Простишь ли ты...

Как говорил Нико, с момента заключения Гарри, прошёл месяц. Рана на груди уже не доставляла особых неудобств, и Поттер мог спокойно ходить по камере. Нико старался больше времени проводить со своим другом. Вот и сейчас, вампир пришёл к Гарри. — Нэ, нэ, Гарри, а тебе не кажется странным, что дементоры тебя не волнуют. — Ээээээ. — Понятно~. — Нико, а в Азкабане колдовать возможно? — А у тебя есть палочка? — Мда, проблемка. О! А невербально? — В принципе… Гарри сверлил взглядом Нико. -..... возможно. — Есть идея! — Ками — сама, Поттер, только не говори, что будешь учиться использовать невербальную магию! Не с твоим талантом вляпываться туда, куда не надо! — Как ты догадался? Кстати, Нико, что значит «Ками-сама»? — Японский бог. Не переводи тему! — Ты японец? — Мма, Гарри, ты упорный, как баран. Не совсем. Мама англичанка, а папа японец. — А как ты сюда попал? — Ты слышал про трагедию 1945 года? — Нет. — Тогда взорвали Нагасаки и Хиросиму. До этого, моя семья проживала в Нагасаки. После взрыва, они переехали в Лондон. Гарри замолчал, переваривая новую информацию. — Лады, Гарри, мне пора. До завтра. — Пока, Нико. Нико вышел из камеры. Послышались отдаляющиеся шаги. Гарри тяжело вздохнул. Без Нико в камере скучно. И тут Поттер вспомнил о своей «гениальной» идее. -Люмос! — Без результата. — Люмос! — Тоже самое. Через 20 попыток и приблизительно пол часа, Гарри понял, что пора что-то менять. Он вспомнил, в чём заключался смысл невербальной магии — волшебник должен точно представлять то, что он хочет сотворить. Волшебная палочка и название заклинания, это лишь вспомогательные элементы. Гарри представил себе шарик из света и сосредоточился на результате. — Люмос! В этот раз получилось. Правда, шарик продержался несколько мгновений, но это уже ощутимый прогресс. Гарри был счастлив. Шрам оставленный Реддлом начал покалывать, но Гарри не обратил на это внимание. — Люмос! В этот раз, Гарри представил себе то, как маленький шарик из света, опутывают линии белой магии. Эффект достигнут — светящийся шарик спокойно лежит на руке Гарри. Теперь Поттер мог внимательно ознакомиться со своей камерой. Ничего особенного: деревянный пол, бетонные стены и потолок, койка. — Нокс. В этот раз, Гарри представил, как нити магии расплетаются, и ядро рассеивается. Обратное заклинание сработало с первой попытки. Всё тело болело после магического перенапряжения. Голова будто раскалывалась, а застарелая боль в лёгких вновь дала о себе знать. Гарри закашлялся. Он почувствовал, будто по краям рта что-то стекает. Облизнулся. На языке остался металлический привкус. Кровь. Опять. В глазах потемнело, и Гарри потерял сознание.