Принцесса Карамелька

      Джонс игнорирует меня всю следующую неделю. Не знаю, плохо это или хорошо, но его поведение меня стало немного напрягать. Я, конечно, была рада тому, что он больше не пялится на меня постоянно, не задает вопросов и не подшучивает надо мной, но я чувствовала себя немного виноватой. Может я и зря сказала все это ему в тот раз, но он это заслужил. Зато учиться мне стало гораздо спокойнее. Особенно на биологии. Да и вообще, атмосфера в школе немного разрядилась после того мероприятия. Все снова встало на свои места и все мы вошли в повседневный школьный ритм.  — Знаешь, Бетти, мне кажется, что Джонс уже просто забыл о тебе, — мы с Вероникой шли по коридору школы и обсуждали сложившуюся с Джонсом ситуацию, — Возможно, он искал себе какую-нибудь очередную девочку для развлечений, но ты дала ему отворот-поворот. Вот он и отвязался. Когда Вероника сказала это, мне стало даже немного обидно. А почему это вообще должно меня волновать? Я не знаю. Я уже запуталась во всем, в чем только можно было запутаться.  — Возможно… — тихо отвечаю я и поворачиваю к своему шкафчику. Мне нужно было взять пару тетрадей и книг, а потом пойти в «редакцию» нашей школьной газеты, чтобы закончить работу над последним выпуском. Газетой заведовала в основном я, но иногда мне помогали Арчи и Вероника. Взяв то, что мне было нужно, я закрываю шкаф и поворачиваюсь к Веронике.  — Ты сейчас домой?  — Сначала да, — говорит она, поправляя волосы, которые и так нормально лежали. — А потом к Арчи.  — К Арчи? — И почему меня это удивляет? Очень ожидаемо, в принципе.  — Надо помочь ему с заданием по английскому, — улыбаясь говорит Вероника и подмигивает мне. — Вечером я позвоню. Развернувшись на 180 градусов, она направилась в сторону выхода, громко стуча каблуками по полу. Когда я вошла в класс, где находилась редакция нашей газеты, то сразу же увидела Джонса, перебирающего бумаги на столе.  — Ты что здесь делаешь?  — Приговорен к исправительным работам, — даже не взглянув на меня произносит он — директор настойчиво попросил меня немного навести здесь порядок.  — Я думала ты меня игнорируешь.  — Думаешь мне заняться нечем? — спрашивает Джонс, еще ни разу не подняв на меня глаза.  — Хочешь сказать, что тебя не обидело то, что я сказала тогда? Руки Джонса прекратили перебирать листы бумаги и опустились на стол.  — Нет, мне абсолютно все равно.  — Ну и хорошо, — говорю я и кладу стопку тетрадей на стол — А то я уже хотела извиниться.  — Я не против услышать твои извинения, — с нахальной улыбкой отвечает Джонс, садится на стул и с важным видом откидывается на спинку.  — Обойдешься, — достаю тряпку и протягиваю ее Джонсу — Протри вон ту полку, а потом полей цветы. Взяв двумя пальцами тряпку и скорчив крайне недовольную рожу, Джонс закатил глаза и пошел исполнять свои временные обязанности. Я не собиралась долго засиживаться в школе, но все вышло немного не так, как я предполагала. Вопреки моим ожиданиям, Джонс не ушел домой, после того, как выполнил свою работу, которую сделал настолько хорошо, что я даже не нашла к чему придраться, хотя хотела бы. Он взял какие-то уже ненужные мне черновики, плюхнулся в кресло и начал внимательно их рассматривать. Но как только ему наскучило это занятие, Джонс начал задавать вопросы.  — Почему ты занимаешься всем этим?  — Наверно потому что мне нравится писать, — безразлично отвечала я, не отрываясь от работы.  — Почему бы тебе не начать писать свою книгу там, или что-то в этом роде? — Джонс вскочил с кресла и подошел к моему столу, облокотившись на его край, он продолжил. — Редактировать скучную школьную газетенку — полнейший. Думаю, пора немного отдохнуть. Я откладываю в сторону ручку, откидываюсь на спинку стула и перевожу взгляд на Джонса.  — Как-нибудь, я напишу книгу об одном заносчивом типе, который мешал мне работать.  — Обязательно пришли мне экземпляр, — фыркает он и ухмыляется.  — Почему ты не идешь домой? — резко спрашиваю я.  — Пытаюсь внести хоть немного яркости в эту унылую редакцию. Тебе, должно быть, скучно здесь сидеть одной. Почему не возьмешь никого себе в помощники?  — Так, Джонс, — мне пришлось отложить в сторону статьи, которые необходимо было проверить прежде, чем они уйдут в печать, чтобы прекратить этот поток глупых и ненужных вопросов. — Иди домой, твоя помощь больше не требуется. И спасибо за участие в жизни «унылой редакции».  — Так, Купер, а с чего ты вдруг решила, что можешь мной командовать? — вопросительно подняв бровь, спросил парень — Карамелька, я буду сидеть тут сколько захочу.  — Замечательно, тогда сиди здесь один, а я пошла домой.       Нет, мне совсем не нужно было уходить из редакции. Директор убьет меня, если завтра утром я не сдам ему экземпляр свежего номера. Видимо придется брать все это домой и заниматься всеми делами там, без компании особо надоедливых.       Собрав сумку, я уверенно направляюсь к двери, которую тут же заслоняет Джонс. Да, давай поиграем в кошки-мышки. Я останавливаюсь и смотрю прямо в лицо парню, который, скрестив руки на груди, преграждал выход. Ну что, мне в голову не пришло ничего лучше, как просто попытаться протиснуться сбоку. У меня даже немного получилось, если честно. Однако я только усугубила ситуацию и попала в еще более глупое положение. Джонс резко оборачивается и кладет руки мне на плечи. Между нами было чрезвычайно маленькое расстояние и очень надеюсь, что он не заметил, как у меня перехватило дыхание на секунду. Джонс смотрит мне в глаза, хитро прищурясь, а я тем временем не могу пошевелиться. И вдруг он опускает руки и освобождает проход.       Еще полсекунды я стою напротив Джонса и не понимаю, в чем подвох. Но все же, мгновение спустя, разворачиваюсь и быстрыми шагами покидаю школу.