The Shadow

\десять лет назад\ - Хотите сказать, что вы тоже сенсей? - подивился Соя, протягивая бокал новому знакомому. Вечеринка была в самом разгаре. Официальная часть закончилась, и Томоё принял в ней активное участие, отстаивая, что было неожиданно для всех, права учеников на внеклассную деятельность. Говорил он проникновенно, очень логично, но сам был похож на ученика, чем на учителя. Тодзи казалось, что к такой пламенной речи лучше было бы надеть хотя бы костюм. Соя Тодзи, только-только выпустившийся из университета, в кимоно и хаори выглядел куда более похоже на учителя. У бывшего студента деньги неожиданно были, потому что за победы в ранговых поединках шоги переводы были не такие уж и маленькие. - Сенсей, конечно. Ты же слышал, что я предлагал? Соя кивнул. Даже говорит по-простому, будто они вечность знакомы. - Что ты думаешь? Я неправ? Тодзи очаровательно улыбнулся, вздыхая. Это здорово, что учитель за учеников горой. Думает о них больше, чем отец родной. - Я думаю, детям ваше решение пошло бы на пользу. Развитие это не только сидение за партой. Именно в школе они должны получить большее представление о мире за ее пределами. Томоё расплылся в улыбке. - Ну тогда… “кампай”, Соя. И они чокнулись бокалами, каждый при этом думал о своем. Тодзи о том, что детский клуб, в котором он по воскресеньям учил детей шоги, удачно вписывается в идею Томоё. Кисэки же думал о том, как много он может переделать в школе. Исправить то, что бесило и не нравилось ему, когда он учился сам. Ради этого он и работать пошел туда же, где сам учился! Отнюдь не от большой любви к школе. Он хотел ее сделать такой, чтобы ученики ее любили, чтобы каждый день шли туда с радостью. Каждый из них, какими бы разными дети ни были. Тодзи проводил Кисэки взглядом. Старше его примерно года на три сенсей собирался пообщаться с каждым, ему хотелось знать личное мнение других учителей, лишенное всяких масок. Вечеринка же, алкоголь. Большинство говорит, что думает. Сенсеи не великие интриганы, чтобы все время думать о каждом своем шаге, так что время подобрано идеально. Соя слабо улыбнулся. Чужой оптимизм и энергия заразительны. К концу вечера Кисэки снова оказался перед ним. - Кажется, большинство со мной согласны, школьную программу нужно в корне менять. Это та еще реформа! - Томоё цвел и пах. - Как думаешь, Соя, что мне надо сделать в первую очередь? - Почему я? - удивился Тодзи. - Потому что я ранговый игрок в шоги? Соя насмешливо улыбнулся: - Это делу не поможет. - Не из-за этого. Но ты зря думаешь, что шоги никак не помогают в обычной жизни. Шоги вполне могут выступать проекцией на нее. Тодзи облизнул губы и слабо улыбнулся. - Ну раз так… То все просто. Пойди с короля. Стань директором. И какое бы ни было решение о реформах в сферах образования, в своей школе ты можешь делать, что угодно. Почти что угодно. Томоё показал ему большой палец. - Самое отличное решение обычно самое простое! Молодец, Соя! Тодзи весело рассмеялся, ласково улыбнувшись. - Стать директором - просто? - Куда проще, чем ты думаешь. К этой цели понятно, как идти. Значит, можно быстро ее добиться. Соя вздохнул. Он встретил очень интересного человека. Было бы забавно поглядеть, чего он в итоге сможет добиться. Сам Тодзи считал, что для некоторых детей нужно делать что-то более глобальное… Сам он подрабатывал в детском клубе только ради одного мальчишки, желая на самом деле давно уйти. Ему хватало своего клуба, с его матчами, и основной работы. Учить еще детей? Но он оставался из-за него. Соя не знал, что можно сделать. Как он может помочь? Как уберечь ребенка, чтобы он не спутался с плохой компанией? Как вразумить его отца, что мальчишке в семь лет еще нужны родители, что один он жить не