Героическая психология

Тони, обхватив пальцами подбородок, с легкой досадой закрыл ноутбук. Уже второй вечер он ломал голову над тем, что же на самом деле происходит на видео. Блондинистый «стажер», выкрикнув какое-то слово, просто махнул деревяшкой в сторону зеленого зверя и тот замер. Да такого эффекта ни один транквилизатор не смог бы дать, а тут… деревяшка. Интересно было бы узнать мнение северного оленя на этот счет: все-таки, в подобных вещах тот должен разбираться. Идти к самим его виновникам бессонных ночей Старк не хотел. Во-первых, об установленном видеонаблюдении знать никому не следовало, а во-вторых — это было бы слишком просто. Судя по рассказам Тора, его братец тоже страдал хроническим любопытством. Да и в последнее время вел себя на удивление миролюбиво. Разумеется, было понятно, что тот просто пытается войти к ним в доверие и желает снизить процент подозрительности в свой адрес — сам Тони бы так и поступил, а то, что асгардский божок ему в хитрости не уступает, — это очевидно. Но все же был шанс, что тот согласится поделиться своими выводами. Хотя бы от скуки. Вряд ли у них с Тором часто проходят высокоинтеллектуальные диалоги. Не в обиду громовержцу сказано, конечно, но всю свою жизнь быть окруженным таким типом людей, среди которых есть лишь пара-тройка исключений — это то еще удовольствие. — Ну, если что, скажу, что он врет и хочет посеять среди нас хаос и недоверие. А что, Роджерс бы оценил… — пытался убедить себя в правильности решения Тони, замерев перед дверью в комнату асгардских гостей. Он и сам не заметил, как дошел до нее. Старк мельком глянул на часы. Хмыкнул, осознав, что немного засиделся. Решив не стучать, он как можно тише приоткрыл дверь. И тут же понял, что любые попытки не шуметь в общем-то лишены смысла. Одинсон храпел так, что мужчина даже на миг посочувствовал его невольному соседу. Подойдя к кровати трикстера, Старк немного растерялся. На него в упор смотрели два зеленых глаза, которые, как ему показалось, даже немного светились. Тони рефлекторно сглотнул. Да уж, от такого взгляда кому угодно не по себе станет. В полутьме было видно не слишком хорошо, но выгнувшуюся в немом вопросе бровь не заметить было сложно. Судя по тому, что у него не то что не поинтересовались целью визита, но, кажется, даже и не подумали об этом, Тони сделал вывод, что миролюбивое состояние Лофта в последнее время — это следствие банального недосыпа. И мысленно поблагодарил Одинсона с его храпом. — Пойдем. Я покажу тебе видео с зелеными человечками, — на полном серьезе заявил Старк. Ну, а что? Он ведь сказал правду. Правда, зеленый человечек там только один, да еще и вполне знакомый Лафейсону, но так даже интереснее. А то, что его могут неправильно понять — это уже не его проблемы. — Видео. С человечками. В три часа ночи. Кажется, Локи к чему-то с подозрением принюхивается. Интересно, почему? — С зелеными человечками, -машинально поправил Лафейсона Тони. — Обещаю, тебе понравится. — Ты окончательно спятил, Старк. — Так ты идешь, или остаешься? Тони многозначительно покосился на сопящего рядом Тора. Локи колебался не больше секунды. Уже спустя пару минут Тони с ехидной ухмылкой имел удовольствие наблюдать за странно побледневшим богом…

