The Shadow

Соя Тодзи с трудом разлепил глаза. Сон был кошмарным, но он прекрасно знал, что это сон, поэтому проснулся. Тело было тяжелым, кажется, повиноваться ему не собиралось. Ну и чем это отличается от комы? Видеть не вижу, встать не могу. Тодзи слабо усмехнулся. Слух уже немного обострился. Что дальше? Суперспособности ему были, конечно, не нужны. Но он слабо представлял, как будет жить дальше в своей квартирке на втором этаже. Казалось бы… Лучше бы на двадцать пятом, там и лифт был бы и пандусы. В старом многоквартирном доме, где он жил, о нормальной лестнице можно было мечтать. Он жил там еще студентом, а потом оказалось близко до работы, вот он и не стал ничего менять. Теперь переехать будет очень трудно, почти невозможно. Глаза для человека, который не был слеп с рожденья - это все. Очень трудно перестроиться. Да и надо ли? Соя вздохнул. Еще и ноги. Врачи говорят, прогноз неплох. Надо много трудиться и за месяц он сможет кое-как ходить. Но надо очень постараться. Акценты доктора расставляют понятно. Не надо киснуть, надо каждый день работать до седьмого пота, но Тодзи не мог найти мотивацию. Будучи сенсеем, он прекрасно знал, как заставить учиться кого угодно, в том числе себя. Ему нужна была мотивация. Вставать на ноги? Зачем? Даже продолжать работать учителем в Энма будет невозможно. Директор вчера это намекнул, но даже прийти поленился, сказал по телефону. “Пока нет условий для вашего нового статуса.” Какого статуса? Так бы и сказал, инвалидам в жизни не место. Директор, который закрывал глаза на то, что творилось в школе, вряд ли будет много думать о своих учителях, придумывая “условия”. - Хоть Сена в Деймоне, - выдохнул Тодзи. За дверью палаты врачи собрали мини-консилиум, поругались немного, потом зашли. - Соя-сан, вам пора на процедуры, - почему-то гневно сказал врач. - Да ладно вам… Протокол это совершенно… - попыталась смягчить его медсестра. - Вам просто лень работать! - рявкнул на нее врач. Соя знал, что его медсестра заботливая, милая, но очень хрупкая женщина. Ей даже в каталку пересадить его будет непросто. Потом он, конечно, прокачает руки и сможет делать это сам, но сейчас не был уверен. Врач же явно был не в духе. - Может, вы заткнетесь. Или мне на вас собак спустить. У меня есть две. Очень злобные. Доктор и медсестра тут же замолчали. - Томоё-сан… - прошептал Соя, мгновенно узнавая. Пальцы рук и плечи задрожали. Он был безумно рад его слышать, но ради самого Кисэки следовало не показать этого. Но Тодзи не мог отказаться от помощи сейчас. Иначе все придется делать хрупкой Читосэ-сан. Тодзи мгновенно приподняли за подмышки и пересадили, будто бы он был не тяжелее куклы. - Вух, - вздох напряжения он все-таки услышал, поэтому неловко улыбнулся. - Ничего! - его плечи сжали и оптимизм директора Деймона хлынул на него потоком. - Я подкачаюсь. Ты будешь проходить реабилитацию, а я рядом качаться. Я видел зал. Это реально! А где надо, буду тебе помогать! - Но школа… - Не требует моего присутствия двадцать четыре часа на одном месте. Еще у меня есть прекрасный Тамура-сенсей. Он во всем сможет меня подменить или вызвать обратно. - Но ты же говорил, что он… - Невзлюбил Сену? - Кисэки хохотнул. - Его никто кроме клуба амерфута сейчас не любит. Ну и что? Чужая ненависть не должна мешать желанию жить. Сена не настолько растение, чтобы не справиться с проблемами, которые теперь ему по плечу. - Хирума-кун, да? Томоё кивнул и повез его в тренировочный зал. - На Йоичи можно положиться. Своих игроков он держит в ежовых руковицах, но чужим в обиду не даст. Соя слабо улыбнулся. - Не веришь, да? - Почему… В учеников… Я верю. Томоё замолк. Не стал спрашивать будет ли Соя обращаться в полицию, знает ли, кто виноват в его состоянии. Сейчас не время и не место. Он должен встать на ноги! Кисэки молча поклялся, что сделает это. В конце концов, разве он не достоин своего имени?