не засыпай

— Растяни себя для меня. Вкрадчивый голос Серёжи заставляет Антона покрыться мурашками, а дыхание участиться. Он медленно кивает, обводя губы языком, и чуть - чуть съезжает в ванне, погружая плечи в воду. Тонкая рука исчезает с бортика ванны, опускаясь в теплую, пахнущую морским бризом воду. Антон слегка прогибается в спине, а через секунду шумно выдыхает, чувствуя как не сжавшиеся с утра стеночки мягко обхватывают его палец. Сидящий напротив мужчина не сводит с него голодного взгляда, внимательно следя за каждой изменяющейся черточкой лица. Антон плавно двигает пальцем внутри, запрокинув голову, и шумно дышит. — Добавь ещё палец, — Сережа шепчет, облизываясь на возбуждающую его картину, и сжимает бортики ванны, чувствуя завязывающийся узел внизу живота. Антон кивает и, остановившись на секунду, продолжает двигать уже двумя пальцами внутри себя, приоткрыв губы в безмолвном стоне. Он совершает разрабатывающие фрикции ещё пару секунд, а потом, видимо, попав по комочку нервов, тихо охает, зажмуривая глаза. Член мужчины, сидящего напротив него, резко дергается от такой картины. — Иди ко мне, — Сережа обхватывает скрытые под водой лодыжки парня, обращая его внимание на себя, и легко тянет худые ноги, вынуждая Антона поменять положение. Шастун, почти не расплескав воду, садится между разведённых ног мужчины, удобно устраиваясь у него на груди и откидывая голову на плечо. Матвиенко тянется к его губам и накрывает их своими, тут же сплетая языки и глубоко целуя парня, заставляя его простонать прямо в поцелуй. Небольшая ванная комната наполняется громкими звуками мокрых поцелуев, распаляя и так возбуждённый мозг двух людей. Матвиенко опускает ладони на худую талию, крепко сжимая её под водой. Антон разрывает поцелуй, немного елозит на месте, пытаясь устроиться ещё удобнее, и, оставив на припухших губах мужчины звонкий поцелуй, откидывает голову тому на плечо, прикрывая глаза и закусывая губу, потому что родные руки начинают двигаться на его подрагивающем от возбуждения теле. Сережа, уткнувшись губами в скулу парня, начинает оглаживать его живот, постепенно спускаясь руками ниже, при этом покусывая шею и скуловую линию. Антон ластится, извивается и тихо-тихо стонет, поднимая руки и обнимая мужчину за плечи, оглаживая затылок и шею и прижимая ближе к себе. Матвиенко особенно сильно прикусывает ключицу и резко спускается руками ниже, принимаясь за ласку внутренней стороны худых бедер и паховой зоны, но не касаясь самого главного. Антон виляет тазом, стараясь задеть эрегированным органом руки, чтобы получить такие нужные и желанные касания, но Сережа, не желая дарить быструю разрядку, останавливает двигающиеся восьмеркой бедра и, раздвинув ноги парня чуть-чуть в стороны, меняет своё положение, давая Антону возможность почувствовать своё возбуждение, и начинает имитировать половой акт, двигаясь и слегка проезжаясь головкой члена по растянутой дырочке. — Пожалуйста... — у Антона сбивается дыхание, и он почти что хнычет, желая наконец почувствовать наполненность внутри. — Я хочу тебя... — парень срывается, выдыхая последнюю реплику чуть ли не фальцетом. — Очень... — шепот куда то в шею под ухом. — Сильно. Сережа, придерживая дрожащие бедра, медленно насаживает скулящего парня на свой орган, в течение нескольких секунд доходя до конца, сразу же попадая по комку нервов, на что Антон, крепко упирающийся руками о его колени и держащий своё тело на весу, громко стонет, охает и резко опускается на мужчину, вынуждая крупный член ещё сильнее надавить на простату, от чего у него летят искры из глаз и космическое удовольствие дикими импульсами расходится по телу до самых кончиков пальцев. Внутри Антона горячо и узко практически до боли, Сергей его ноги закидывает на бортики ванной, меняя