48 часов на жизнь

      Что-то явно было не так, как всегда. Хината странным образом ощущала в голове какую-то парадоксально суматошную пустоту, когда слушала Итачи, а сама при этом только и думала о коротких взглядах, которыми стрелялся Саске, присев справа от неё за круглый стол. — Хината, — протянул Итачи, привлекая внимания девушки. Та раскраснелась, только сейчас поняв, что не слышала и слова, сказанного мужчиной, а просто неотрывно смотрела в тёмные глаза Саске. Откашлявшись, Итачи, потупив взгляд в стол, скрывая едва заметную улыбку, продолжил: — Вот ваши пригласительные, — он кинул на стол пару сверкающих золотым блеском бумажек, — мы вас прикроем, но у Шимуры охрана вооружена до зубов, да и думаю, что Орочимару не поскупился дать своих наёмников, поэтому будьте осторожнее, старайтесь не создавать шума. ФБР не пойдёт в открытую атаку прямо во время празднования, в конце концов там будут присутствовать не последние для Токио люди, а Орочимару, похоже, не знает, кто сорвал сделку, — Итачи бросил короткий взгляд на сосредоточенную Хинату, приподнимая один уголок губ, — Какузу сказал, что сам Данзо долго в зале находиться не будет, со схемой казино вы ознакомлены… — Только-о, — вмешалась в разговор Конан, отъезжая на стуле от компьютеров ближе к ним, — оденьтесь соответствующе, чтобы подозрений не вызывать.        Хината стушевалась, осматривая растянутую футболку с выцветшим непонятным рисунком, снятую с чужого плеча, и короткие шорты, что были ей немного малы и сейчас некрасиво пережимали бёдра. Натянув футболку почти до колен, девушка скосилась на Саске в идеально выглаженной рубашке и зауженных брюках, тяжко вздохнула и уткнулась взглядом на пальчики своих ног, будто это было самое интересное, что она видела в жизни. — Может, — неуверенно протянула она, поднимания голову, — попробуем съездить домой? Я бы собрала пару вещей, да и телефон всё ещё там.        Саске нахмурился, но, подумав минуту, коротко кивнул, вставая с места: — Тогда поедем сейчас.

***

       Разбитые окна второго этажа выглядели словно пустые глазницы в ночное время суток, озаренные блеклым светом полного диска луны. Передняя дверь, как это ни странно, была заперта изнутри, и им пришлось, словно воришкам, залезать через кухонное окно. Первым залез Саске, пружинисто спрыгнув на плиточный пол, незаметно поморщившись от запаха испорченной еды, что они оставили в последний день на столе. Хината ловко закинула одну ногу на столешницу и — не специально — проигнорировала протянутую ладонь мужчины, встала рядом с ним, аккуратно спустившись с тумбы. — Поднимайся, только быстро, бери самое необходимое. — Саске неопределенно качнул головой, отворачиваясь к мини-бару. Хината не стала медлить и быстрым шагом пересекла гостиную, резво поднимаясь наверх. — И свет не включай, — она едва не подскочила на месте от страха, когда голос Саске раздался прямо позади неё — зажимая в руках маленькую коробочку томатного сока, мужчина стоял у подножия лестницы, наблюдая за ней. — Я поняла, — прошептала Хината, заскакивая в свою комнату. «Необходимое, так необходимое» — в маленькую спортивную сумочку полетело сначала нижнее белье, потом пара джинсов и удобные кофты, только в последнюю очередь девушка аккуратно положила длинное вечернее платье и пару туфель на шпильке. Застегнув сумку, Хината уже было вышла из комнаты, но её внимание привлёк тёмный прямоугольник телефона на тумбочке. Аппарат давно сел и не подавал признаков жизни, но Хината всегда держала зарядку воткнутой в розетку за тумбочкой. Нащупав холодный провод, девушка подключила телефон к сети, и смартфон ярко замигал, оповещая о начале зарядки. Экран прогрузился, и тут же посыпались оповещения о пропущенных вызовах, смс от родных и сообщения из социальных сетей. Отец, Ханаби, Нейджи — всего три входящих вызова и больше ни от кого. — Задерживаешься, — задумавшись, Хината вновь не услышала мужчину и вздрогнула, сидя на кровати, на которую присела, пока тыкала в сенсор, пролистывая ненужные оповещения. — Думаешь, не стоит его брать? — грустно спросила Хината, покачав телефоном перед лицом. — Отследят, — просто ответил Саске, пожав плечами. — И то верно… — девушка отвернулась к тумбочке, блокируя экран, ненадолго ослепнув от резко наступившей темноты и с глухим стуком отпуская аппарат на деревянную поверхность. — Готова?        Хината кивнула, подхватывая сумку с пола и перекидывая её через плечо, поморщившись от соприкосновения ручки с болезненными синяками. Саске, уже развернувшийся к выходу, заметил скривившееся лицо девушки и протянул вперёд руку с молчаливым призывом отдать сумку ему. — Спасибо, — поблагодарила она, тихонько стаскивая с плеча лямки сумки и передавая её мужчине.

