Любовь приходит без предупреждения

POV Марсель - Поехали ко мне? – терпение было уже на исходе, но я не хотел, чтобы наш первый раз был в таком месте. - А мы дотерпим? – спросил Кову, смотря на меня затуманенными глазами. Вместо ответа я просто поцеловал его, наощупь заводя машину. Мне не верилось, что все это происходит наяву. Казалось, что это какой-то очередной потрясающий сон, где мы с Кову в главной роли. Я вынужден был оторваться от него, поскольку мне нужно было следить за дорогой. Даже не глядя на Кову, я чувствовал, как он дрожит от нетерпения. Впереди загорелся красный сигнал светофора, и я, остановившись, снова припал к его губам. Я постарался вложить в этот поцелуй всю свою любовь и нежность, которые я испытывал к нему, чтобы он понял насколько дорог мне. - Марс. - Да, - ну скажи, что ты испытываешь сейчас тоже, что и я. Скажи, что ты любишь меня также сильно, как я тебя. Прошу тебя, умоляю… - Уже зеленый горит. Я перевел взгляд на дорогу, но даже не успел ничего сообразить. Сзади послышались недовольные гудки, и я, собрав остатки своего самообладания, которые не давали мне взять Кову прямо здесь и сейчас, продолжил движение. Я не помнил как припарковал машину, как мы шли до моего дома, как поднимались по лестнице в спальню, все было как в тумане. Прижав Кову к стене, я уже скидывал с него рубашку. Руки опять скользнули под футболку, лаская грудь и живот. Я целовал его везде, где только мог достать. Щеки, ушки, шея, ключицы. Он такой сладкий… Такой любимый… Сняв, наконец, с него футболку, я спустился губами к его груди, выцеловывая область грудины и беря в рот бусинки сосков. В награду получаю страстный выдох себе в макушку и спускаюсь еще ниже по соблазнительному животику. Начинаю оглаживать бока и погружаю язык во впадинку пупка. Мышцы живота слегка напрягаются от таких манипуляций, а я встаю на колени и, расстегивая пуговки на джинсах и приспуская их, начинаю целовать низ живота. Провожу рукой по уже вставшему члену и начинаю медленно спускать джинсы вместе с трусами. Кову хватается за их краешек руками. Я поднимаю голову и вижу, что его щеки густо усыпаны румянцем, а сам он стеснительно отводит взгляд в сторону. - Кову, тебе не нужно меня стесняться, - успокаиваю его я и, убирая его руку, снимаю с него трусы. - Просто, у меня это в первый раз… - То есть как это? Совсем-совсем первый?! – я непонимающе уставился на него. - Да, совсем… У меня в голове не укладывалось… Кову же такой красавчик! И ни разу ни с кем не переспать?! Да за ним же пол универа девчонок бегает! Но все же, было приятно осознавать, что первый раз у него будет именно со мной. Я решил отбросить лишние мысли в сторону и опустил взгляд вниз. Тут меня ждало еще одно потрясение. Член у Кову был большой, минимум сантиметров 20, чего я никак не ожидал от такого хрупкого мальчика. Мне безумно льстило, что у него встал на меня. Его достоинство уже истекало смазкой, и я решил не медлить. Сначала поцеловал головку, затем провел языком по уздечке и, наконец, взял член в рот. Если честно, делал минет я впервые. Я никогда не заботился об удовольствии своих партнеров, удовлетворяя только себя. Но в случае с Кову мне хотелось сделать ему приятное, чтобы он стонал и кусал свои сладкие губки от наслаждения. Я старался как только мог. То заглатывал член почти до основания, то игрался с уздечкой и уретрой, то переключался на яички, а затем проводил языком от них до головки. Я не оставлял без внимания ни одну венку, ни одну клеточку. А стоны Кову в эти моменты, просто надо было слышать. Иногда он даже вскрикивал, подаваясь мне навстречу. Ох, это музыка для моих ушей. Я поднялся и нежно поцеловал Кову, закусывая при этом то нижнюю, то верхнюю губу. Он начал снимать с меня футболку, а я отбросил ее куда-то в сторону. Затем дрожащими руками, он нащупал ремень и стал бороться с ним, пытаясь расстегнуть. Кову был так возбужден, что руки его совсем не слушались, и, решив ему помочь, я сам расстегнул ремень, а штаны полетели на пол. Теперь мы оба были полностью обнажены, и я прижался к нему всем телом, ощущая пылающий жар. Не в силах больше терпеть, я взял его на руки, одарив его губы новой порцией страстных поцелуев, и понес к кровати. Аккуратно уложив его на спину, я оторвался от его губ и посмотрел