Ваш первый поцелуй(из его слов)

— Как произошёл ваш первый поцелуй? И были ли вы при этом парой? — С чего ты взял, что я буду что-то рассказывать тебе?! — недовольно начал беловолосый. — Я могу только рассказать историю нашего знакомства. — Либо ты мне сейчас все на блюдечке выкладываешь, либо я иду к Рангику, и она мне все рассказывает. Я с собой выпивку возьму и буду знать все в особых подробностях, так что, пользуйся моей добротой! — проговорил я с взглядом а-ля «ты проиграл». — Ладно, так уж и быть расскажу… — недовольно пробурчал капитан десятого отряда. —Начну издалека. Её перевели ко мне в отряд с одиннадцатого. Я был этому удивлён, с чего бы её переводить? К тому же (т.и) была четвертым офицером. Но как выяснилось, (т.и) слишком шумная и вечно влипала в драки с другими товарищами, а иногда и другими отрядами, и я должен был её перевоспитать. С тем, что она шумная я согласился сразу, стоило ей ступить на порог моего кабинета, как её «Хера сисястая!» в сторону Рангику посеяло раздор. Ко всему прочему дзанпакто пламени, которым обладала (т.и), прибавляли ей вспыльчивости. Поначалу я её терпеть не мог. Из-за неё мне доставалось от генерала Ямамото. Так ещё и Дзараки со своими угрозами про «дочурку». Но как казалось, была в ней и вторая личность. Тихая, спокойная, замкнутая девчонка любившая побыть в одиночестве и погрустить, чисто послушать музыку или почитать книгу. (Т.и) была ответственная, ленивая, но ответственная. Когда она была такой, рядом с ней я чувствовал покой и умиротворение, а работа давалась так просто, что не замечал, как бумаги уже разобраны. Поэтому я стал часто приглашать её к себе, разрешал выбрать любую книгу из библиотеки и отправлял читать на диван. Поначалу ей этого не хотелось, но против приказа капитана пойти не могла. Потом сама начала приходить, когда я садился за бумажную волокиту. Однажды, я спросил её «Почему?». В ответ получил «Так и капитан Кэмпати делал. Я уже привыкла, что всех каким-то образом успокаиваю.» (Т.и) оказалась очень умным и интересным собеседником. Хотя её сумасбродство никак не собиралось уходить, но со временем я стал замечать, что мне это нравится… Это все нравится! Приятно находится с ней рядом, наблюдать, как она хмурится за очередным детективом, беседовать с ней не о чем и по теме, перестали раздражать её перепалки, а только умиляли. Я понимал, во что все это выльется и принял для себя решение, просто находится рядом и наблюдать. Но с каждым днём росло желание прикосновения. Я сдерживал себя, не давая волю. А когда решил утолить желание, хотя бы немного, испугался. Жуткий страх сковал тело и натянул словно струну. Этот страх был вызван неизведанными чувствами внутри меня и каждый раз врезался все сильнее. Она не любила чужие прикосновения, всех кто к ней прикасался, она перекидывала через себя. Я не стал исключением, хотя это и была случайность, ведь сам я к ней боялся прикоснуться и вовсе, не из-за того, что может прилететь, а из-за того, что напугаю её, потому что вряд ли сдержусь. Так вот меня она перекинула, также как и других. А потом извинялась, сказав, что прикосновения ей противны, и потому она так на них реагирует. Но мне удалось выяснить, что некоторые ей вовсе не противны. Когда (т.и) общалась с давним другом из её старого отряда никакой неловкости у нее не было. В итоге ко всему ужасу прибавился страх того, что я ей противен. Наверное, нет ничего хуже того, чем знать, что ты противен любимому человеку. Так и продолжалось наше общение. Она часто была со мной. Я разрывался внутри себя, мне так хотелось быть рядом с ней, но я просто не мог, ведь понимал, что на меня она не посмотрит. Я на вид мальчишка лет десяти-двенадцати, да и красоты у меня нет. Как когда-то говорила Мацумото, чтобы понравиться девушке нужно красивое лицо и тело, высокий статус, также личные мотивы заботы и хорошее отношение. А из всего набора я имел только высокий статус и заботу, которую боялся выразить. Я бы так и не признался ей, если бы Рангику не напоила меня. Я не помнил, что делал в пьяном состоянии, но проснулся я в чьей-то комнате. На тумбочке стояла бутылка воды и письмо. В нем говорилось так «Уважаемый капитан Хитсугая, доброго утречка или денька, не знаю, когда вы проснетесь. Мой совет, пейте поменьше, а то такую чушь несли, хотя было весело, давно так не смеялась. Ах да, вам пришёл отчёт. Но поскольку вы и лейтенант «сисястая» недееспособны, я взяла на себя позволение разобраться со всем, в случае чего, приму любое наказание. С уважением третий офицер десятого отряда (т.и. и ф.)». За окном уже заходило солнце, и всех встречал вечер. Буквально через пару минут пришла (т.и), она так удивилась, а когда узнала, что я только встал, рассмеялась. Когда я спросил, что я делал, мне поведали историю о том, что я пришёл к ней в три часа ночи с любовным признанием и предложением руки и сердца. Я уже было напрягся, но она приняла это все за шутку и вернула кольцо с красивым голубым камнем в оправе. Я долго думал, что после этого делать и всё-таки решился. На следующий день пришёл к (т.и) прямо в комнату с цветами. Она сидела на кровати, и я подошёл к ней, осев на одно колено, делая тоже предложение, что и тогда, только вот не сдержался и поцеловал её. Как сейчас помню сладкий привкус её губ. Я оставил кольцо и вышел, но на следующий день её отправили в мир людей на длительное время. Правда, когда она вернулась, то первым делом пришла ко мне и игнорируя присутствие Мацумото, поцеловала, давая согласие на моё предложение. Вот так вот. — Весь рассказ Тосиро слегка улыбался, а под конец и вовсе расплылся в улыбке. — Ну, когда свадьба? — заинтересовано, спросил я. — Уже была. — Спокойно ответил синигами. — Странно, мне приглашение не дошло... — Пробурчал, косо смотря на Тосиро. — А тебя никто и не звал, Пепельный Сон. Ты же мог мне свадьбу испортить! — гордо проговорил владелец Херинмару и твоего сердца, выбегая из комнаты, в надежде избежать моего гнева.