* Томоё знал, что следователь собирается прийти через две недели. До этого времени хорошо бы решить, как они будут поступать. Директор Энма настроен все замять. Томоё мог бы его понять, но не собирался. В своей школе он бы подобного ни за что не допустил. Кисэки вспыхнул, вспоминая событие примерно четырехмесячной давности, но время жгучего стыда уже давно миновало. Сейчас он крепко сжимал ручки инвалидной коляски, зная, с чем еще предстоит ему бороться. И это не только недуг Сои, это сам сенсей. Нежелающий никого напрягать, особенно его. - Томоё-сан, спасибо вам большое, - тепло сказал Соя. Его нежность затопила Кисэки так, что тот на секунды забыл, как дышать. - Не стоит меня за это благодарить. - Но… - Я не мог иначе. Соя замолк, а потом, пожевав губы, сказал: - Вы мне ничем не обязаны, мы всего лишь… Кисэки склонился к нему, мягко целуя в щеку. - Не надо мне рассказывать, что мне делать. Я делаю только то, что сам хочу. Я не человек принципов, как тебе кажется. Соя слабо кивнул, сжимая руки в кулаки. Собственная немощность вгоняла его в депрессию. Но раз Томоё хочет помогать, лучший способ перестать доставлять людям проблемы, пройти реабилитацию как можно быстрее. Тоже мотивация, почему нет. Томоё должен жить своей жизнью, а не прислуживать инвалиду. Кисэки только фыркнул, прекрасно понимая, о чем думает его прекрасный сенсей. Томоё слабо улыбнулся. Если бы он был человеком с принципами, он бы бил рукой в грудь и кричал, что долг платежом красен, что за собственное спасение он должен отплатить равноценно! Но Кисэки был далек от этих мыслей. Можно сказать, он был эгоистом, но самовлюбленным его бы никто не назвал. В тренировочном зале доктор показал как и с чего начинать. Томоё видел нервы Сои, но убедил его, что он все запомнил. Так действительно и было. У Тодзи превосходная память, так что он быстро запомнил, как проходить первый участок. Что и говорить, прошел сенсей его только потому, что они были вдвоем. В одиночку это будет долгий путь. Кисэки был уверен - "дорогу осилит идущий". Томоё оставил Сою справляться с простой разминкой для рук, а сам включил телек. Разве он мог такое пропустить! Первая игра Хирумы в этом сезоне! Да с новым раннером! - Амерфут? - спросил Соя с напряжением. Сначала шла простая тренировка рук, но ему даже это было непросто. - Ага. - Твоя любимая игра. - Верно. Они мои любимчики, несмотря ни на что, - Томоё облизнул губы. - Несмотря на мой косяк. - Он не только твой. Хватит винить себя. - Я не виню. Но Курита-кун до сих пор меня ненавидит. - Немудрено. Но что ты говорил мне про ненависть? - Верно. О! Деймон атакует! Хочешь я тебе буду комментировать? Я смогу лучше комментатора! - Не сомневаюсь. Давай, а то мне скучно подтягиваться в тишине. Расслаблюсь и буду лежать и ничего не делать... - Окэй! Купидоны Коигахамы, - с энтузиазмом начал Томоё. - Кажется, у них большая группа поддержки… Соя слабо улыбнулся. Ему нравилось слушать Кисэки. Его голос всегда улучшал настроение. Все эти два месяца он быстрее бежал с работы домой весь в мыслях о вечерней встрече… Чтобы услышать этот голос. Даже если Томоё сам был не в духе и