***

      В жизни каждого человека есть просто люди — знакомые, коллеги, однокурсники, а есть люди, от одного нахождения рядом с которыми пульс ускоряется, коленки немного дрожат и подкашиваются, в горле встаёт ком, а щеки пылают горячим пламенем смущения. За время совместной жизни Саске и Хината проводили много времени друг с другом — жили в одном доме, ели за одним столом, имели общих знакомых, но никогда не были рядом — не смотрели по вечерам фильмы, сидя на большом диване в гостиной, не прикасались друг к другу без особой необходимости и уж тем более не переходили границы, поставленные ими же самими в их отношениях. Наверное, поэтому Саске немного растерялся, когда заглушил мотор машины и развернулся к девушке лицом — всю дорогу они молчали, и брюнет даже не заметил, как его жена тихо уснула, а внутри у него, глядящего на умиротворенное лицо девушки, мерно вздымающуюся грудь, забарахталось странное чувство, которое возникает обычно, когда ты хочешь сделать то, чего делать не должен. Вот что он должен — бесцеремонно пихнуть её и разбудить, но рука даже не поднималась.        Вздохнув, мужчина прислонился лбом к ледяному стеклу машины, задумываясь над тем, какие неожиданные кульбиты стала выдавать его жизнь в последнее время. Нет, из-за рода своей деятельности, Саске никак не мог сказать, будто до этого жил спокойной мирной жизнью, следуя рутинному течению времени, но уж точно не мог даже и подумать какую-то неделю назад, а тем более пять лет назад, что его скромная (не)жена окажется агентом ФБР и будет целиться ему в лоб, готовая без промедления выпустить пулю на волю, продырявливая ему голову. Хотя, готовиться сделать и сделать на самом деле — это ведь не одно и то же?..        Постукивая костяшками пальцев по баранке руля, отбивая только ему известный ритм, Саске так же успешно не заметил, что его жена проснулась, сонно разлепив немного припухшие глаза. — М, приехали? — не задумываясь над своими действия, Хината отсоединила ремень безопасности, блаженно потягивая затёкшие конечности, выгибая спину. Не вовремя в голове у мужчины проскользнула непрошенная мысль, что даже покрытая жёлтыми синяками Хината всё ещё остаётся красивой. По-своему красивой, внешностью древних принцесс с ветхих гобиленов и завораживающим профилем лица, на рассматривании которого Саске стал ловить себя всё чаще и чаще. Наверное, потому что Хинаты в его жизни стало неожиданно слишком много.       Не услышав ответа, девушка вопросительно изогнула брови, поворачиваясь. Невинный взгляд её светлых глаз тут же столкнулся с по-грешному чёрными глазами мужчины. Не отпуская её взгляда, Саске медленно наклонился вперёд, изучая реакцию девушки — едва различимые зрачки расширились, скулы покрылись пунцовым румянцем, а губы призывно приоткрылись. Невольно мужчина ухмыльнулся, резко выхватывая с заднего сидения сумку и выпрямляясь. — Да, выходи, — насмешливо сказал он, наблюдая за стушевавшейся Хинатой, что сконфузилась, устыдившись собственных мыслей, которые, он был уверен, уже нарисовали в её прелестной головке все возможные варианты того, что он с ней мог сделать, окажись её фантазии, или ожидания, правдой. Пропищав что-то невразумительное, девушка метнулась из машины, вдыхая свежий ночной воздух пустынной улицы, остудивший горящее от стыда и смущения лицо.

