Вам удобно?

Инк не спеша шел с рисования. Он очень любит рисовать, пусть его творчество видел лишь преподаватель. Он — омега, коих осталось не очень много. У паренька нет отца, который свалил от жены. К слову, мать Инка — Комьет, бета. И если вы зададитесь вопросом «А как у беты и альфы родился омега», то я объясню. В роду парня были только истинные пары, и из-за почти чистой родословной он омега. С детства у него был друг омега — Дрим. Они хулиганили вместе, баловались. Когда еще был неизвестен их пол, то Комьет шутила на счет того, что Мечта и ее сын — истинные. Но этого не случилось. Улицы не встречали чернильного радостно. Парень немного сжался, увидев в одном из переулков озлобленного Альфу. Люди, шедшие навстречу толкали, злобно шанса ругательства от усталости в конце дня. Хотелось нахамить в ответ, но он промолчал. Омега вытащил из кармана брюк наушники и надел их. Вопреки всем рекомендациям он включил на максимум. Лицо скривилось от резко ударившей в уши музыки. Инк заскулил. Он поставил звук поменьше и продолжал слушать. Художник дошел до автобусной остановки и стал ждать транспорт, уже приготовив деньги. Не очень хотелось платить за поездку на дряхлом автобусе, но до дома остановок 5, так что не особо можно обойтись без лишних колес. Войдя и отдав деньги ворчливой кондуркторше, он уселся на единственное свободное место, рядом с темноволосым альфой. Тот что-то делал из нитей синего цвета, наблюдать за движением рук в перчатках казалось Инку самым интересным, что можно делать в автобусе. Все эти переплетения, которые делают прекрасный теплый предмет… На данной стадии эта вещица была похожа на шарф. Насколько чернильный знал, шарф легче всего плести. Пусть он сам ни разу не пробовал, так как больше по части рисования, он был уверен, что вязать просто полоску проще, чем варежки там всякие… За наблюдением Инк не заметил, как пролетели две остановки. Он откинулся на дырявое сидение, изрисованное непослушными подростками. На часах в автобусе было 17:45. Он ехал уже примерно 15 минут. Из окна уже был виден дом художника. Он встал с насиженного места, видя, как парень, что сидел рядом тоже поднялся. Каким-то образом, темноволосый вышел на остановке раньше, чем чернильный. Инк уже торопясь вылетел из автобуса, сбивая кого-то и падая на него. Он увидел того же парня. Он не понял, что произошло. — Прости, приятель, я просто торопился… — на последнем слове художник запнулся. Он уже ощущал наступающую течку и запах шоколада, который исходил от альфы, смешиваясь с омежьим. Только сейчас он понял, что сидит на пахе альфы. — Вам удобно? — нахально спросил парень, сжимая задницу омеги на нем. От такой наглости Инк оторопел. Но и тут он нашел что ответить. — Более чем, — чернильный поерзал жопой, зная, что тем самым только возбуждая альфу. Тот осознал, что Инк слазить не собирается, приблизился к лицу омежки, оставляя только несколько миллиметров. — Мое имя Эррор. Продолжим у меня дома? — спросил хитро темноволосый, ожидая отрицательный ответ. — Меня зовут Инк. Если ты хочешь, то да, — ответил художник, удивляя Эррора. Он встал, подняв «нового знакомого» на руки. Тот не особо стал сопротивляться, лишь пискнул на такое внезапное действие. Бугорок в штанах намекал о крайнем возбуждении темноволосого хама, и размер такого бугорка пугал художника. В квартире парня было мягко сказать… Неубрано. Повсюду лежали нитки, говоря о пристрастие к шитью и вязанию. Эррор повалил омегу на свою кровать, автоматически раздвигая ноги своей «жертве». Инк схватился за края кофты темноволосого, желая снять такую ненужную вещь. Тот в долгу не остался, снимая шарф Инка. Уже в скором времени оба остались без верхней части одежды.