может! Каждый раз, когда матч был против его отца Соя думал об этом. Думал, может стоит поддаться и проиграть? Ведь после его победы отец мальчика мрачнее тучи. А ребенок в семь лет не сможет сопротивляться рукоприкладству. По мнению общества, Соя не имеет права просто так взять и влезть в чужую семью. Поэтому Тодзи делал все, что мог. Пытаясь, как старший “воскресный” брат, хоть немного помочь ребенку. Но все этого было безумно мало. Он боялся, что когда-нибудь будет попросту поздно. И в одно из таких воскресений малыш не придет. Никогда больше. Соя тяжело вздохнул. Разве это не значит быть сенсеем? Защищать детей несмотря ни на что? Защищать и от своих родителей тоже? ** - 99-0? - сказать, что Сена был в шоке, ничего не сказать. Правда потом, Курита пояснил, что это они проиграли, а не выиграли. И вот снова! Снова предстоит сыграть против Оджо, и надо сказать, что команда поменялась не сильно. Нет больше кикера, зато есть раннер. Сена не был уверен, что это прекрасный размен. - Не сцы, креветка, прорвемся, - заявил Хирума, надувая жвачку. - Шанс не ноль - А какой? - тут же поинтересовался Сена. - 0,0001%, - заявил Хирума так, будто бы это было 50%. Кобаякава едва слышно хмыкнул. - Пока шанс есть, сдаваться нельзя, - уверенно сказал Йоичи. От Сены не укрылось, впрочем, что капитан был сегодня каким-то особенно нервным. Можно было списать на игру, но Кобаякаве казалось, что даже из-за сложной игры нервничать в самом начале капитан не будет. Вот если все его планы полетят к чертям собачьим - это другое дело. В руке Хирума зажимал телефон, так крепко, будто ждал важного звонка. Сена тихонько вздохнул. Ну Йоичи и важные звонки - практически неразделимо. Сена слышал, как капитан “договаривался” на аренду токийской башни на какие-то дни. Блеф, шантаж были для капитана самым обычным средством достижения цели, как для других дышать. Кобаякава, которого раньше с души от подобного воротило, почему-то находил, что Хируме такое поведение идет. Может, потому что Сена не видел, чтобы кто-то физически страдал от действий капитана. Хотя морально вряд ли было приятно, но все равно не критично. А может, ему просто нравится капитан, и все что с ним связано он видит в других тонах, только и всего? Сена подобного не исключал. Тихонько вздохнув, он мысленно представил, как расспросит капитана о том, что случилось и поможет ему… Мечтать было не вредно. Мамори как раз показывала Хируме какие-то материалы, и они серьезно совещались, поэтому можно было и помечтать. Сена вздохнул. Надо собраться. Шмякнув себя ладошками по щекам, он пошел разминаться. Он мог бы сделать это - подойти и напрямую спросить. Ему хватило бы сил. Ему хватило бы наглости. Но это был бы уже не он. А сам по себе? Нет, Сена себя прекрасно знал. Тогда, если он будет бороться за отношения, то должен это сделать полностью сам, иначе Хируме понравится не он, а лживый образ. Что это за победа в таком случае? Сена уселся на пятую точку и, расставив ноги в стороны, склонился к одной ноге, следом к другой. Оставалось только хорошенько потянуться вперед... - Какая растяжка. Дай помогу, креветка. Капитан чуть навалился на его плечи и спину, помогая растягивать бедра, но в результате они чуть не упали. Сена гибкостью был не обделен, так что гиря в лице капитана тут же познакомила его лицо с травой. Хирума еле успел подставить руки, чтобы не придавить игрока. - Ох-ё. Чиби, ну ты и даешь. Сена снова уселся, почесывая затылок и неловко улыбаясь. Хирума слабо улыбнулся в ответ. Сене очень хотелось, чтобы капитан сказал то, что сейчас думает вслух. - Молодец, - комплимент это тоже неплохо. Но немного не то. Немного не то. Капитан снова отошел к Мамори, что-то ей говоря. - Конечно! - возмутилась Анезаки. - Ты