***

       Неделя пролетела настолько незаметно, что Хинате даже показалось, что она просто моргнула и — бум, — вот она уже стоит, тоскливо осматривая длинное приталенное вечернее платье, которое только собиралась надеть, но никак не решалась. Ей думалось, что ещё можно всё обдумать, всё переделать по-другому, отмотать плёнку назад. Но время неумолимо шло вперёд, и ей пришлось снять платье с тремпеля. Струящаяся ткань приятно холодила тело, и Хината с удовлетворением отметила, что синяки уже почти не видны, так, пара штрихов тональной основы, и будет совсем не заметно. Платье было облегающим, и девушке пришлось отложить пистолет в сторону — оставалось надеяться только на Сасори, который обещал незаметно пронести оружие на мероприятие. Маленькая, до жути неудобная сумочка, с отмычками под видом декоративной косметики и газовым баллончиком. Каблуки, на которых девушка со временем научилась двигаться так же ловко, как и без них. Последний штрих духами по мочкам ушей и запястьям; стальная решимость в глазах и твёрдый стук шпилек об пол, внутри Хината вся сжималась в твёрдый комок нервов и неудобного чувства тревоги, но показывать этого не хотела. — Ва, какая ты красивая, — по-отцовски улыбнулся Итачи, поджидавший её на выходе из здания, приобнимая тёплыми ладонями за острые голые плечи, будто она была вовсе не фальшивой женой его брата, а самым что ни на есть родным человеком. — Спасибо, — растянула Хината в улыбке мягкие, накрашенные красной помадой губы. Но стёрла неуместную для такого вечера улыбку под стальным взглядом Саске, проскальзывая на пассажирское сиденье заведённой машины. — Пригласительные? — спросил Итачи, заглядывая в открытое окно автомобиля. Хината достала бумажки из сумочки, помахав ими перед лицом удовлетворенно улыбнувшегося мужчины. — Всё будет хорошо…        Хотелось бы верить… Хинате отчаянно хотелось в это верить, но не получалось…       Открытые участки тела покрывались мурашками от леденящего воздуха, проскальзывавшего сквозь едва приоткрытое стекло, а глаза бездумно следили за мелькающими фонарями и зданиями. — Он прав, — неожиданно нарушил тишину салона Саске чуть хрипловатым голосом, останавливая автомобиль на очередном светофоре, — ты красивая. — Не стоит, — раскраснелась Хината, привычным движением заправляя блестящую прядку волос за аккуратное ушко, не специально привлекая внимание мужчины к линии шеи, тонким ключицам и острым плечикам. Саске понимал, что это точно не любовь, хотя откуда ему вообще было знать понятие этого слова, но с Хинаты глаз отвести сейчас не мог и поцеловать хотел до зубного скрежета и звона в ушах. — Саске-кун, светофор, — взгляд обеспокоенных светлых глаз и недовольное гудение машин сзади привели его в чувства, и машина буквально сорвалась с места, заставив девушку вжаться в сиденье и только недоумевать от такой перемены настроения.        Как и ожидалось, открытие было помпезным — не хватало только красной дорожки и вспышек камер, будь только бизнес Шимуры чуть-чуть легальнее, хотя Саске не сомневался, что на вечере будет кто-то из членов императорской семьи. Охрана на входе с металлодетекторами не оставляла и шанса пронести что-нибудь лишнее, придравшись даже к баллончику в сумочке Хинаты, заставив отдать его на хранение до конца открытия.        