Лучший друг

Дверной замок щёлкнул. Эти пятиклассники надоели стучаться в класс, мешают дежурить. Артур взял тряпку и начал протирать доску от цветного мела. На прошлом уроке здесь девятиклассники зубрили новую тему, и учительница совсем не жалела мел на объяснение задач. Никита, лучший друг Артура, быстро подмёл пол, скоро прозвенит звонок на урок. Класс будет пустовать, учитель математики своё отработал на сегодня и с чистой душой идёт домой. У друзей остался ещё классный час, но они собираются сбежать, свалив всё на несуществующую боль в животе от «несвежей шавухи». – Никит, не мог бы ты полить цветы? Иначе нас, – Артур провёл большим пальцем по свое шее. – убьёт математичка. Никита молчал. Он любовался проступившей венкой на шее друга. Хотя, какой друг? Артур для него больше чем друг. Сам не заметил, как уже пять, или больше минут просто в открытую пялится. За дверью глухо звучит трель звонка и гомон учеников, парни всё смотрят друг на друга, не пытаясь даже отвести глаз. – Чего смотришь? – слегка с хрипотцой от долгого молчания произнёс Артур, первым отворачиваясь. Он смотрел куда угодно, но не на парня. После друга отвлёкся от пристальной слежки и сам Никита. – Ничего, задумался просто, – без каких либо эмоций ответил Никита. – Ага. Задумался, и пялился непрерывно на меня пять минут, – съязвил Артур, и хитро прищурился, наблюдая за смятением друга. – А что? Запретишь? – с вызовом бросил ухмыляющийся Никита. Его ухмылка постепенно стиралась с лица с приближением Артура, но он старался выглядеть смелее, хотя получалось так себе. Он в течении минуты молча и с интересом изучал лицо любимого друга, а затем, не спеша наклонился к его лицу. – А что если запрещу? Парень склонил голову и уставился на свои ноги, что были обтянуты тёмно-бежевыми брюками, но уже через минуту поднял, и в упор смотрел на Артура. Всего пару миллиметров разъединяли их, но вскоре Артур подался вперёд, и коснулся губ парня. Сначала поцелуй был невинным, но нарастающее возбуждение ударило в голову, и парень стал целовать более настойчиво. Никита не мог пошевелиться от шока, чем и воспользовался парень. Он послушно приоткрыл рот, позволяя проникнуть глубже. Поцелуй был мокрым, страстным, возбуждающим. Повалив на парту Никиту, Артур с новой силой впился в его губы. Никита обвил его шею руками, он пытался отвечать на поцелуй, но получалось это крайне неумело и забавно. Самоконтроль почти не действовал, это Артур понял быстро, поэтому чуть отстранился от него и посмотрел в затуманенные возбуждением глаза. – Ты точно хочешь? – удостоверился Артур, понимая, что пути назад не будет, если дадут согласие. Никита очухался не сразу, но потом, не спрашивая, почему остановились, просто кивнул. Артур возобновил свои ласки с новой силой. Никита тяжело дышал, его глаза заволокла дымка. Артур слегка прикусил мочку, языком очертил контур ушка парня. Услышав тихий и короткий, но такой сладкий стон, когда Артур случайно коснулся коленкой достоинства парня, он ухмыльнулся сквозь очередной жаркий поцелуй. Казалось, они провалились под землю, в самое пекло, в самый ад, где невозможно жарит. Воздух накалился до катастрофической температуры, дышать было почти невозможно. Им будто было мало друг друга, и они вновь слились в жарком танце языков. Терпеть было очень трудно, и они начали быстро срывать одежду друг с друга, не желая терпеть эту муку дальше. Артур грубо толкнул три пальца в рот любовника друга, и тот начал медленно их обсасывать, как последняя шлюха. Парень и не думал, что такое простое действие со стороны Никиты может заставить его возбудиться ещё больше. Резко выдернув пальцы изо рта парня, Артур грубо развернул задом к себе Никиту, и вогнал пока что один палец в друга. А друга ли?.. Вовсе не медленные, не размеренные движения пальца заставляли парня выгибаться навстречу, когда случайно задевали ту самую точку, что доставляет непередаваемое удовольствие. Постепенно, Артур добавлял по одному пальцу, чем доводил парня почти до экстаза. Когда Никита начал сам насаживаться на пальцы, Артур вынул их желая заменить их кое-чем более большим. На смену конечностям пришёл готовый член, истекающий смазкой. — Сейчас, подожди немного...— головка вошла быстро, возбуждение сводило с ума... Сдерживаться больше не было сил! Артур входил грубо и на всю длину, при этом нежно целуя шею любимого. Никита задыхался, он давился стонами...Было слишком хорошо...Он не выдержал и десяти минут...Так же как и Артур...Он излился внутрь возлюбленного с протяжным стоном. — И сейчас не смей ничего говорить, — переводя дыхание, уверенно заявил Артур. — И не собирался, — засмеялся Никита, и пошёл по классу, собирать разбросанные в порыве страсти вещи. Завтра им отдуваться у классной руководительницы, но то, что произошло сейчас того стоило. И всё равно на других. В их вселенной не существует понятия "Другие". Только они сами.