Цена взрослых поступков
24 мая 2018 г., 04:36
Стены больничной палаты в Куинсе — совсем не те, что в госпитале Манхэттена. Тонкие, хлипкие, слышно все, что творится в соседних помещениях. Тея рассматривает ржавый узор в углу потолка битый час: ее положили на скрипучую кушетку и приказали не двигаться и не разговаривать (как будто здесь есть, с кем поговорить). Краем уха Тея слушает разговор за дверью своей палаты — врачам не нравятся ее состояние или анализы или что-то не так с головой.
С последним она очень даже готова согласиться.
Ей страшно за брата, да еще и маму к ней не пускают, так что Селеста таскает ей под дверь записки с рисунками, а девушка даже не может встать, чтобы посмотреть на них. Дурацкий режим.
Вообще-то, Тея чувствует себя хорошо... гораздо лучше, чем можно предположить, после такого-то происшествия. Девушка бы посмеялась — снова нервное — да не поможет. Пережить два взрыва за полгода и ни в одном сильно не пострадать! — кто-то там наверху явно за ней присматривает.
Например, герой в красно-синем костюме паука.
Тея тяжело вздыхает, опуская на лицо здоровую ладонь правой руки. Свет больничной лампы под потолком бьет по глазам, аж смотреть больно (и нового ничего вокруг не появляется, к тому же), а мысли роятся в голове, словно пчелы в растревоженном улье.
Питер Паркер, ее скромный одноклассник — ...
Лучше не думать об этом, чтобы не свихнуться. Головой она сегодня уже изрядно побилась, и могла напридумывать себе бог знает что от пережитого шока.
Тея закрывает глаза, надеясь немного поспать, ожидая вердикта врачей.
Те приходят только к вечеру, шумят, расспрашивают медсестру о пацане из палаты в конце коридора, о чем-то громко спорят. Тея просыпается как раз в то мгновение, когда дверь ее палаты настежь распахивается и девушка видит маму с Селестой на руках.
— Осторожно, миссис Амидала! — ворчит на нее медбрат, входящий следом. Он подходит к Тее, бесцеремонно откидывает в сторону одеяло и снимает с ее руки капельницу. Забинтованное плечо стонет, как только молодой человек приподнимает Тею и без слов просит сесть.
— В чем дело?..
— Вас перевозят, мисс, — сердито говорит он, словно винит ее в этом беспокойстве. — Что ж вы не сказали, что у вас такие богатые покровители, а?
Тея переводит недоуменный взгляд к маме — та нервно улыбается и кивает, а не к месту радостная Селеста подрыгивает у нее на руках.
— Нам помог Тони Старк!
— Что?..
***
«Это просто смешно», — думает Тея, рассматривая разрисованные новенькие стены своей новенькой палаты. Она проводит несколько дней в том же госпитале Манхэттена, где провела полмесяца после Инцидента в папиной лаборатории. Ее осматривают каждый день, утром и вечером навещают родители и Селеста. Тони Старк узнал о случившемся в Куинсе и прислал своих людей, чтобы восстановить повреждения старенького здания, где ютилась семья Амидала, перевел Тею в хорошую больницу. Переселил ее родителей в приличную квартиру. Уладил проблемы с отцовской работой. Снова нанял его в свою лабораторию. Даже прислал скучающему в госпитале Кирку прототип новой игрушки — перчатки, как у железного человека, только на руки мальчика и без опасных примочек. Все происходит так быстро, что Тея не успевает даже передохнуть и подумать. Отец твердит, что мистер Старк «обо всем позаботился, как только понял, что я работал на него в прошлом», мама снова улыбается и даже готова пересмотреть свое отношение к бывшему-нынешнему боссу папы. Кирк радостно играется со своими перчатками и уже разбил две вазы под цветы в своей палате. Мама говорит, что мистер Старк позаботится о безопасности каждого Амидала, что он приставил охрану к ней и Селесте и что им не о чем волноваться. Преступников уже поймали и отдали под стражу, им больше не нужно возвращаться в старую квартирку в Куинсе. Тея не доверяет событиям, происходящим в ее привычном мире, пока сама в нем отсутствует: у нее остается миллион вопросов, на которые никто из взрослых ответить не может. Как Тони Старк узнал о том, что случилось? Почему он вдруг проявляет к ее маленькой семье такое внимание? «Тони Старк мог узнать обо всем только от человека-паука», — судорожно думает Тея в который раз. За окном уже ночь, и ей не спится — раненное