Подхватив Саске под локоть, Хината нервно сжала тонкими пальцами ткань пиджака мужчины, невольно находя в шумном зале, полном людей, макушку младшей сестры, одетую в бунтарское жёлтое, словно яркие лепестки подсолнуха, платье. Ханаби весело смеялась, носясь по залу казино от так же хохочущего парня. — Это внук Хирузена? — полуизумленно спросил Саске, чуть наклоняясь к уху жены. — Кажется, — пожала плечами Хината, наблюдая, как Ханаби, отсмеявшись, села за стол к отцу, который без интереса играл в покер с остальными высокопоставленными людьми Японии. — Твой отец? Поздороваемся? — Спросила она, замечая за столом Фугаку с милой Микото, скромно сидевшей от него по правую руку в закрытом платьем с длинными рукавами. — Нас уже заметили, — обреченно прошептал Саске, начав двигаться в сторону встрепенувшейся Ханаби, что соскочила со стула, едва не опрокинув его, и кинулась к ним. — Она нас снесёт, — душевно улыбнулась Хината, отпуская руку мужчины, не желая, чтобы ему тоже досталось от этого неугомонного вихря энергии. С визгами и писками младшая повисла на шее девушки, едва не сбив её со шпилек. Обняв сестру, которая уже почти догоняла Хинату в росте, если бы не шпильки, Учиха блаженно уткнулась носом в мягкие волосы, по-родному пахнущие ромашковым детским шампунем. — Ты чего не отвечаешь на звонки? — пихнулась Ханаби, вмиг нахмурившись, сощурив свои большие глаза в маленькие щелочки, осматривая Хинату с ног до головы. — Прости, занята, даже сегодня телефон с собой не взяла, — Учиха с немой мольбой взглянула на Саске, что всё ещё стоял рядом, внимательно осматривая зал. Дёрнув мужчину за рукав пиджака, Хината привлекла его внимание, стреляя глазами на младшую сестру. — Здравствуй, Ханаби… — тяжко вздохнул мужчина, столкнувшись с пристальным взглядом младшей Хьюги. Стало ещё более неловко, когда между молодыми людьми воцарилась тишина, а эти двое прожигали друг друга подозрительными прищурами, не обращая внимания на замявшуюся Хинату. — Ну всё, хватит, пойдём к отцу, — не выдержала она, за локоть утаскивая Ханаби с места. Хиаши уже оторвался от игры, развернувшись через плечо в их сторону, его примеру последовал Фугаку, отпивая что-то из низкого гранённого стакана — игра продолжилась уже без них. Хината улыбнулась как можно невиннее под внимательными взглядами отцов, вцепившись в ладонь Саске, будто испуганный ребёнок. Мужчина вопросительно поднял бровь, но вслух ничего не сказал, удобнее перехватывая её пальчики. — Смотри, кто здесь, отец! — преувеличенно торжественно пропела Ханаби, по-мальчишески плюхаясь на стул, раскидывая руки в разные стороны и сверкая глазами. Хиаши поднялся с места, поправляя серый пиджак на груди, и Хината с болью в сердце отметила, что отец похудел, волосы поредели, хотя тот всё ещё и носил их по старой моде: длинной почти до лопаток, а морщин на суровом лице стало ещё больше. — Отец, — поклонилась девушка буквально в ноги Хиаши, выпуская пальцы из руки мужа. Когда она выпрямилась, то едва не опешила от того, как грозно сведённые брови отца и глубокая морщина на его лбу разгладились, а мужчина раскинул руки в стороны, и Хината без промедления бросилась в отцовские объятья, облегченно всхлипывая. — Я скучала… — улыбнулась она, ловя умиленный взгляд сестры из-за плеча отца. Хиаши молчал, поглаживая тяжелой ладонью макушку дочери. — Мне звонила Цунаде, — тихо начал он. Услышав имя бывшей начальницы, Хината дёрнулась, желая высвободиться из объятий, но Хиаши не дал, сжав сильнее, — не привлекай внимание…        Девушка ещё раз дёрнулась, но чуть мягче, отстраняясь, оглядываясь по сторонам — Саске разговаривал со своим отцом и матерью, остальные спокойно играли в покер. — Это долгая история, — пожала плечами Хината, настороженно поднимая глаза на отца, но ожидаемого гнева не увидела, только обреченно-усталое выражение на состарившемся лице. — Мне стоит беспокоиться? — Хиаши покосился на Саске, Учиха оторвался от разговора с