Буду нервировать мир и строить мирок свой

26.05.18. Вернувшись в Питер, Мирон набрал Карелина и предложил встретиться в городе. Слава немного охуел от такого поворота - на улице был день, но без лишних расспросов привёл себя в товарный вид. Даже новую рубашку надел. Оказалось, что Окси нужно сходить домой к какому-то профессору за книгами, Карелин не вникал. Получалось, что профессора нет, он уехал навестить семью в Израиле - Славик хмыкнул тихонько на этом месте истории. А у Мирона свои ключи, так что он приходит и уходит по желанию. Слава вспомнил, что до эммиграции семья Фёдоровых жила в Питере, так что профессор мог вполне быть какой-то роднёй. Или просто очередным "бро", с Окси станется скорешиться с сумасшедшим дядечкой на почве любви к литературе. Квартира была в одном из домов старого фонда, из тех, что при совке переделывались в коммуналки, а после перестройки, при наличии живых потомков прежних владельцев, вернулись к ним. Высокие потолки, длинные коридоры, камины, выложенные керамической плиткой. На самом деле жилой была только одна комната, во всех остальных царили книги. Тысячи тяжелых фолиантов заполняли все пространство, от потолка до пола - библиотека явно была делом всей жизни хозяев, причем нескольких поколений. - Можешь сделать себе чай на кухне, я на какое-то время тут зависну. Слава принес чай, взял том Декарта и устроился в глубоком кожаном кресле. Запах в комнате был удивительно знакомым. Такие вещи обычно вылетают из памяти, а потом мгновенно воскресают, стоит только встретить еще раз. Похожее бывает с книгами, которые читал дома много лет назад. Вроде бы ты и забыл, что все это когда-то читал, а потом, обнаружив на полке обтрепанный томик, с удивлением понимаешь, что помнишь не только сам текст, но и то, как он расположен. И загнутые страницы, и круглое пятно от случайно поставленной на книгу чашки. Слава полистал книгу - читать не тянуло, а вот наблюдать было чрезвычайно интересно. Мирон был явно в своей стихии, отлично ориентировался, переходил из комнаты в комнату, передвигал небольшую стремянку, поднимался по ней, что-то брал, перелистывал, снова ставил на полку. И он выглядел совершенно уместным, как часть этого мира. Легко можно было представить его преемником профессора-библиофила. Славик разулыбался, рисуя в уме образ пожилого и слегка помешанного книжного червя с татуированными руками... Так продолжалось минут сорок. За это время на столе образовалось несколько стопок отобранных книг. - Блядь, я не могу достать до верхней полки. Не хватает высоты стремянки. - Роста тебе не хватает - так и скажи, нечего на стремянку гнать, - беззлобно подколол Слава.- показывай, я достану. Мирон махнул рукой в сторону верхней полки. - Видишь наверху в сером переплёте? - Сейчас. Слава поднялся по ступенькам и достал книгу. В какой-то момент спиной ощутил чужое дыхание. Мирон приобнял его, уткнувшись носом где-то на уровне лопаток. Замер, прислушиваясь к чему-то внутри. А потом наощупь, не глядя, расстегнул на нём джинсы с заедающей молнией. Коснулся ткани белья, провёл по линии резинки, заполз внутрь. Стал гладить тёплую кожу, жесткие завитки волос, мгновенно реагирующий член... А потом обе ненужные тряпки, джинсовая и трикотажная, сползли к коленям. Карелин дрожал от напряжения, ощущая нарастающий густой жар, который ещё не вырвался наружу, а только срывался с губ тихими стонами - в чужой квартире Слава реагировал шёпотом. Он повёл лопатками, скрытыми под рубашкой, не выпуская ценную для Мирона книгу из рук, даже потёрся об неё затвердевшими сосками. Попытался слегка расставить ноги, приготовиться к любому движению. Но Мирон развернул его. Жестом показал, чтоб сел на верхнюю широкую ступеньку, а сам ткнулся носом в живот, языком нырнул в воронку пупка, провёл по темной дорожке вниз и решительно присосался, точно и выверенно лаская Славу языком. Разрядка пришла слишком быстро - потому что невозможно долго выносить эту адскую ласку. Когда чувствительность такая, что контроль