Виртус

Дверь, в рабочий кабинет господина Чона, с ударом о стену отворилась. Чонгук давно знал пароль. Тэхена на руках волокут до огромного дорогого стола из красного дерева (стол будет жалко). И тем временем Чон получает огромными порциями поцелуи Тэ. Как и мечтал Ким - овладеть каждым миллиметром, каждой клеточкой этого парня, это все его и ничье больше! Целовал куда попало, как угодно, где угодно. Тэхена опрокидывают на стол, тот поудобней сев, протянув руки Чону. Чонгук принимает приглашение. На этот раз парень начинает со сосков Тэ, те так затвердели, нельзя пропускать. Новые багровые пятна на груди Ви и острые зубки Чонгука. Неужели из него и вправду высасывают душу?… Хм, да это и в радость... Очаровательная, белая улыбка Тэхена - лучшая похвала. Весь мокрый, волосы прилипли к лицу, глаза прикрыты и длинные черные ресницы. Это завораживает Чонгука. В Тэ есть одновременно невинность, ребячество и похоть, разврат, в который хочется окунуться с головой. — Ты чего? — Ви открыл глаза. — На тебя засмотрелся, — Чон выходит из транса. — Ты безумно красивый, когда возбужден. — Так усиль это, — шепчет Ким в ухо. — Сделай мне хорошо! Чонгук прикусывает губу. Он не против очередной игры, кто кого доведет. Нужно обыграть сегодня этого выскочку. Чонгук на ощупь находит стул и подкатывает. Сев на него и раздвинув ноги Тэхена, Гук губами хватает член Ви. Тихий шепот парня, ему нужны грубые ласки! Но кто недавно испытывал терпение Чонгука? На зло Чон только мягко целует головку, руки ходят по всей длине, но это не так сильно удовлетворяет. Тэхен фыркает. В конце концов отыгрываются на нем. А Чонгук и не продолжит, пока Ви не начнет жалобно молить. Тот вяло проходит языком по члену, потом берет на половину, и так же не спеша берет его еще раз и еще раз. — Гукки~и, глубже! Не пытай, — Тэ уже не может. Желание пробралось до головы и стучит. Ким скулит, молит, как в последний раз. Не будь садистом, Чон Чонгук! Повторный вопль о пощаде и Чонгук сжалился. Захватывает полностью. Торжественный стон Тэ. Руки Чона хватаются за ягодицы, темп наращивается. Чонгук сам двигает бедрами Кима. Тому и делать ничего не надо, наслаждайся! Минет Гука ничем не хуже секса. Активно работает ртом, язык гуляет по стволу и как надо, как жаждет Тэ. Чудом Чон угадывает мысли Кима. Тэхен балдеет от мысли, что тупо трахает ротик Чонгука. В голове стало мутней. А темп все наращивается. Сладкие мычания Тэ, ему безумно нравится. Тэхен ложится на какую-то стопку бумаг, руки не держат, он запрокидывает их назад. Чонгук набирает обороты. Чон чувствует как пульсирует член парня и его одновременно. Рука тянется к органу, парень удовлетворяет и себя. А Тэхен извивается, он на седьмом-десятом небе от счастья и поднимается все выше. Запрокидывает ноги на шею Гука, притягивая ближе. Давай, поработай для Хена!! — Хороший мальчик, — пошло произносит Ким. В ответ получает шлепок по попе. И сейчас Тэ кончает вместе с Чоном. Оба на пару секунд замирают. В этот пик тело просто отключается. Есть только чувства, жар и трепет. В животе сгорели тысячи бабочек. Чонгук зверски впивается в губы, он ждет одобрения проделанной работе. И получает. — Затрахай меня сегодня! — говорит Ким как последняя шлюха, но это так ново для Чона. — Обязательно! — отвечает в губы Чонгук. Тэхена поднимают со стола, ставят на ноги и разворачивают. И действительно, охрененный зад! Разносится сильный шлепок по ней, Тэ аж подпрыгнул. Рывком и Кима нагибают, живот на холодном и, повторюсь, дорогом столе. Входить легче и приятней. Тэхен хватается за дальний край стола. Чонгук сразу берет быстрые рывки, ему надоело разгоняться. Тэхен с первых толчков вскрикивает. Парень не будет нежен и от этого новые мурашки по телу. Стол немного сдвинулся с места. Это был жуткий тяжелый скрип. Потом еще один с толчком. Чонгук, не переборщи! Тэхен елозит, просит найти нужный угол. Но Чонгук и без него справится. Тэ хватают за волосы и присмиряют. Ким прошипел. Быть под покровительством, на привязи — волшебно! Ким с охотой подчиняется господину. Чонгук приподнимает одну ногу Тэ, на стол, меняя позицию. Он ощущает того лучше, чем сам парень. Чон нашел эрогенную зону и прибавил оборотов. Вкусные, хриплые крики Кима, даже голос изменился. Тому сейчас пиздец как хорошо! Ногти царапают стол, окончательный трындец не только покрытию, но и Тэ. Но Ким не соображает, как и Чон. У них другая задача: вдоволь насладиться, сожрать друг друга, пока это возможно. Остальное на потом... Оба уже на подходе. Скрежет смешался со стонами, Чонгук последние силы отдает — внутри неимоверно жет. Темп неровный, сбивчивый, но скоро пик. Чон не контролирует себя, он все держит до разрядки, еще чуть-чуть. — Да!! — выдыхает Чонгук. Теперь слышно только частое дыхание парней. Лёгкие усиленно набирают драгоценный воздух, но он обжигает, слишком горячий. — Хочу такое каждый день, — улыбается Ким. — Будет, — шепчет Чон. — Теперь все будет! Снимок. Второй снимок. И третий. Все! Аргументы собраны. Камера, что висела над головами парней, погасает, отключается. Что было нужно, та сняла. Документы по пути к господину Чону. На этом все хорошее закончится...

***

Небо меняется на мятно-голубой, на его фоне потихоньку блекнет луна. Ночью снег валил большими хлопьями и сейчас накрыл белой шапкой промерзшую землю. Утро, вся в светлых приятных красках, дожидается солнце. В доме, на кроватки, мирно спят мальчики, на данный момент самые счастливые и довольные. Что-то хорошее снится Ким Тэхену, сквозь сон он улыбается. Почему ради пары дней счастья нужно расплачиваться сотнями бесполезных и мучительных дней? Не легче ли выбросить их, как ненужный, перегнивший мусор? Для чего это делается, Тэ не знал. Да и не все ли равно сейчас!... Дорогой человек рядом, он любит и любим, наконец у них все наладилось и так будет дальше... Вдруг Ким начинает задыхаться. Что-то мешает набрать воздух. Сон отступает медленно и Тэхен не понимает, в реальности его душат или нет. Он открывает глаза. Еще нет рассвета и увидеть человека четко Ким не может. Но это кто-то большой и свирепый. Ви не дают закричать, накрыв рот рукой. — Одетый, к машине, через две минуты, — незнакомец быстро проговаривает это и скрывается. Куда? Куда ехать? Ким не понимает...