Твоё тело стало моим делом

Забежав в свою квартиру, Чимин направился в спальню. Подойдя к одной из стен, он резко и сильно откинул висящую картину. Металлическая дверца сейфа блестела от садящегося за горизонт солнца. Введя пин-код, Пак глубоко вздохнул, открыл дверцу, он сердитым взглядом смотрел на два пистолета. Следователь хмуро смотрел на огнестрельное оружие, вспоминая старый разговор. — Зачем тебе два ствола? — не понимая спросил его старший брат, рассматривая черный и белый пистолеты. — Понимаешь, один — это рабочий, здесь каждая пуля на счету и за каждый выстрел надо отчитываться перед руководством в письменном виде, — объяснил Чимин, убирая черный пистолет в кобуру, показывая белый, он хитро улыбнулся. — А это мой личный, он совершенно чистый и оформленный, и за него мне не надо будет ни перед кем отчитываться, помогает, если преступник отказывается от взаимодействия с полицией. Глубоко вздохнув и шумно выдохнув через нос, Пак взял белый пистолет и, убрав его за пояс брюк, направился на выход из своей квартиры. Мутная тень встала на его пути, выставляя руки вперёд, мешая пройти. — Хён, — взволнованно сказал Чонгук, стараясь вразумить Чимина. — Остановись, не нужно. Но Чимин не слушал. Сжав челюсть и забрав связку ключей от автомобиля, Пак прошёл сквозь него. Выйдя из квартиры, следователь со злобой хлопнул входной дверью и спустился на парковку. Сев в свою машину, юноша завёл двигатель и, с силой сжав руль, выехал на дорогу. В крови кипит адреналин, а ненависть к родному человеку застилает глаза. Ловко перестраиваясь из ряда в ряд, следователь глубоко дышал, стараясь ни в кого не врезаться. Его телефон не переставая звонил с разных незнакомых номеров. Психанув, Чимин ответил на один из вызовов. — Чимин, мать твою, вытащи свою голову из задницы, это не шляпа! — яростно крикнул незнакомый голос, который Пак где-то слышал. — Это кто? — не понимая спросил следователь. — Ким Намджун, — сердито ответил тот. — Я понимаю, эмоции и всё такое, но нельзя сейчас идти на их поводу! — Ты не понимаешь! — Естественно, я не понимаю, потому что ты ничего не рассказываешь! — яростно крикнул Намджун. — Переставай вести себя как придурок и возвращайся обратно в больницу. — Присмотрите за Чонгуком, — нежно прошептал следователь и сбросил вызов, вдавив педаль газа в пол, Чимин продолжил свой путь. Остановившись около огромного здания, следователь вышел из машины. На верхних этажах здания ярко горела неоновая вывеска с названием известной компании. «Park Energy» Глубоко вздохнув, он направился внутрь. Смотря, как автоматические двери разъезжаются, а на входе в строгих костюмах стоят амбалы из охраны. Игнорируя вопросительные взгляды администраторов и кивки тех самых охранников, он прошёл к лифту. Вызвав лифт, следователь стал ждать, когда, наконец, тот соизволит приехать. Сложив руки в карманы, он смотрел на табло, где красные цифры плавно сменялись одна на другую. Размяв шею до хруста, Чимин старался сохранить последние крупицы своего самоконтроля, но как только раздался слабый писк, сообщающий о прибытии лифта на нужный этаж, самоконтроль весело помахал платочком на прощание. Вылетев из лифта, словно ураган, Пак направился в нужный кабинет. Выставив ладонь вперёд перед помощницей президента компании, он без стука зашёл, прерывая небольшое собрание. — Чимин, — удивлённо сказал мужчина, вставая с большого кресла, удивлённо смотря на яростного парня. — Надо поговорить, — серьёзным и немного хриплым голосом сказал Чимин, стараясь сдержать себя в руках и не выстрелить прямо сейчас. — Это срочно? — Да. — Хорошо, подожди меня в конференц-зале, — ответил мужчина, застёгивая пиджак на несколько пуговиц. Выйдя из кабинета, Чимин громко хлопнул дверью и направился в указанное место. Открыв дверь, Пак встал около окна, смотря на мельтешащие внизу машины и спешащих куда-то людей. Его спина была прямая, словно струна. Адреналин в крови бурлил и не давал нормально соображать, ярость и злость заслоняла все чувства. Услышав, как дверь открывается и закрывается, Пак резко развернулся и выставил пистолет перед собой, угрожающе смотря на опешившего мужчину. — Какая же ты мразь, хён, — прошипел Чимин, тяжело дыша.