Тони виноват

Первый звоночек звонит тогда, когда Питеру кажется, что костюм ему жмет. Он не обращает на это внимание, пытаясь убедить себя в том, что так было всегда, ведь на прошлой неделе он даже пожаловался Старку, что у него остаются следы от швов на теле. Или это началось только на прошлой неделе? После тренировки он долго стоит перед зеркалом и ему кажется, что кубики на животе уже не так заметны, как обычно, а ляжки стали как-то шире. Но, возможно, ему просто кажется. Он отправляется в душ и пытается стереть с себя это дикое ощущение тревоги, грызущее где-то под кожей. Питер раздирает себе кожу до ссадин мочалкой. Питер покупает весы. Питер отказывается от такого любимого мороженого, потому что ему кажется, что он ест слишком много. Тони ничего не понимает, но старается отбросить тревожные мысли куда подальше, есть куда больше причин волноваться о судьбе мира, чем о предпочтениях Питера в еде. Питер взвешивается каждое утро, каждый вечер он проводит у зеркала чуть больше времени, чем обычно, снова и снова пытаясь игнорировать свою тревогу. Питер отказывается от хлопьев с утра, просто выпивая молока, потому что хлопья слишком сладкие, слишком калорийные. Питер взвешивается дважды в день, смотрит на себя в зеркало ощутимо больше обычного, а тревога затянула его с головой. Ему кажется, что он опять поправился, потому что одышка после тренировок стала гораздо сильнее, чем раньше. Питер отказывается от ужина, уходя к себе в комнату. Тони задумывается, что у парня совершенно не вовремя прорезался подростковый возраст. Питер взвешивается после каждого приема пищи, стараясь одеваться в мешковатую одежду, чтобы Тони, не дай бог, не заметил, насколько он толстый. Питер больше не ест при всех, потому что если честно — ему кусок в горло не лезет. Голова как-то часто стала кружиться, это точно от подскакивающего сахара от того яблока, что Питер съел двадцать минут назад. И тогда — Питер впервые обнимается с белым другом, пытаясь заставить себя вытолкнуть это чертово яблоко. Питеру постоянно хочется спать, потому что ночью он совершенно не может заснуть, он ворочается и ему кажется, что постель какая-то не такая, слишком мягкая. Или это он — слишком мягкий? От этой мысли становится тошно и Питер снова идет в туалет. Теперь Питер ходит туда после каждого приема пищи, потому что пустота в желудке - самое прекрасное чувство на свете, потому что даже от простого сухарика начинает дико болеть живот, нужно освободиться, очиститься. Питер срывается и съедает все, что может найти в холодильнике, давится, плачет, а потом — с ужасом встает на весы и осознает, как сильно увеличились цифры. Он снова идет в туалет — и остается там почти полчаса, пока его не начинает выворачивать насухую. И все равно — с утра не достаточно оказывается, потому что цифры на весах не уменьшились почти и Питер в панике. Он пьет только воду, но и ее — по стакану, потому что больше не может, потому что больно. У него выпадают волосы, но это совершенно не имеет значения, потому что он такой толстыйтолстыйтолстый, просто отвратительно огромный. Питер трогает лицо и щеки кажутся ему непозволительно мягкими, жирными. Он снова плачет и царапает свое лицо, опустившись на пол, ногти ломаются, причиняя боль, но Питер знает — он заслужил. Старку кажется, что с парнем что-то не так, он даже заставляет его сделать тест на наркотики — но результат чистый и Питер победно улыбается, а после — падает в обморок, потому что его организм не способен вытерпеть даже малой потери крови. Он потом говорит, что просто с утра не поел, поэтому стало плохо. Не говорить же, что это «с утра» длится уже неделю? Питер кутается в свитер, потому что ему непозволительно холодно, его буквально трясет, но он не обращает на это внимание, просто отопление отключили, а из открытого окна — дует, вот ему и холодно. И Тони молчит, потому что он с утра чуть не обжегся, проверяя батареи, потому что он сам закрыл окно час назад. Питер похож на живой скелет, он в очередной раз кидает весы в стену, а потом — кидается к ним, будто они — самое ценное, что у него есть. Он целую ночь копается в механизме, чтобы починить их и к утру счастливо встает на них и обнаруживает, что до заветной цифры оказывается совсем чуть-чуть. Ему уже тяжело вставать с кровати, он слишком тяжелый, толстый, он — отвратительный, потому что Тони избегает смотреть на него. Он забывает, как его зовут, забывает поспать и может целую ночь лежать и смотреть в потолок, лишь к утру приходя в себя. И каждый раз он шепчет вопрос, на который так и не получает ответа: — Я красивый, Тони? Ты считаешь меня красивым? И ему кажется, что вот сегодня точно, сегодня он слышит, как Старк говорит «да». Питер улыбается. И именно сегодня вместо размеренного писка звучит один протяжный. А Тони срывается с совещания и летит в больницу. Тони разбивает кулаки в кровь о белые стены палаты. Тони знает, что виноват.