capricious happiness

      – Я не понял, – возмущенно произнес я, замечая, как Эва поправляет на себе охрененно соблазнительные чулки, которые мысленно я уже содрал с неё и согрешил с самой девушкой. – Куда ты, блять, в этом собралась?       Мун закатила глаза и опустила юбку, продолжая крутиться у зеркала осматривая свой образ.       – Я же говорила уже тысячу раз, что иду с Нурой в кафе, – ответила она, не обращая на мой недовольный вид своего внимания.       – А когда это, я извиняюсь, у нас в кафе с подругами начали надевать чулки? Да и вообще, что обычные джинсы и толстовки пропали из твоего гардероба? – строго выдал я и подошел к девушке, раздраженно смотря на неё. – Почему ты вырядилась именно так? А лучше скажи для кого?       Злость, ревность и недовольство бушевали в моей крови, заполняя собой и мой разум.       Она устало выдохнула и, наконец, посмотрела на меня.       – Мне очень нравится, что ты так хорошо помнишь о наших планах, – проговорила девушка и подошла ко мне приобняв. – Потому что так я оделась для тебя, – она улыбнулась, ожидая пока до меня дойдет то, что я забыл и упустил. Но любые попытки вспомнить что-то были провалены. – Понятно. Ты, верно, запамятовал, что сегодня после моей встречи с Нурой мы с тобой идём в кино. А как ты знаешь, то фильм нам очень редко удается посмотреть, – наконец, вспомнив это, я расслабился и выдохнул. – Ну а чулки, я просто знаю, как ты их любишь видеть на мне. Да и вдобавок это единственное, что находится на мне под одеждой.       Последнее она соблазнительно прошептала мне на ушко. Закатив глаза от представления ею открытого секрета в своих мыслях, я почувствовал прилив крови совершенно не туда, куда нужно сейчас, когда Эва уходит.       – Мун, а может ты не пойд…       – Нет, Шистад, я пойду, – ухмыльнувшись, она подошла к кровати, забирая сумочку. – А с этой проблемой, – указав на движения под боксерами, в которых я находился, сказала рыжая. – Разбирайся сам. Это будет для тебя наказанием и уроком на будущее. Может, тогда ты перестанешь забывать обо всем.       Напоследок она меня поцеловала в губы и провела ладонью по всей длине окрепшего члена, дразня, а после быстро покинула квартиру, оставляя меня злого, расстроенного, возбужденного и обделенного женской лаской.