же только на минусы смотришь. Слабенький, едва десять кило поднимает, выносливости нет. Хируме явно не нравилось, что его отчитывают, еще и так громко. А Сене не нравилось, что его так прямо называют слабаком. Кобаякава вспыхнул, с удивлением заметив легкий румянец на лице Йоичи. Правда не на щеках, а пару пятен на шее, одно на скуле. Кажется, это скорее нервы. Он явно раздражен. Другое дело, что капитан и раздражен бывает часто, и Анезаки указывала ему уже на ошибки, но Хирума воспринимал их спокойно. Ради команды он готов терпеть справедливую критику в свой адрес. Тогда сейчас? - Если бы я смотрел только на минусы, его бы не было в команде! - рыкнул Хирума. Сена тяжело вздохнул, отворачиваясь. Интересно, какие у него тогда плюсы? Кобаякава глянул в синие небо. Тут о дружбе даже речь пока не идет, просто в команде играют вместе. Так как тут к капитану подобраться? Противники уже в полном составе были на поле, тоже разминались. В отличие от Коигахамы придуриваться не собирались. Сена нашел глазами и Сакурабу, и Шина. Но узнавал он всех, Хирума на каждого имел характеристику. Харуто найти было проще всего. Болельщицы буквально жизни ему не давали. Даром, что с трибун в его объятья не падали, хотя очень пытались. Сена поежился. Для него это выглядело неприятно. - Звезда Сакураба! - скандировали девушки. Кобаякава обвел стадион взглядом. Действительно, Харуто интересен только девушкам. Хирума так легко от него отмахнулся, значит на самом деле Сакураба ничего из себя не представляет. Ведь в их команде даже нормального ресивера нет! А Йоичи просто так ничего делать не будет. Значит, вся эта слава не заслужена? Не поэтому ли Харуто тоже не выглядит довольным? Сена задумался. Если бы он действительно чего-то стоил бы, как игрок. То любовь толпы значила бы для него что-либо? ** Игра с Оджо ощутимо пила из него соки. После первого тачдауна Деймона вышел Шин, и Сена понял, что такое настоящий монстр. Если бы они воевали, Кобаякава считал бы Шина своим персональным врагом. По большому счету так оно и было. Если кто-то и мог справиться с этим чудовищем, то только он. Так ему сказал капитан, но и Сена пришел к этому мнению. Шин силен, но если ему хватит скорости, то вся его сила не будет значить ровным счетом ничего. А раз скорости их почти равны… То ему надо постараться и превзойти его по скорости! - Сена… - Хирума был мрачен. Еще несколько проваленных атак и можно сворачиваться. Даже доигрывать смысла нет. Просто уходить и все. Йоичи собирался это сказать, но Кобаякава грохнул шлем о скамью с необычайно злобой. Хирума и остальные игроки замерли. Сена сплюнул кровь в траву. - Ублюдок, знатно меня прокатил, - цыкнул Кобаякава, вытирая рот рукой. Хирума поймал его взгляд. Сена был на взводе, ему было безумно интересно играть дальше, он жаждал пройти Шина. - Мамори-нее, подлатай меня немного. Насколько тайм позволит. - Сейчас, Сеночка! - взволнованная Анезаки шустро достала аптечку. Хирума смотрел, как раннер снял защиту и майку. Синяки и ссадины выглядели жутко. Остальные игроки тоже были под впечатлением. У Мамори есть, конечно, какая-то волшебная мазь, но Йоичи искренне сомневался, что она волшебная настолько. Сена был хиляком, результаты в спортзале он не подделывал и очень старался стать сильнее. Тогда откуда у него такое терпение сейчас, такая воля? Хирума прикусил губу. Неужели так сказывалось то, что было в Энме? Вроде очевидный ответ, но тем ужасней предстает картина. Несмотря ни на что Сена не сдался и боролся как мог. - Хирума-сан, дай мне его пройти. Я обязан пройти его. Из принципа! - глаза Сены сверкнули. Йоичи фыркнул. Ему нравилось, когда игроки сами над собой совершенствовались. Вернее, таких игроков он больше всего