***

— Я ведь просил зайти Локи Лафейсона? — Немного удивленно воззрился Гарри на развалившегося в кресле Одинсона. — Они с сыном… со Старком заняты какими-то научными экспериментами, — пожал плечами Тор. По крайней мере, именно так ему объяснили причину, по которой они с поразительным единодушием вытолкали его из кабинета. Причин не верить Тони у громовержца не было, однако какое-то нехорошее предчувствие у него все же появилось… — Мидгарские технологии не перестают меня удивлять, — покачал головой Локи, наблюдая за изображением импровизированной приемной. Если изначально он отреагировал на слегка неадекватное предложение Старка довольно скептично, то сейчас он мысленно признал, что тот стал раздражать его чуть меньше. Возможно, когда придет время, его даже можно оставить в живых… — …но магия все равно надежнее, — договорил Лафейсон, довольно хмыкнув про себя, когда лицо Старка ожидаемо вытянулось. — Разумеется, надежнее, — согласно кивнул в ответ Тони. — Именно поэтому ты сейчас остался без нее и засыпаешь под храп златовласки. — Златовласки? — Невольно ухмыльнулся Лофт, царственно проигнорировав все остальное. — А что, неплохо… — Хорошо… — вздохнул Гарри и поправил очки, настраиваясь на другого «посетителя». — Вообще-то, я хотел поговорить о моем брате, — наклонился ближе Тор. В Асгарде он никогда не обращался к лекарям душ. Сначала считая это бесполезным и никому не нужным занятием, а потом банально стало не до того. Но при этом многие асгардцы считали, что эти посещения действительно способны помочь разобраться во внутренних проблемах. Поэтому и решил воспользоваться подвернувшейся возможностью. Локи этажом выше прошипел что-то, не поддающееся расшифровке. Тони в ответ на это философски пожал плечами. В принципе, ничего нового. — И что именно вас беспокоит? — Мой брат, он… — замялся Тор, — он отказывается считать меня своим братом. — Такое иногда случается, когда семья чем-то разочаровывает человека, и он… — начал было Поттер. — Дело не в этом, — махнул рукой Одинсон. Тони обеспокоенно покосился на своего соседа, в сжавшемся кулаке которого только что вдребезги разлетелся стакан. По крайней мере, на тот момент он был уже пуст. Но оказаться на его месте не хотелось бы, поэтому Старк хотел было ненавязчиво закончить этот просмотр. Однако не тут-то было. Под подозрительным взглядом раздраженного бога обмана Тони невозмутимо отвернулся к экрану. Видимо, любопытство и желание узнать тайны брата пересилило у северного оленя все остальное… — Дело в том, что у нас разные отцы, — неохотно ответил Тор на вопрос психолога. Гарри понимающе кивнул. — Ваша мать, наверное, не слишком хорошо к нему относилась? — Нет, она очень любит его, — горячо отозвался Тор. — И отец его любит, и я, и… — Тогда я не совсем понимаю. Если у вас нет никаких проблем с отношениями, то почему ваш брат не хочет считать вас одной семьей? — Ну… отец не говорил ему, что он ему не родной. — Снова замялся Тор. Громовержец искренне хотел узнать, как ему понять брата, чтобы тот перестал вести себя так отчужденно и, наконец, стал прежним. Он скучал по их общему детству, когда они действительно были близки и не было всех этих проблем. — Хорошо, — честно пытался вникнуть в суть проблемы Гарри. — Но ведь если у вас одна мать, то он должен понимать, что… — Нет, вообще-то матери у нас тоже разные. Локи родился в Йотунхейме. Но мама искренне любит его, так что какая разница? Гарри подпер голову кулаком. Кажется, с этим клиентом работы предстояло особенно много. Впрочем, если вспомнить про миллиардера-супергероя с крайне занятной биографией и неудавшегося захватчика Земли с явными семейными проблемами поистине вселенского масштаба, то беседа с Одинсоном уже перестала так пугать. Хорошо, что Малфой прикинулся больным и остался в комнате. Только его комментариев здесь не хватало… — Значит, разница есть, — подвел итог Гарри. — Может быть, были какие-то моменты, когда отношение к вам и вашему… брату, было… разным? До того, как вы узнали о том, что вы не родственники. — Да нет, отец всегда был справедливым, — пожал плечами Тор. — Он даже сослал меня на Землю, когда я хотел уничтожить Йотунхейм, чтобы я осознал свои ошибки. — Напомните мне, как ваш отец наказал Локи за попытку захватить Землю? — …он хотел его казнить, — на миг задумался Тор. — Но то — мир чудовищ, ледяных великанов, а то — Мидгард, один из миров, находящихся под защитой Асгарда. — Йотунхейм — это родина Локи? — Уточнил Гарри, ловя себя на том, что начинает понимать мотивы Лафейсона. И хотя ему это не нравилось, но к трикстеру даже появилось некое подобие сочувствия. — Ну да, — пожал плечами Тор. — Но он ведь наполовину асгардец. Наверное… может, и не асгардец, а кто-нибудь еще. Разве это важно? — Ладно… — вздохнул Гарри, видя, что если не сказать прямо, до громовержца ничего так и не дойдет. — Вы не пробовали просто поговорить с ним? — Пробовал. Только я не понимаю, как это нужно делать. С ним всегда так сложно. — Видя непонимающий взгляд психолога, Тор решил продолжить. — Например, сначала он искренне поздравил меня с коронацией, а потом тут же сорвал ее. Я не знаю, чего от него ожидать, и когда хочу поговорить с ним, мне сложно поверить в его искренность. Хотя я и не могу ему не верить… Старк в кои-то веки не решался ничего сказать. Интуиция, которая всегда была на его стороне, и которой он всегда безоговорочно доверял, сейчас велела ему заткнуться и молча наблюдать за происходящим. Лицо Лафейсона сейчас напоминало каменную маску, за которой явно крылось очень многое. Вот только что именно он сейчас чувствовал, узнать было нереально. Удивительно, что он спокойно реагирует на такие откровения в присутствии как минимум двух посторонних. Хотя это его сейчас, похоже, волновало в последнюю очередь. А может, он просто планировал чуть позже убрать их как свидетелей. Кто знает, что на самом деле на уме у бога обмана… — Возможно, все ваши проблемы как раз от этого, — мягко произнес Гарри. — От того, что я редко говорю с ним? — Недоумевающе посмотрел на него Одинсон. — От того, что вы все ожидаете от него чего-то плохого. Вы лично инстинктивно опасаетесь доверять ему, хотя и делаете это. Он чувствует это, и в ответ делает именно то, чего вы от него и ждете. — Но… — Я ни в коем случае не хочу вас обидеть, — предостерегающе поднял руки Поттер и, дождавшись рассеянного кивка, продолжил, — но все же хотелось бы спросить: эта ваша коронация, почему Всеотец выбрал именно вас? Локи уже тогда что-то натворил? — Я, как старший сын… Договорить возмущенному Тору не удалось. Откуда-то вдруг раздалось непонятное шипение и грохот, а после стали слышны обрывки чьих-то криков. Одинсон и Поттер недоуменно переглянулись.