови, я сложил её в ножны и подбежал к Зероцу, которая потихоньку поднималась. - М-милый, ты как? – тихо спросила она меня, приобнимая меня. - Я не знаю, честно говоря, - максимально правдиво ответил я, обнимая её в ответ. – Всё кончено – они оба мертвы, и теперь мы можем вернуться на Землю, - уже радостно добавил я.       Зероцу тут же засияла, после чего, окончательно поднявшись, вместе со мной села в кресло для пилотов, после чего мы начали курс на Землю. Но возникла одна маленькая загвоздка. В наш шаттл прямой наводкой попала боеголовка со спутника.