теряется даже не от прикосновений, а от горячего дыхания над изнывающей кожей. Слава и смотреть вниз боялся, чтоб умом не тронуться. Просто доверился мироновским губам и рукам, которые снова обняли и держали уверенно и крепко. С каждым движением - новый уровень ощущений, охуенный, потому что от Окси уносит лучше, чем от любой наркоты. И только шёпот - сильнее, Миро... бляяядь... ммммм... Слава решил, наконец, посмотреть, что за книга так понадобилась Федорову. Это оказался Пол Картледж - «Спартанцы», судя по аннотации - анализ жизни и быта через биографии значимых в разное время людей. - Где-нибудь в Спарте мы были бы с тобой образцовыми партнерами, Слава, они как раз ценили, когда в паре один постарше и может направить в верное русло. - В тебе говорит ментор. - ухмыльнулся Карелин. - А я вот думаю, что мы родились в охуенное время и в правильном месте. Мы оба стали частью глобального культурного движения, даже смогли возглавить - ты как император, я как революционер. - Нет, Слава, тут ебучая христианская мораль обрекает нас стыдиться себя просто за то, что доставляем друг другу удовольствие, взаимно и добровольно. Или считаешь, что не смог бы реализоваться в другом месте или времени? - Я слишком привязан к интернету, чувак... Это ты харизматичный как бог, тебе рили похуй где и когда рождаться. - Революционеры, которые не стали законной властью, быстро умирают. Они нужны, как движущая сила прогресса, но после свержения старого строя им обычно нечего предложить взамен. И тогда приходят совсем другие люди, Слава. Технократы, например. Казалось, Окси ни одного вывода не сделал в жизни, не подведя под него серьёзный базис фактов и размышлений. - В любом случае, Слава, если станет известно о нашей связи - мы оба потеряем аудиторию. И, возможно, карьеру в России. Причём найдутся люди, которые типа "докажут", что между нами это давно, мы всех просто наёбывали. И баттл был договорным, чтоб срубить бабла. Слава не мог не спросить то, что мучало его уже почти год. - А он был? В смысле, у вас с Рестором? Потому что до сих пор большинство не согласны с судьями. - Я тоже с ними не согласен. Сколько раз пересматривал и не увидел там 5:0, я точно взял второй раунд и первый был наравне. Если б я поменял порядок, третий зачитал первым, а второй - третьим, и если б я читал вторым - Я бы победил. Славу передёрнуло. Вот она, снова - ЧСВ, уровень Оксимирон. Знакомьтесь. - Но я согласен, что проиграл. Не потому, что был плох - потому что ты был лучше. У тебя было больше панчей и они все были против меня, ты сделал всё как надо, в своём стиле, с правильной агрессией, и ты заслужил эту победу, Слава. Карелин вытаращился так, что рисковал остаться без глаз. - Я хочу сказать, что считаю тебя крутым МС, лучшим у нас, ты зарываешь свой талант, вызывая персонажей типа Соболева. Это твой потолок, Слава? Задумайся, есть ведь реальные соперники - Сэймур, Пиэм, Дип, с ними можно прокачать уровень и закрепить титул. Или передать, но в руки достойного, понимаешь? Это не зашквар. Я вот должен был проиграть тебе, чтоб сделать Дизастера. Именно так это и работает. Карелин стоял, уставившись куда то в только ему заметную точку и качался из стороны в сторону. И молчал. - То есть, я правильно понимаю, ты признаёшь меня как соперника, который тебя вынес? - Слава задал самый главный вопрос. - Слава, я признавал тебя достойным соперником с того момента, как вызвал. - Мирон открыто смотрел Славе в глаза, - И сейчас тоже признаю. Слава растерялся. В который раз в своей непростой, но яркой жизни. Он взял паузу, чтоб привести мысли и эмоции в порядок... вышло не очень. - Окс, а если бы я сейчас вызвал тебя, ты бы вышел? - Конечно. Только подготовился нормально и зачитал бы как боженька. И про другую книжку. Смех немного разрядил атмосферу. Слава подумал, что если умирать молодым - то сейчас, более счастливым он уже вряд ли будет. Но потом передумал. Потому что Окси сделал ему самый охуенный подарок из всех возможных, и с этим хотелось ещё пожить.