в затуманенные глаза. Моя рука нежно сжала его член, проводя вверх-вниз по стволу. Кову откинул голову назад, сминая в руках простыни, а с его губ слетел восхитительный стон. Мне вдруг захотелось ощутить его в себе, и, достав смазку, я выдавил небольшое количество себе на руку. Размазав ее по члену, я сел к нему на бедра и стал тереться своей дырочкой о его достоинство, чтобы немного смазки попало и на нее. Решив, что уже достаточно, я приставил головку ко входу и начал медленно садится, пропуская член внутрь. Это был мой первый раз снизу, и было очень больно, но все равно я был в диком восторге от ощущения того, что мой любимый находится во мне. Насадившись до конца, я замер, привыкая к новым ощущениям, и посмотрел на Кову. Встретились два взгляда: мой восхищенный и его удивленный. Я наклонился к нему за поцелуем, а Кову подался немного вперед, и наши губы встретились. Я начал медленно двигаться. Было все еще больно, и я поменял угол, отчего перед глазами заплясали разноцветные огоньки. Боль ушла, и осталось только наслаждение. Мы оба громко стонали и отдавались друг другу полностью. У меня окончательно поехала крыша, и слетели предохранители. Я начал яростно насаживаться на член Кову, а он подмахивал мне, придерживая меня за ягодицы. Яркий запах карамели залетел ко мне в ноздри, и по телу прошлись тысячи электрических разрядов. - Да, Кову… Да… Еще, еще… Умоляю… Люблю тебя… Люблю… - Марсель, - он назвал меня по имени, и это возбудило меня еще больше. Я почувствовал, как в паху разливается сладкая истома, а член начал двигаться во мне еще быстрее. - Ох, Марсель… Я сейчас, - произнес Кову, и через несколько секунд я почувствовал, как его член задрожал, а сам он кончил в меня, выкрикивая мое имя. От ощущения того, как его семя разливается внутри, я кончил следом за ним. Я лег на него и начал терзать его губы в очередном поцелуе. Так, как с ним, мне не было никогда. У меня были тысячи любовников, но только сейчас я понял, в чем разница между «заниматься сексом» и «заниматься любовью». Это невозможно объяснить, надо на себе ощутить это, только тогда сможешь понять. Несмотря на то, что мы кончили, наши члены и не думали успокаиваться. Они все также стояли, прося продолжения банкета. Вдруг Кову перевернул меня на спину и начал покрывать мое тело поцелуями. Его губы коснулись головки моего члена, и сердце пропустило удар. Я поднял голову и наблюдал за тем, как мое немалое достоинство медленно погружается в его ротик. Перед глазами залетали «мушки», а сердце бешено колотилось, отдаваясь эхом в голове. Сначала он сосал неумело, осторожно, но потом, осмелев, начал заглатывать мой член почти полностью, проводя рукой вверх-вниз. Я в очередной раз за эту ночь сошел с ума. Рука сама легла ему на голову и нежно взяла за волосы, а бедра двинулись навстречу, пытаясь войти еще глубже. Он посмотрел на меня возбужденным взглядом. На щечках, усыпанных веснушками, красовался румянец. Я не выдержал и, взяв его за подборок, притянул к себе, увлекая Кову в головокружительный поцелуй. - Ложись на животик, любимый. Ничего не бойся, я не сделаю тебе больно. Вот так, расслабься, - сказал я и перевернул Кову на живот, подложив под бедра подушку. Зарываясь лицом в его волосы и вдыхая запах карамели, я начал оглаживать его ягодицы, отчего Кову заерзал подо мной в нетерпении. Я покрывал его спинку поцелуями, провел языком между лопаток, спустился на поясницу, где красовались две красивые ямочки. Я обвел каждую из них языком, спустился поцелуями на его булочки и раздвинул их, открывая себе вид на соблазнительную дырочку. Немного помедлив, я лизнул колечко ануса, а Кову резко выдохнул и застонал. Я начал вылизывать его попку, проникая внутрь язычком. Кову подавался мне навстречу и стонал в голос так, что казалось, будто его стоны слышно на всю улицу. Наконец, я оторвался от его попки и взял смазку. Выдавив содержимое тюбика себе на руку, я начал одним пальцем размазывать его между ягодиц Кову. Затем я ввел в него один пальчик на всю длину и остановился, давая ему привыкнуть. - Тебе не больно? – спросил я, надеясь, что получу отрицательный ответ. - Нет, Марс. Пожалуйста, продолжай… Меня не нужно было просить дважды. Я начал потихоньку двигать пальцем вперед-назад. Когда Кову уже сам вовсю