любил. Но даже их обычно надо было мотивировать. Золото на дороге не валяется, его надо найти, добыть, обработать. - Слушайте сюда, чертовы инвалиды! Игру мы уже слили. Но дело чести пройти Шина! Так что сделаем это ради себя и нашего раннера! Йа… - ХА! ** Очередная попытка были близка. Кобаякава чувствовал, что у него есть шанс. Он шел на предельной скорости, не отвлекаясь ни на что, что не имело сейчас важности. Поэтому даже не сразу понял, почему летит, да еще и кубарем. Синяки пронзило острой болью, когда он шмякнулся несколько раз оземь, но Сена, рыкнув, тут же поднялся. Ерунда. Не впервой! На кого он налетел? Сена с легкой неприязнью оглянулся. Сакураба? Он же должен был сидеть на скамейке. - Какого хрена? - вырвалось из Кобаякавы недовольное. Только он был близок к победе! - Специально? Но Сакураба, что корчился на травке, вопроса даже не слышал. Сене, в принципе, ответ был не нужен. Ему нужен новый розыгрыш! Новая попытка! Сакураба только время отнимает. Стадион был в обиде на Сену, беспокоился за звезду. Толпа просто озверела. Взгляды игроков встретились. Кобаякава недоуменно повел плечами. - Что? - но Сакураба не стал ничего ему говорить. Сена отвернулся, возвращаясь на место. Стадион тем временем безумствовал, выкрикивая ему проклятия. Капитан уже повернулся к нему, собираясь сказать, чтобы Сена не обращал внимания на реакцию толпы, но не успел: - Ничего, дай мне мяч капитан. В следующий раз я точно его сделаю. Кобаякава Сена был далек от сомнений. Прессинг толпы его не волновал совершенно. Удивленный же Хирума впервые почувствовал что-то новое для себя. Кажется, это называется восхищение. Он был в восторге от своего нового раннера. Тот был упрям и стоек, вопреки всему. ** Сена лежал в раздевалке на скамье пластом. Сил пошевелиться не было. Но он сделал это! Он прошел Шина! Гордость плавно терялась на фоне боли. Сначала его врачевала Мамори, потом Хирума ее выгнал, потому что она начала раздражать гиперопекой. Сена был молчаливо благодарен. Ему хотелось просто лежать и ни о чем не думать. А уж то, что капитан пять минут назад смог размять ему правую икру, что она наконец-то перестала болеть… Вообще казалось верхом блаженства во всех возможных смыслах. Наверное, он обо всех игроках заботится. Сена не хотел питать надежд, что он особенный. Но легко об этом забывал. - Знаешь чиби, какие глаза были у Шина, когда ты от него оторвался? - хохотнул Хирума. - Я тебе сейчас в такого размера блюдце крекеры положу. Йоичи явно веселился. От его мрачного настроения не осталось и следа. Курита тоже выглядел очень довольным. Лайнмен себя на игре показал отлично, разобравшись с Отоварой. Тот его то ли недооценил, то ли что, но Курита ни разу не проиграл, не позволил сломить линию. Сена слабо улыбнулся. Хирума был им доволен. Приятно, очень даже приятно. Кобаякава понимал, что быть хорошим или отличным игроком мало для его целей. Но с чего-то надо начинать… Быть таким игроком тоже не просто. Он сейчас даже встать не может. Кобаякава тихонько застонал, вспомнив про Сакурабу. Что он теперь о нем будет думать? Как объясниться? Сена знал, что может становиться буквально одержимым, если ему что-то надо. - Чиби? - поинтересовался чужими стонами капитан. - Живой? Кобаякава кивнул, вспыхнув, но не став комментировать. - Ладно, - вдруг вздохнул и поднялся Хирума. - Хорошего понемножку. У меня еще дела, так что на этом все. Чиби, как ты оцениваешь свое болезненное тельце? Дойдешь до дома? Кобаякава с трудом уселся. В голове кружилось. Вдох-выдох. - Мне по пути. Давай провожу, - предложил Йоичи. Но Сена, который внимательно за ним следил, вдруг понял, что капитану снова стало грустно. Он был чем-то встревожен. И надолго не мог перестать об этом думать.