Двойственность-2: Серпентариус

Перед прочтением посмотрите http://s51.radikal.ru/i134/1303/f1/1600f898fbc8.jpg Стамбул. Турция. Спустя три года. Клиника «Серпентариус» В белом халате, до колен, по больничному коридору шла женщина, белые волосы её - легко струились по спине. В левой руке была крепко сжата, за краешек, черная папка с отпечатанным на ней, серебряной краской, символом похожим на английскую букву U перечеркнутую посредине волнистой линией. Длинный коридор, со множеством дверей, заканчивался лифтом, войдя в него, женщина повернулась к довольно странному циферблату. Кнопки не заканчивались единицей, вслед за ней следовал обратный отсчет – 0, -1, -2, и так до пяти. Нажав минус два, женщина, вскинув голову, глубоко вздохнула. За эти несколько лет она прошла курс медицинского обучения с лучшими генетиками и иммунологами, которых только можно найти в Европе. Часы наполет, до самой ночи Даша Морозова, проводила за изучением одной единственной флешки, оставшейся от компании «Ингрид», и это не прошло даром. Вся эта клиника держалась на той информации, за которую так отчаянно боролось ФСБ и нацисты. Лифт открылся в небольшом коридорчике, метров пять в длину, впереди дверь. Достав из кармана халата карточку, Даша провела ею по электронному устройству. Дверь распахнулась автоматически, и женщина очутилась в огромной лаборатории. В кресле, больше похожим на стоматологические, лежала женщина, вытянув вперед, на специальную подставку, правую руку. Вена была вскрыта, кровь поступала в пластиковый контейнер, сама же подопытная находилась в бессознательном состоянии. К её груди и голове были подключены датчики, и вся информация поступала в небольшой компьютер на столе у молодого ученого, следящего за ней. - Что с эмбрионом номер двадцать шесть? – остановившись у стола ученого, спросила Даша. - Готов к пересадке, пациентка уже в операционной, - ответил тот. Удовлетворенно кивнув, Даша миновала лабораторию и, наконец, попала в кабинет главы клиники. Багровые стены без единого окна едва ли разбавляла песочная картина ночного Стамбула, неуловимо беззвучно работал кондиционер, на стеклянном письменном столе стоял ноутбук, пульт от большого экрана (висящего на противоположной стене) и перьевая ручка. Кожаное кресло было развернуто к стене, за ним, в небольшом, встроенном в стену, шкафу, стояла бутылка с коньяком и несколько стаканов. Только Даша закрыла за собой дверь, как кресло стремительно развернулось. Петр Алексеевич Морозов с легкой, но, все же, хищной, усмешкой окинул свою посетительницу взглядом и сделал глоток коньяка. Кхм, ну вот, кое-что и написала, жду отзывов, стоит ли писать эту вторую часть, или закончить на том, что было?