плечо зудит, ватные руки и ноги не хотят шевелиться. Странное ощущение не отпускает девушку с самого взрыва в квартире, и по ночам она чувствует свое тело гораздо лучше. «Тони Старк мог узнать обо всем от своего стажера». — Ох, Питер... — выдыхает Тея, натягивая на нос одеяло. Она с трудом дотягивается до смартфона на прикроватной тумбочке, открывает окно сообщений. «Привет, Питер!», — набирает девушка и останавливается. «Нам надо поговорить» — отмена. «Как у тебя дела?» — что за бред?! — отмена. «Спасибо, что спас меня. Снова» — нет-нет-нет! Отмена! Тея злится на себя так сильно, что готова сломать телефон. Вдох-выдох. «Питер, скажи мне правду. Ты — человек-паук?» Этот вопрос она задавала ему вчера. И позавчера. И три дня назад. Каждый раз, набирая заветное сообщение, она оставляла его в черновиках смартфона и адресату не посылала. С чего ему откровенничать с Теей, если все, что мог, он уже сделал? Вдруг она ошибается? Вдруг Питер совсем обычный подросток? Вдруг... Тея стонет сквозь зубы и стискивает смартфон, жмурится, чтобы не видеть назойливые буквы на голубом экране. Она слышит какой-то писк и, открывая глаза, видит, как отключается телефон. Батарейка села? Девушка бросает бесполезную игрушку в ноги, откидывается обратно на подушки. Пальцы еле двигаются, руки снова тяжелые, будто весят тонну. Да что с ее телом такое?.. Уснуть ей так и не удается, так что в первом часу ночи она встает с постели и, превозмогая отчего-то сильную гравитацию, волочит ноги в сторону палаты Кирка. Мальчик плохо спит по ночам после взрыва и иногда просит Тею посидеть рядом. Сегодня он не приходил, но девушка все равно решает его проверить — на всякий случай, чтобы удостовериться, что он в порядке. Комната брата освещается маленьким ночником в виде молота Тора, сам он, раскидав руки и ноги по одеялу в позе звезды, беззаботно сопит. Тея прислоняется к спинке его кушетки, убирает с его лба прядь вьющихся волос. Врачи обещают выписать его уже завтра, а вот Тею держат в больнице, ссылаясь на ее плечо. Говорят, есть небольшая опасность: колотая рана в плече могла занести инфекцию в ее кровь, девушку проверяют снова и снова, берут анализы каждый день и хмурятся, когда приходят результаты. Тея не понимает, в чем дело. Тея чувствует себя хорошо, лучше, чем раньше. Она говорит о тяжести в руках и ногах, но, похоже, это не причина для беспокойства. Другого повода волноваться девушка не видит. Единственный плюс, который она находит в своем недельном заточении в суперкрутой больнице Старк Индастриз, так это то, что ей разрешают задавать медсестре кучу вопросов о швах, о своем плече, о том, как проводятся настоящие операции. Тея узнает о новых методах в нейрохирургии и просит медбрата Мемфиса, который за ней присматривает, дать ей почитать какие-нибудь лекции на эту тему. Мемфис приносит ей целый учебник. В день, когда Кирка выписывают из госпиталя, к Тее приходит Мишель и... Нед. Она встречает их в коридоре перед стойкой информации и так радостно им улыбается, что Лидс смущенно спотыкается об свои же шнурки. Тея знакомит его и Джонс с мамой. — Нед, Мишель! Приятно познакомиться! — говорит женщина. — Нам про вас рассказывали. И про вашего друга, Питера. Он не с вами? Нед замирает, и Тея видит, как он растерян и с трудом подбирает слова для ответа. Мишель качает головой. — Мам, я поговорю с ребятами и приду, хорошо? — скороговоркой выпаливает девушка, беря одноклассников под руки. Они удаляются в конец коридора, к окну с панорамным видом на город. Нед во все глаза рассматривает проходящих мимо сотрудников госпиталя, заглядывает в открытые двери палат и, подходя к окну, даже открывает рот. — Вот это вид! — ахает он. — Не зря больницу Старка считают лучшей! Мишель меланхолично смотрит вниз, на кишащую людьми улицу. — Спасибо, что приехали, — произносит Тея, теребя край больничной рубашки со звездочками. — Мне очень приятно, правда. — Мы не к тебе, — отрезает Мишель. Тея хмурится, затем понимающе улыбается. — Больницу посмотреть пришли, да? Согласна, тут ничего так. — Ничего так? — перебивает Лидс. — Ты, должно быть, шутишь! Ребята рассказывают Тее о школьных буднях, избегая любого упоминания Питера — вернее, Нед старается не