родителями, смело вглядываясь в лицо тестя. — Уходите, как можно незаметнее, — прошептала девушка, приблизившись к отцу, и, коротко поцеловав его в щеку, отстранилась, ещё раз кланяясь. Саске отошёл от своих родителей и, взяв Хинату под локоть, повёл в сторону лестницы на второй этаж. Когда они проходили мимо Микото, женщина тепло улыбнулась, ласково погладив руку Хинаты. За всё время их брака, Микото была этаким светочем в их лживой жизни, женщина с теплыми ладонями матери, запахом выпечки и всё понимающими взглядами тёмных глаз, которые, без сомнения, унаследовал Саске; он вообще во многом больше похож на мать.        Хината вымученно улыбнулась в ответ, следуя за мужем вверх по ступеням. В зале заиграла громкая музыка с вибрацией басов, и в центр выехали пьедесталы с полуголыми танцовщицами в ярких нарядах из золота и перьев. — Пора, — кивнул Саске, указывая на скрывшегося за узкой высокой дверью Шимуру. Возле перил стоял Сасори, который коротко кивнул в сторону, будто сам себе, не обращая внимания на пару. Хината последний раз обернулась в зал, убеждаясь, что отец покидает открытие вместе с четой Учиха. Хината не знала, чем может закончиться сегодняшняя ночь, и не хотела бы, чтобы они пострадали.        Саске осмотрел коридор, затаскивая Хинату в тёмную каморку, убедившись, что никто их не видит. — Что вы… — возмущённо начал мужчина из обслуживающего персонала, но Саске беспощадно ударил ребром ладони по солнечному сплетению, и он без чувств рухнул на пол. — Чёрт, его не должно было быть здесь, — выругался Саске, пока Хината помогала перетащить тело за стеллажи с чистящими средствами. Девушка прощупала пульс, взглянув на часы. — Жить будет, давай начнём, у нас не так много времени…        Мужчина кивнул, доставая из-под ящиков и пустых вёдер спортивную сумку. Не церемонясь, он протянул Хинате наушник и датчик, сам надевая такой же. Тренчик знакомым трением повис на бедре, а в ухе зашипел голос Хаюми. — Йо, он уже на четвёртом, веду его по камерам. С ним двое охранников, но на этажах стоят дежурные.        Выслушав, Хината вскинула голову на Саске, что, поймав её взгляд, кивнул головой на широкое окно с красочным видом на ночной Токио. «Опять высота» — сглотнула Хината, высунувшись в открытую створку. — Дамы вперёд, — издевательски серьёзно сказал Саске, подавая девушке руку, помогая выбраться на широкий карниз. Хината молча вздохнула, скидывая туфли со ступней. — Конан, отключи камеры по периметру, пока мы добираемся по пожарке, — отдал он тихо приказ, зажав передатчик в ухе, вылезая следом за девушкой. С приближением зимы погода становилась всё холоднее: и сейчас ветер пробирал до самых костей сквозь тонкую ткань пиджака и рубашки. Хината, балансируя на носочках, шустро шагала вперёд, нашептывая себе что-то под нос, что именно из-за ветра и расстояния Саске разобрать не мог. Вот она остановилась, жестом заставив его стоять на месте, прислонившегося спиной к стене, а сама заглядывает в окно, что горело теплым желтым светом. — Чисто, — быстро сказала Хината через плечо, продолжив путь. Новенькая пожарная лестница была современного типа с пролётами, перилами и выходом на все этажи. Саске удивленно отметил, что девушка чуть ли не кинулась вперёд, вцепившись в перила, когда перелезла через ограждения с карниза, но вслух ничего не сказал.        