его предстояло развлекать, все равно, это было так замечательно… Соя отпустил руки, упав обратно на мат. Он чувствовал, как слезы текут по лицу. На душе было слишком тяжело, чтобы не дать им волю. Сенсей был рад, что увлеченный игрой Томоё не смотрит на него и не слышит. Ему так не хотелось отпускать Томоё… Но тот с ним уже счастлив не будет. Соя попытался стереть слезы. Он не должен быть эгоистом! ** Первая игра, да еще и такая внезапная. Не стоит и говорить, что Сену периодически потряхивало от нервов. К тому же, никто ничего хорошего от их команды не ожидал, а Хируму это почему-то веселило до дьявольского смеха. - Они же не в курсе, что у нас есть секретное оружие! - заявил капитан, когда Сена не выдержал и спросил. - Которое не знает правил, либо вы не про меня, - пискнул Кобаякава и почти получил этими правилами по макушке, почти, потому что увернулся. Хирума замер с листами, глядя на шустрого бэка. Тот напрягся, ожидая продолжения. По нахмуренным бровям было видно, что ожидает чего угодно и готов убежать, если надо ударив в ответ или хотя бы отдавив ноги. - Вот такую же решимость добежать до тачдауна продемонстрируй мне, - фыркнул Йоичи, плавно опуская бумаги на чужую голову. - Сена? Кобаякава расслабился, глядя на клыкастую улыбку. - Я постараюсь. - Не слышу! - Постараюсь! - Вот и молодец. Уж этих неудачников мы победить обязаны. Понял? Сена закивал. Ему было стремно, потому что игра была агрессивной. Но он чувствовал, что начинает привыкать к капитану. Вечером они вместе учили правила, это было очень забавно. Вся школа была уже пустой, а они втроем сидели на полу и играли карточками в амерфут. Хирума их делал сам, играть было очень интересно. Йоичи на него и рыкал, и даже волосы лохматил, но было совершенно не страшно. Курита периодически протягивал вкусняшки. Потом они вместе перелазили через забор, тоже веселое приключение. Сена, смущенно вспомнил, как зацепился за что-то и определенно бы навернулся, но Хирума поймал его на руки. Почему-то секундное замешательство капитана, вызванное легким испугом чужого неожиданного падения, то, с какой силой он его сжал, вызвало у Сены повышение температуры. На него потом наорали за глупость, но Кобаякава все равно поймал себя на мысли, что счел капитана милым. Тем более, что после криков его прижали за плечо и встряхнули, бурча что-то о нерасторопных креветках. Сена находил свои мысли несколько странными, но они ему нравились. Разве плохо, что ему кто-то стал симпатичен? А сегодня утром они вдвоем ходили ему форму выбирать. Такой заботы Сена не видел давно. Кобаякава знал, что Хирума просто не хочет, чтобы из-за неправильной обуви с его ногами что-то случилось, но все равно было безумно приятно. Да и сейчас, страх и настороженность быстро исчезли в акульей улыбке капитана. Хотя воспоминания о прикосновениях Хирумы вызывали краску на лице. Назвав себя наивным кретином, и призвав не заниматься ерундой, пытаясь влюбиться в парня, Сена попытался сосредоточиться на словах Йоичи. - Давай пробежимся по самым основным правилам. Больше тебе пока не нужно, а то твоя головушка взорвется. Сена с готовностью закивал. В клубе дышалось определенно легче, чем на занятиях. Кобаякава бы и на обед ходил сюда, но троица одноклассников взяла его в оборот, и требовала, чтобы он ел с ними на крыше. Так он неожиданно подружился с Дзюмондзи, Куроки и Тогано. Но боялся, что с этой фиктивной дружбой, потому что они принимали его за другого человека, его оценки скатятся на реальное дно. Впрочем, думать об этом было некогда. Хирума завалил вопросами и очень раздражался, когда Сена не мог вспомнить ответ. - Да уж, память у тебя, как у рыбки. В шоги не сыграть. - А вы играете, Хирума-сан? - В детстве. Меня учил Соя Тодзи. У него память еще хлеще, чем моя. Ему бы в покер играть. - Соя...