говорить о нем, а вот Мишель скептически выгибает бровь всякий раз, когда одноклассник запинается. — Паркер угодил на отработки, — говорит Джонс во время неловкой паузы. Нед округляет глаза. — Прогулял школу в ту пятницу, теперь драит полы в спортзале. — Что? Тея переводит недоуменный взгляд к Лидсу, но тот мотает головой. Вот как? Нед наверняка знает больше, чем может сказать сейчас, и если он боится говорить это при всезнающей Мишель, то... — Это из-за стажировки у Старка? — аккуратно спрашивает Тея. Лидс делает вид, что его здесь нет. — Нед? — Паркер, вообще-то, бросил стажировку у Старка, — роняет Мишель, как ни в чем не бывало. — Что?!***
Из-за несчастного случая Тея пропустила важный тест по химии, и теперь ей придется остаться после уроков — родители позвонили в школу и договорились с мистером Тейтом, что он подтянет ее лично, а потом и даст написать итоговый. Еще ей нужно налечь на запущенный испанский, догнать одноклассников по биологии и прослушать миллион лекций из университета. Но все эти проблемы меркнут и бледнеют перед той, которую Тея выдвинула для себя на первый план. Ей очень нужно поговорить с Питером. Она опаздывает, и в школу влетает вместе со звонком, когда основная масса учеников уже разбрелась по аудиториям. Тея мчится к своему шкафчику, заталкивает туда все учебники вместе с рюкзаком и оборачивается, когда слышит скрип от резиновых подошв чьих-то кроссовок. Дверь в кабинет физики хлопает вслед знакомой худой спине. И весь день Тея не может поймать Питера. Он ускользает от нее, сливаясь с потоком учеников, уходит со своего привычного места в столовой, пропадает за дверьми мужских туалетов. Тея злится на него, хотя с утра хотела просто поговорить и даже поблагодарить. Теперь они играют в прятки, и девушке очень не нравится водить и проигрывать. — Нед, — шепчет она себе за спину на биологии. Лидс лениво приподнимает голову с опущенных на парту рук. — Увидишь Питера, скажи, что мне очень нужно с ним поговорить. Конечно же, это не вызывает никакого эффекта. Если Лидс и передает слова девушки виновнику ее стресса, то Паркер явиться пред ее очи не спешит никак. В конечном итоге случай играет Тее на руку: она приходит к мистеру Тейту, чтобы подучить химию, и видит в кабинете кроме учителя еще и Питера. — А, мисс Амидала! — зовет мистер Тейт, не замечая, в каком ступоре застыли оба его ученика. — Проходите, не стесняйтесь. Вами сегодня займется мистер Паркер. Он у нас отбывает наказание за прогул, так что с огромной радостью погонят вас по темам. Да, мистер Паркер? Питер смотрит на Тею так, словно готов оказаться хоть в плену у Дарта Вейдера, лишь бы не здесь. Глаза распахнуты, лицо бледное. Тея поджимает губы, стискивает лямки рюкзака вмиг потяжелевшими руками. Подходит к парте Питера и, замирает, на него не глядя. — Садись, Тея, — приглашает мистер Тейт. — У вас полно времени, поговорите как следует. Я буду в учительской, но, если что, зовите меня. И уходит, оставляя смущенных донельзя подростков наедине друг с другом. Все слова, что Тея готовила для Паркера, непостижимым образом растворяются прямо на языке — она не может ничего сказать и стоит перед ним, опустив голову и кусая губы, будто провинилась. Питер хранит молчание, наверняка думая о прямо противоположном. — Слушай, я... — Мне очень... Тея, все еще рассматривая свои руки, садится за парту напротив одноклассника. Облизывает губы. Поднимает глаза до уровня воротника паркеровской рубашки — синей, в клеточку, с выглядывающей из-под нее красной футболкой. Можно было бы подумать, что это костюм, но вряд ли Питер таскает его на себе в школе. Это было бы крайне глупо. — Мне очень жаль, — наконец, произносит парень. — То, что случилось, это моя... — Нет, — Тея мотает головой, поднимает глаза к лицу Питера. — Нет, — повторяет она, — это не из-за тебя. И не говори так больше. Паркер молчит, так что девушке приходится надавить. — Питер, ты спас меня и моего брата, это не по твоей вине какой-то ублюдок взорвал нам дверь. Слышишь? Вообще-то, она всю неделю готовилась к другому разговору. К тому, что будет спрашивать его, напирать, вытягивать из него правду по словечку. Что будет требовать от него ответов, чтобы получив их — «Да, да, я