Четвёртый, пятый, шестой… Саске вынул из-за пазухи пистолет, толкая дверь запасного выхода, но едва успел отскочить в сторону, когда на лестницу вышли двое смеющихся охранников, прикуривая сигареты. Мужчины даже не успели вытащить пистолеты, как рухнули на землю с кровоточащими дырами во лбах. В воздухе повисло остаточное эхо хлопка глушителя. Хината зажала рот рукой, невольно отступая назад под острым взглядом мужа, что развернулся, глядя на неё из-за плеча. — Либо мы их, либо они нас, — пожал плечами Саске, переступая через трупы. Хината вздохнула, поднимая голову на крыши соседних зданий, пытаясь успокоиться — он прав, но всё это сейчас казалось таким неправильным. Выдохнув морозный воздух, девушка не глядя переступила через мёртвые тела, заходя следом на лестничную площадку. Саске ждал её, уперев руки в перила. — Он уже в кабинете, — отрапортовала Конан, ненадолго появившись в эфире. — Готова? — повернулся к ней лицом мужчина. Хината кивнула, доставая пистолет из кобуры.        Дежурившие на этаже наёмники Орочимару оказались полностью бесполезны, замертво рухнув на пол с глухим стуком тяжёлых тел. Дверь в кабинет Шимуры была тяжелой, дубовой, размером почти во всю стену. Замешкавшись у неё, супруги злобно глянули друг на друга, Хината насупилась, желая протиснуться первой, когда Саске мягко, но ощутимо отпихнул её от входа в кабинет, хватаясь за ручку, шепотом приказывая ей идти следом и не лезть вперёд. — Явились, — хрипло хмыкнул Данзо, выпуская густую струю дыма изо рта, морщинистыми пальцами опуская окурок на край пепельницы, когда Саске и Хината бесшумно ворвались в кабинет, одновременно распахивая двустворчатые двери. Мужчина говорил таким тоном, точно знал, что они придут, когда и зачем. Девушка замерла с пальцем у спускового крючка, недоумевающе вздёрнув брови, поворачиваясь к мужу, тот ответил ей таким же взглядом. — Ну, чего застыли?! — нетерпеливо прикрикнул Шимура, поджимая губы. — Ты знал, что мы придём? — задал, наконец, интересовавший их обоих вопрос Саске, угрожающе дёрнув дулом оружия в воздухе. Данзо глухо засмеялся, скрещивая руки на груди, следя за Хинатой, что кошкой подкрадывалась ближе. — Конечно, вы вот не задавались вопросом, когда разрабатывали свой гениальный, — мужчина саркастически выделил это слово, медленно поднимая в воздухе тлеющую сигарету, — план — зачем я ФБР?        Шимура сделал затяжку, выпустил дым, не сводя слезящихся глаз с застывшей пары. Саске пока не спускал крючка из любопытства, а Хината боялась сделать это первой. — Или зачем Орочимару мои исследования? Что у него, своих лабораторий нет?.. — Хватит морочить голову! К делу! — Саске выстрелил, дёрнув рукой, специально сбив прицел чуть правее головы Данзо. Мужчина замер с поднесённой к губам сигаретой, но даже глазом не моргнул, продолжив курить. — Два идиота, — ухмыльнулся он, откидывая к краю стола какую-то фотографию. Хината, не отпуская руку с занесенным наготове оружием, не отводя взгляда от мужчины, схватила глянцевую бумажку, отходя назад. — Что там? — не сдержанно спросил Саске, пытаясь заглянуть за плечо жены. Девушка опустила руку с пистолетом, не глядя протягивая мужчине фотографию. Они оба, сфотографированые на каком-то приёме: Хината, держалась за его локоть, стоя при этом в шаге от него, а Саске без интереса разглядывал гостей. Кажется, это был день рождения Джирайи. — Это на приёме у дяди Наруто? И что с того? — мужчина задал вопрос Данзо, но ответила Хината, не поворачивая головы. — Джирайя-сама, так же муж Цунаде Сенджу, моей начальницы. Я думаю, она тоже была на том вечере… — Да-а, — Данзо наклонился вперёд, упершись локтями в стол и сложив подбородок на сомкнутые в пальцах ладони, — твоей начальнице, наверное, не очень понравилось, кто твой муженёк. — Живыми мы отсюда не выйдем, это ловушка, нас ждали, — Хината как-то обречённо опустила плечи, наконец, разворачиваясь к Саске лицом — белым, словно