сан. - Ты чего? - Ничего-ничего, - засуетился Сена, за что был награжден еще одним внимательным взглядом своего капитана. - Вы сейчас общаетесь? - Нет, зачем, - поразился Хирума. - Шоги - это так, забава. К тому же он потом ушел из детского клуба. Учить детей, знаешь ли, сомнительное удовольствие. Хирума смотрел на расстроенного раннера. - Сена… ну что случилось? Взбодрись, креветка! Не будь унылой какашкой, такие не побеждают. Кобаякава собрался с силами, ударив себя ладошками по щекам и очаровательно улыбнувшись. - Пойдемте на поле. Так запоминать проще, у нас есть еще полчаса. Хирума широко усмехнулся, такой настрой ему нравился больше. ** Купидоны Коигахама, особенно их капитан, решили вывести Деймон из себя наличием группы поддержки. Сена неловко рассмеялся, и капитан Коигахамы тут же обратил внимание на него. - А что, зачем вам девушки, вам и парней хватит, тоже ничего, симпатичные есть. Сена увидел немного охреневший от такого заявления взгляд Хирумы, даром что жвачка не выпала. Курита не понял фразы вообще, а поддержка из других клубов хотела ответить что-то едкое, но не очень представляла что. - Вы свои вкусовые пристрастия не озвучивайте, а то нас вырвет, - предложил Сена. - И на меня не смотрите, мне латентные педики не нравятся. Деймон дружно рассмеялся, особенно порадовался Хирума. Капитан Коигахама смутился. Сдаться сразу ему гордость не позволяла, но как уйти, он не знал. Поэтому, пыжась, спросил, кто такой Сена, видимо, даже имени не зная. - Кобаякава Сена, - тут же представил его Хирума. - Наша звезда. Раннигбэк. Челюсть подбери. Сена, неловко улыбнувшись, видел, как человека от звуков его имени перекособочило, и он, криво пятясь, попытался слинять. - Да уж, Сена, - Йоичи обнял его за плечо. - Твоим именем оказывается детишек можно пугать. Кобаякава набрал в грудь воздуха, чтобы сообщить надоевшее, что он-то в общем-то не причем, но пришлось воздух этот выдохнуть. - Таким макаром, ты из секретного оружия станешь убойным, но не секретным, - хохотнул Хирума. - Все, погнали играть! ЙА… -...ХА! Сена был уверен, что будет безумно весело, но так же страшно. Сердце едва не выскакивало из груди, когда его пытались остановить или выкинуть за линию. Казалось, что до линии так далеко! Однако, от занесенного тачдауна в душе поднялось невообразимое ощущение. Казалось, что счастье буквально взорвет его изнутри. Команда его окружила, поздравляя и хватая за плечи и руки. Сена оглянулся на капитана - тот был очевидно доволен. - Это еще только начало! - заявил он противникам. - Кобаякава вас всех на куски порвет! От подобного заявления Сене стало плохо, хуже стало только когда все на него выжидающе уставились. - Ну что, чиби, скажешь, что-нибудь? - Буццубасу*...йа-ха? - тихо и почти невинно промямлил Сена, краснея. Но команда повторила за ним, завопив так, что казалось стадион мог бы оглохнуть. Сена, красный как рак, пошел на позицию. Больше всего на свете он не хотел снова быть чьим-то зеркалом, играть чью-то роль. Он боялся, что сейчас делает тоже самое, и самое отвратительное, что сейчас ему это, кажется, нравилось. И нравится, как Хирума, кладет ему руку на спину, чтобы склонившись, негромко поведать команде новый расклад.