человек-паук» — ругать одноклассника за безответственность и пренебрежение собственной жизнью. Что будет беспокоиться еще больше и, может, плакать из-за того, какой же он идиот, что лезет в самое пекло, когда его совсем об этом не просят. Что будет испытывать к нему благодарность вперемешку с гневом. А вместо всего этого — что она себе напридумывала и распланировала заранее, — Тея вдруг находит себя в ситуации, какую и представить не могла. — Наплевать, что ты там спер у этих уродов и насколько это было опасно, — запальчиво говорит девушка. — Я в любом случае оказалась бы на той крыше, они нашли бы меня, отыскали мой дом и взорвали мне дверь. У меня была целая неделя, чтобы это понять. Питер смотрит на нее с недоумением и огромным, проступающим сквозь каждую пору на его лице, чувством вины. Словно мариновался в нем все то время, что Тея его обеляла. — Питер... — осторожно тянет Тея. Теперь они поменялись местами. Теперь девушка представляет его ломающимся на части. Парень горбится, впивается взглядом в свои сцепленные руки. — Мистер Старк сказал, что разберется со всем, у вас не будет проблем, — тихо роняет он. — Это ты рассказал ему? Старк оплатил лечение мне и Кирку, перевез нас в более безопасное место. Он даже папе работу вернул. Питер, это же... — Тея кусает губы, не зная, как выразить свою благодарность. Черт возьми, не к такому разговору она готовилась. — Это все благодаря тебе, Питер. Паркер неуверенно пожимает плечами и, наконец соизволив посмотреть на девушку, удивленно вскидывает брови. Тея несмело ему улыбается. — Спасибо. Правда. Спасибо. Они смотрят друг на друга и не могут продолжить разговор, будто общее смущение запечатало им рты. Тея замечает, как краснеют уши одноклассника. — Я думал, если буду стараться, мистер Старк поручит мне что-то... — он машет рукой в сторону и тут же ее опускает. — Но в итоге чуть не подставил твою семью. — Спас, — поправляет его Тея. Питер усмехается. — Разве ты не должна первой меня отчитывать? — Разве ты не должен гордиться собой? — парирует девушка. Лицо Питера бледнеет, он замирает с полуоткрытым ртом. Качает головой, вздыхает. — Я лишился стажировки у Старка. Он забрал костюм. В этот момент, несмотря на заверения Теи перед самой собой — она должна бы понимать мотивы Тони Старка, раз первая всегда пропагандировала политику «повзрослей — потом геройствуй», — ей очень жаль это слышать. — Мне жаль, — говорит она и неожиданно накрывает сцепленные пальцы Питера своей рукой. Питер дергается, словно кожа у девушки горит. — Мне, правда, жаль. — А... — наигранно отмахивается парень. — Зато теперь у меня будет время на нормальные подростковые проблемы, да? Все, как ты и говорила. Тея кусает губы и не может подобрать слов. Не такого она хотела, не таким образом. Все, о чем она говорила, относилось к... Кого она обманывает? Первой реакцией ее на новость о Питере-пауке была только одна — страх. Если ее одноклассник каждый день летает по городу на тонкой паутине и встревает в дела, к которым не имеет никакого отношения, если его пытаются угробить каждую ночь какие-то взрослые опасные преступники, то неужели «увольнение от Тони Старка» — это плохая новость? Вообще-то, именно такого исхода и стоило ждать. Только теперь ситуация изменилась. Питер помог ее семье так, как не смог бы никакой супергерой, ценой своей «стажировки». И как теперь Тее благодарить Паркера? — Может, можно как-то поговорить со Старком? — неуверенно тянет девушка. — Объяснить ему все, я бы даже сама подошла, если это... — Нет! — вскидывается Питер. — Нет, ты что, н-не надо. Я... Я должен быть как все подростки. Да. Мне нравится быть подростком. Тею грызет совесть, вина, какое-то чувство, которому нет названия, что-то новое или то, что она заметила только что — и все вместе это растет и множится в ее груди, мешая свободно дышать. — Как скажешь, — неловко улыбается она. — В конце концов, школу и экзамены никто тебе не отменит. Да и бал на носу, верно? Может, ты уже пригласишь Лиз, раз не занят никакими супергеройскими делами, а? — А? Девушка с трудом останавливает себя от желания смущенно потереть нос. Питер краснеет и отворачивается. Назавтра она пожалеет о том, что сказала, определенно.