чистый лист бумаги, — и с лихорадочно блестящим глазами. Учиха посмотрел на неё, но почти тут же вновь вернул взгляд на Шимуру. — Тебе какой от этого прок? — Ну, вести нелегальный бизнес в такой честной стране достаточно сложно, — Данзо издевательски легкомысленно пожал плечами, поднимая вверх ладони, — вот и приходится соглашаться на всякие провокационные сделки…        Как только он договорил последнее слово, Саске зажал крючок под тихий вскрик не ожидавшей этого Хинаты, выстреливая мужчине в грудь. Данзо не сразу понял, что в него выстрелили, Учиха не попал в сердце, и пуля не прошла насквозь, застревая где-то между лёгким и пищеводом, он медленно опустил голову, оглядывая кровоточащий след, затем поднял взгляд на подошедшего к столу Саске. Тот злобно свернул чёрными глазами и надавил неостывшим ещё после предыдущего выстрела дулом прямо в лоб старику. Решающий выстрел в голову заставил Шимуру замертво рухнуть вперёд на стол без попытки сопротивления. — Уходим, живо! — рявкнул он, хватая застывшую статуей Хинату за холодную и вспотевшую ладонь и потягивая к выходу. Но девушка не сдвинулась с места. Мужчина нахмурился, раздраженно задышал, раздувая тонкие ноздри. Но потом успокоился, зажимая переносицу между пальцами. — Послушай, мы сейчас в одной лодке, и не знаю, как ты, но я, чёрт бы его побрал, хочу отсюда выбраться живым, — мирным тоном пояснил он, опуская руки на её поникшие плечи. — Как? — вскинулась Хината, заговорив дрожащим голосом. — Если то, что он сказал — правда, за этими дверями как минимум два десятка спецназовцев, а всё, что у нас есть — это два пистолета с глушителями… — Конан, приём, — мужчина зажал в ухе передатчик, но в ответ ничего не услышал, в эфире была полная тишина, — твою мать!..        Хината отшатнулась в сторону, когда Саске раздраженно выругался, с остервенением вытаскивал из уха прибор и с размаху кидая его на пол. Он редко злился, тем более при ней, поэтому его эмоциональные порывы пугали её. Ей даже показалось, что глаза у него стали ещё чернее, а волосы длиннее, точно у демона. Будто услышав её мысли, Саске замер, не мигая уставившись на её лицо. Хината сглотнула, ещё больше почувствовав себя загнанным в ловушку зверком.        Шум в коридоре отвлёк их друг от друга — послышались непонятные крики, топот ног и короткие очереди выстрелов. Не сговариваясь, они встали по обе стороны двери, выставив наготове оружие. Двери распахнулись и Хината едва успела отвести дуло, стреляя мимо головы ввалившегося в помещение улыбающегося Дейдары. — Ёбнулась совсем, что ли? — обиженно заговорил парень, выпрямляясь и во все глаза уставившись на покрасневшую девушку. — Прости, Дейдара-кун, — пролепетала она, опуская пистолет, даже на короткий миг забывая от смущения, где она находится. — Миниатюра «баба и оружие», бля, — хохотнул из коридора Хидан, отстреливаясь от кого-то с громкими матами, — давайте скорее, эти черти так и прут! У, суки! — Пять минут, прежде чем всё взлетит на воздух, вы как, идёте? — скучающим тоном сообщил блондин, поддевая чёлку пальцем, закручивая волосы вокруг него. — Да съёбываемся уже, блядь, комедиант, — тут Хидан схватил его за шкирку, вытаскивая в коридор, и Хината с Саске рванулись следом, ловко перепрыгивая через трупы солдат. Послышалась автоматная очередь, но они успели свернуть к пожарному выходу, выскакивая на лестницу и поднимаясь на крышу. — Что вы собрались делать?! — с придыханием спросила девушка, не переставая быстро перебирать ногами, с ужасом понимая, что они уже почти у края, но никто останавливаться не собирается. Бежавший впереди Дейдара весело расхохотался, резво