угол проникновения и пуская новые импульсы возбуждения по телу. Антон упирается пятками в белый пластик, руками в жилистые бедра Матвиенко, и начинает двигаться, провоцируя небольшие волны воды, готовые выплеснуться на пол. — Тих, тих, ты сейчас все зальешь водой, — Сережа останавливает начинающего набирать быстрый темп парня, кладя руки на двигающиеся вверх-вниз тазовые косточки. — Вот так, — приговаривает он, не спеша опуская недовольно мычащего Антона, все еще крепко его придерживая. — Видишь, и вода не выплескивается. — Да ты издеваешься! — Антон еле сдерживается, чтобы вновь не сорваться на быстрый темп, но послушно медленно опускается и поднимается, и эта пытка заставляет его выворачиваться и выгибаться, ибо это выше его сил. Сережа довольно закрывает глаза, откидываясь затылком на бортик и чувствуя медленные, тягучие движения на своём члене. Такой спокойный темп позволяет прочувствовать каждый миллиметр, насладиться такой шикарной узостью и нетерпеливыми стонами его партнера, готового в любую секунду сорваться на бешенный скач, вгоняя эрегированный орган в свое тело, сопровождая это громкими шлепками и протяжными вдохами-выдохами. Антон, придерживаемый крепкими руками за худую талию, размеренно двигается, закатив глаза, шумно дыша через рот и упираясь пятками в бортик ванной. Из-за медленного темпа удовольствие течёт по телу как густая патока, достигая фееричного финала на нервных окончаниях, и им обоим это начинает нравиться - этот медленный, тягучий секс, напоминающий их первый раз, когда Антон только познавал то ощущение наполненности. Тогда Сережа долго и мучительно-сладостно его растягивал, выцеловывая ключицы и плечи, ловил губами прерывистое дыхание и успокаивал нежными поцелуями, когда любимое лицо искажалось гримасой боли. Первое попадание по простате принесло Антону удовольствие на грани обморока, и он ещё минуту или две не позволял мужчине двигаться, глотая всхлипы-стоны и пытаясь перевести дыхание. Сейчас же парень сам тащил Матвиенко в спальню, сам подготавливался, разрешая поглощать себя взглядом, и очень любил руководить процессом, вызывая у партнёра приступы невероятного удовольствия. Антон насаживается особенно глубоко и, издав гортанный стон, останавливается и практически сипит полусорванным голосом: — Сереж, я больше не могу. Ему не нужно больше ничего объяснять, потому что Матвиенко понимает его с полуслова и, выйдя из разгоряченного тела на пару секунд, поднимает их обоих и ставит Антона на колени в ванной, тут же опять врываясь в худое тело, упираясь головкой в комок нервов, уже который раз за вечер вырывая хриплый вскрик. Матвиенко, быстро двигаясь, обхватывает требующий разрядки член парня и, пару раз задев головку, доводит Антона до долгожданного финала, чувствуя извергающееся облегчение своими ладонями. Шастун обмякает и не падает лишь из-за того, что стоит на коленях. Он даёт себе пару секунд отдышаться, а потом разворачивается к все еще стоящему на ногах мужчине, утыкаясь носом ему в пах. И тут же берет стоящий колом член в рот, заглатывая сразу половину. Матвиенко глухо стонет, одной рукой упираясь в скользкую стену ванной, а другую кладя парню на затылок, пропуская сквозь пальцы короткие мокрые пряди. Ему хватает почувствовать пару движений языком на своем органе, чтобы с тихим рыком кончить парню в рот. Антон молча сглатывает, смотря невменяемым взглядом на мужчину. Сережа опускается обратно в воду, тянет на себя Шастуна, заставляя лечь себе на грудь, и невесомо целует взмокший лоб, нежно водя руками по спине. — Милый, только не засыпай, — говорит тихо Сережа, касаясь губами уха. — Ещё чего, — хмыкает парень, подняв голову и лениво мазнув языком по красным губам. Но все равно блаженно закрывает глаза, укладываясь на плечо любимого.