Only together and nothing else

Было безумно приятно, что все это было приготовлено только для него одного. И Тэ, тоже, только для него одного, что еще больше радовало. Всего пару дней в разлуке, но они уже успели невероятно сильно соскучится друг по другу. Парни сели за стол, все выглядело даже лучше, чем в романтичных дорамах. Но Чону было как-то не до этого, он слишком проголодался во время нелегкого дня, поэтому сразу стал жадно поглощать пищу, что стояла на столе. Ким лишь умилился со всей этой картиной, безусловно, Тэтэ хотел, чтобы все прошло по его сценарию, но с Чонгуком такого просто не бывает, этот человек слишком непредсказуемый. Казалось бы, все клеймят Кима, как 4д мальчика, но на самом деле Чон тоже недалеко ушел. И все таки эти двое друг друга стоят. Иссушив первую бутылку виски, на этом напитке настоял макнэ, они успели обсудить миллион вещей. Тэ радостно рассказывал о том, как провел время с родителями, как чуть не потерял чемодан, как выгуливал проказника Ёнтана, а Чон, в свою очередь, о том, как не выходил из студии, как Югем чуть не умер, потому что макнэ слишком смешно пошутил, пока друг пил чай, из-за чего у того он носом пошел и не в то горло, и, конечно, о том как сильно скучал. Их по-семейному теплый разговор прервал телефонный звонок. И Чон готов поклясться, что проклял бы человека, разрушившего идиллию, кем бы он ни оказался. Тэхен отошел в другую комнату, чем заставил насторожиться и так раздраженного макнэ, но тот решил не психовать, мало ли кто ему может позвонить. В одиннадцать вечера, действительно. Все таки, Чон доверяет хену, поэтому истерики на пустом месте они давно уже пережили, оставив детский максимализм в далеком 2015 году. Спустя несколько минут Ким вернулся обратно, застав картину, способную заворожить любого : младший стоял у огромного панорамного окна, смотря куда-то вдаль, сквозь этот шумный город, который никогда не затихает, держа в руках стакан с высокоградусной жидкостью. Такой вид не мог не завораживать, макнэ неистово пленил, своим серьезным видом и Тэхену совершенно не хотелось отрывать взгляд. - Тут так красиво, хен, - подал голос Чон, вырвав старшего из недр собственного разума. Ким лишь едва заметно кивнул, не отрывая глаз от макнэ. Он подошел ближе, желая прикоснуться к своему мальчику. Обвив руками талию, Тэхен нежно примкнул губами к уху и, обжигая горячим дыханием, промолвил, - Ты еще кое-чего не видел, идем. Старший, взял Чона за руку и повел его за собой. Первым в комнату зашел макнэ. - Ва~у, - удивился он, увидев темную комнату, освещенную несколькими ароматическими свечами и лепестками роз на полу. Так банально, но от этого не менее красиво. - Ты мог оказаться тут еще на пару дней раньше, - усмехнулся Ким. - Ащ, прости, вот я дурак, все испортил. Если бы… - не успел договорить он, как его заткнули мягким, но требовательным поцелуем. - Все нормально, - в поцелуй проговорил Тэ, укусив того за губу. Надо же как-то наказать непослушного макнэ, но тому, кажется, это только понравилось. Обоих начала накрывать волна возбуждения, снося всё на своем пути. Их сознания улетели куда-то далеко за пределы разума. И ничего им в этот момент не нужно, кроме друг друга, в этот момент есть только они, здесь и сейчас. Руки младшего по-свойски бродили под рубашкой Тэ, нежно поглаживая мягкий и такой любимый животик, в то время, как Ким, не желая медлить, стягивал кофту Чона. Избавившись от одежды, Гук начал двигаться на Тэ, заставляя буквально повиснуть на шее, пока тот аккуратно укладывает его на кровать. Черные шелковые простыни скомкались под тяжестью тел, образуя замысловатые узоры, которые только сильнее дополняли картину, дурманив голову. Кима не так заботили собственные ощущения, в отличие от ощущений Чонгука, который рвался занять ведущую позицию. Но если Тэ что-то решил, то значит так и будет. Незаметно для младшего, Тэ одним резким движение подмял его под себя, беря инициативу в свои руки. И продолжил выцеловывать выделяющиеся ключицы, как ни в чем не бывало. Чон на это лишь ухмыльнулся, позволяя хену руководить процессом. Тэхен хотел, чтобы сегодня Чонгук просто расслабился и получил удовольствие. Пока он, в свою очередь, делает все зависящее от себя. Проведя мокрую дорожку поцелуев от шеи и прямо до кромки боксеров, Тэ поднял жадный взгляд на макнэ, что обычно не означает ничего пристойного. Не медлив больше ни секунды, Ким впивается в губы напротив, жадно целуя, пока руки бесстыдно избавляются от единственной помехи - боксеров. Чонгуку кажется, будто он попал в паучьи сети, которые так крепко связывают, без надежды на спасение, с единственной возможностью - тонуть в омуте чувств и эмоций, в которых порой захлебнуться можно. Но Чон вообще-то не против, но лишь при одном условии - если тот, благодаря которому он захлебнется, будет Ким Тэхен. Что бы кто ни говорил, но Чон готов отдавать ему всего себя без остатка, до изнеможения и плевать на все остальное. Чувствуя невероятное возбуждение, макнэ буквально скулит, желая чтобы старший не заставлял его больше ждать. Ким понимает беззвучную просьбу и садится сверху, постепенно насаживаясь на возбужденный орган. Чон чувстует приятную узость и огненный жар, распространяющийся по всему телу, отчего не может сдержать гортанный стон, музыкой вливающийся в уши старшего. Постепенно наращивая темп, Ким громко стонет, позволяя младшему насладится своим сладким голосом, немного охрипшим, от чего еще более возбуждающим. Ритм становится все быстрее, Чон поддается вверх, входя глубже и задевая комок нервов, принося хену еще большее удовольствие. Полностью растворяясь друг в друге, они тонут в собственном омуте, где нет место кому либо еще. Сам факт такой интимности, не только физической, но и моральной, будоражит разум. Чувствуя предел, макнэ помогает вокалисту, двигая рукой по члену в такт своим движениям. Не проходит и минуты, как Ким изливается, содрагаясь всем телом, прикрывает глаза, шепча имя Чона. Тот, в свою очередь, не отставая от хёна, изливается внутрь, не успев опомниться. Макнэ знает, что Киму не нравится такое, поэтому смотрит на того с немым сожалением, надеясь на снисходительность. Старший чувствуя приятную теплоту внутри, не злится, лишь целует кротко в щеку и без сил ложится рядом, понимая, что сейчас совсем не хочется ругаться, к тому же, Чон не хотел, а один раз можно и потерпеть. Гук бережно обнимает уставшее тело, пряча под своим крылом от внешнего мира, укрывает одеялом обоих и засыпает быстро, так, как кажется еще никогда не засыпал. Ему слишком хорошо рядом с хеном, слишком спокойно. Какие бы ситуации не происходили, приходя к Тэ, Чон всегда отвлекался от мира, чувствуя только умиротворение. Даже если тот просто сидит рядом. Ким обладает невероятной аурой тепла, которая распространяется на все в радиусе нескольких метров, заставляя Чона млеть при одном только взгляде на Ви. Когда они вместе не существует никакого окружающего мира, есть только Чонгук и Тэхен, только вместе и никак иначе.