сиганув с крыши в неизвестность. Следом спрыгнул Хидан и Саске, и только Хината, с едва не разорвавшимся от волнения и ужаса сердцем, затормозила на пятках, царапая нежную кожу стоп, замахала руками и остановилась на самом краю. Вертолёт! Из-за шума в ушах и ветра она даже не услышала гудевшие лопасти. Сердце ухнуло где-то в горле и, кажется, свалилось в самые пятки. Она услышала, как сзади открылась дверь, ведущая на крышу, с треском ударившись об бетонную стену, и Дейдара что-то раздраженно кричал, свесившись из открытой кабины явно грузового вертолёта, рядом с ним сидел её муж, во все глаза смотрящий на неё. А Хината, вдруг подумала, что, может, лучше ей остаться здесь — всем было бы гораздо легче, да и Саске смог бы спастись, не будь у него груза в виде такой… — Эх, красотка, прыгай уже! — что есть силы завизжал Дейдара, перекрикивая шумящие лопасти, едва не срывая голос, врываясь в сознание Хинаты. Девушка встряхнула головой, испуганно глянув за спину и отпрыгивая от края, скрываясь с обзора мужчин, что напряженно уставились на крышу. — Не-ет, — едва слышно прошептал Учиха, когда понял, что солдаты уже, наверняка, добежали до неё, не оставив места даже для разбега. Но тут Хината, с отчаянным испуганным визгом, на который только была способна, рванулась вперёд, прыгая с крыши, размахивая в воздухе конечностями. Ошалевший Саске чуть не вывалился из кабины, ловя её за запястье и платье, тут же в четыре руки вместе с Дейдарой затаскивая внутрь. Девушка не обратила никакого внимания на боль в плече из-за рывка, на задравшийся подол платья — адреналин бил по вискам, кровь шумела в ушах, а сердце подскакивало, отбивая сумасшедший ритм в ярёмной впадине. Хината вцепилась в плечи Саске, залезая к нему на колени и зажмуриваясь до белых пятен в глазах. Даже когда вертолёт повело из-за взрывной волны, она только сильнее прижалась к мужчине, не раскрывая глаз. — Хината, слезь с меня уже, мы прилетели, — Саске не говорил раздраженно или зло, скорее устало и как-то неловко, пытаясь отпустить девушку на землю. Хината отмерла, выпутываясь из рук мужа и опуская ступни на асфальт, чуть пошатнувшись на ватных ногах. Учиха хотел сдержать свои рефлексы, но в итоге всё равно дёрнулся вперёд, придерживая её ладонями за талию. — Ты как? — спросил он, заглядывая ей в глаза. Вся бледная, с размазанной помадой она походила на продрогшего под дождём котёнка. Совсем некстати Саске заметил, что нижняя губа у Хинаты немного больше верхней. — Бывало и хуже, — судорожно выдохнула она, задрожав, невольно шагнув ему навстречу. Она сделала это неосознанно, просто адреналин уже выветрился из крови, они стояли на крыше какого-то неизвестного ей здания, вокруг гулял промозглый ветер, она была в одном тонком платье без плеч, а от Саске несло жаром, словно от разгоряченной печки. По крайней мере, ей так казалось…        Мужчина посмотрел на её макушку, дрожащие голые плечи и уже совершенно осознанно обнял, притягивая к себе ближе, делясь теплом. Сухие губы ткнулись в висок, скрытый волосами, мазнули по покрасневшей скуле, спускаясь ниже к припухлым губам. Целовались неторопливо, вдумчиво, сминая губы друг друга, не используя язык, не переводя поцелуй в нечто пошлое. Хината приподнялась на носках, чтобы мужчине не пришлось слишком низко наклоняться и схватилась тонкими заледеневшими пальцами горячей шеи. Саске притянул ближе, теснее, сжимая руками бока. — Пошли внутрь, — сказал он, последний раз прихватив нижнюю губу и потянув девушку за запястье к выходу с крыши. — Постой, — хихикнула разрумяненная Хината, останавливая мужчину, — у тебя весь рот в помаде…