насаживался на него, я ввел в его нутро второй палец. Он как будто этого и не заметил, продолжая в таком же темпе насаживаться уже на два пальца. Растянув его как следует, я вынул из него пальцы, заменяя их своим членом. Головка коснулась входа, и Кову вздрогнул. - Не бойся. Все хорошо. Все будет хорошо. Расслабься, карамелька, - шептал я ему на ушко, пытаясь хоть как-то успокоить. Я начал медленно входить в него. Кову болезненно застонал, и, погрузившись в него полностью, я остановился. - Малыш, ты в порядке? Не волнуйся, я уже весь в тебе. Потерпи, еще чуть-чуть потерпи и будет хорошо. Я собрал в кулак всю силу воли, которая у меня осталась, и закусил губу. Я не должен срываться, не должен причинить Кову боль! Но когда я почувствовал, как он сам начинает двигаться на моем члене, я послал все к черту. Схватив его за бедра, я двигался сначала медленно, а потом стал наращивать темп. - Ах, Марсель… Да… Как хорошо… Мне с тобой так хорошо! Я люблю тебя! Эти слова окончательно лишили меня рассудка, и я стал двигаться еще быстрее. Когда мне надоела эта поза, я решил перевернуть Кову на спину. - Переворачивайся, сладенький. Я хочу видеть твое наслаждение. Кову покорно лег на спину, и я, не в силах больше терпеть, вновь вошел в него, не забывая при этом страстно припасть к его губам. Я двигался в бешеном темпе. Мой член почти полностью выходил наружу и резко входил обратно. Мои бедра ударялись о его попку, и комната наполнилась звуками шлепков. Кову же выгибался и громко стонал. В паху снова сладко защемило, а мои движения стали более рваными. Наконец, наступила долгожданная разрядка, и я излился в Кову, чувствуя, как его семя забрызгивает мне живот, а колечко ануса начинает сокращаться. Я обнял его, тяжело дыша. Наши тела, разгоряченные после такой бурной ночи, каждой клеточкой соприкасались друг с другом. Лежа на нем, я почувствовал его сердцебиение и еще сильнее прижался к нему, хотя казалось сильнее больше некуда. - Это было просто потрясающе! – сказал Кову, пытаясь перевести дух. - Я рад, что тебе понравилось, карамелька, - ответил я, целуя его в лобик. Мы просто молча лежали и пытались прийти в себя. Я вдыхал его запах, целовал его щечки, прижимал его к себе, и все это было наяву! А может это просто сон? Может, я проснусь завтра утром, а его уже не будет рядом? Нет, не хочу даже думать об этом! - Марс. - Ммм? - Тогда, на набережной… Помнишь, ты говорил мне, что такое любить? - Помню… - Ты тогда говорил обо мне? – я посмотрел на Кову и поцеловал его в уголок рта. - А о ком же еще? Кову ласково улыбнулся мне и нежно погладил по щеке, заглядывая в глаза. Я почти невесомо коснулся подушечками пальцев его лба, убирая назад упавшие на лицо прядки. Мне вдруг очень сильно захотелось спать. На меня свалилась невероятная усталость и, уже закрывая глаза, я произнес. - Сладких снов, карамелька. - Сладких снов, шоколадка, - ответил Кову, а я открыл глаза, и мы оба рассмеялись. POV Кову - Просыпайся, карамелька. Тебя уже ждет завтрак! – меня разбудил голос Марса. Я открыл глаза и получил нежный поцелуй в лоб. - Доброе утро, соня. Ты хоть знаешь, сколько ты проспал? Я взглянул на часы, которые стояли на прикроватной тумбочке, и чуть не охнул от удивления. На часах было 13:00! Да я в жизни своей так долго не спал! - Ну, тогда, точнее будет сказать, добрый день, - ответил я и ласково улыбнулся Марсу. Он обнял меня, прижавшись своей щекой к моей щеке. - Елки зеленые! У меня же там блины! И Марс убежал на кухню, а я встал с кровати, оделся и пошел на чудный запах горячих блинчиков. - Ты любишь блины со сгущенкой? Прости, ничего другого я не нашел… - Да, конечно, очень люблю! – ответил я и сел за стол. Блины оказались очень вкусными, и я, последовав своей вредной привычке, набил полный рот. - Ты сейчас похож на милого хомячка, - Марс смотрел на меня с любовью, а его губы расплылись в умилительной улыбке. - А Райли называет меня аборигеном. Мы оба рассмеялись. Марс придвинулся ко мне ближе, обнял и поцеловал меня. Он делал это нежно, с такой любовью, что я начал плавиться. У меня даже голова закружилась. - Ты такой сладенький. Хочу тебя! – произнес он и начал покрывать поцелуями мою шею. - А как же блины? – спросил я, но вместо ответа меня взяли на руки и, целуя, понесли в спальню.