Распределение

— Гарри Поттер! — громко зачитала Минерва МакГонагалл и мальчик на негнущихся ногах вышел вперёд. Ну всё, сейчас окажется, что он слишком глупый для магической школы и его с позором отправят назад, к Дурслям. Тётя Петунья «обрадуется» помощнику по хозяйству и не упустит случая огреть его своей любимой скалкой, дядя Вернон наорёт и даст подзатыльник, а Дадли всю жизнь будет над ним насмехаться, что он, Гарри, никуда не поступил, даже в школу уродов его не взяли! Он взгромоздился на высокий табурет и ему на голову опустилась Распределяющая Шляпа, закрыв обзор. «Так, так, вижу ум, силу, хитрость и смелость. Скрыто в тебе честолюбие, амбициозность, безрассудство и немного безумия. Храбрость, гордость и честность. Скрытность, верность и упорство. Стремление показать себя, индивидуальность и открытость новому. Хм, куда же тебя направить?» Всё это время Гарри сидел под Шляпой не двигаясь и, кажется, не дыша. Артефакт раздумывал непозволительно долго, профессора и ученики уже начали волноваться и шёпотом строили предположения, куда же попадёт юный Герой. Гарри уже и не надеялся, что его вообще куда-то направят, он не мог поверить, что всё сказанное — про него. Он не может быть таким… многогранным, он же Гарри, просто Гарри, пусть и является (вроде как) волшебником. У него дрожали руки, тёк пот по лицу, он постоянно кусал губу и надеялся, что его волнение незаметно. Он уже готов был упасть в обморок от страха неопределённости, как вдруг Распределяющая Шляпа вслух сказала: — Даже не знаю, что с тобой делать, молодой парень. Большой Зал онемел. Ещё такого не было, чтобы Шляпа не знала! Думать долго — да, могла, хотя рекорд по продолжительности распределения только что поставил Гарри. — Как это, уважаемая? — осторожно спросила профессорка МакГонагалл, не решаясь снять артефакт с мальчика. — А вот так! — ворчливо отозвалась Шляпа, недовольно встряхнувшись. — Всем факультетам он подходит в равной степени. Людини молча смотрели на почти полностью скрывшегося под ней Мальчика-Который-Выжил. Все-то думали, что он сразу попадёт на Гриффиндор, как и его родительницы, тем более, Хагрид долго агитировал идти именно туда. Гарри был шокирован, мысли его путались, перескакивали с одной на другую, он совсем перестал понимать, что происходит, когда услышал диалог Шляпы с преподавательницей. «Может, сейчас всё закончится? Ему скажут, что он всё-таки непригоден для школы волшебства и отвезут домой?», — шевельнулась в его голове робкая мыслишка. — «Всё же, хоть какое-то спокойствие будет». Шляпа, для которой думы мальчика не были тайной, очнулась от своих размышлений и выдала вконец уставшему и испуганному ребёнку, а заодно и всем вокруг: — Вот что, парень, пойдёшь ты в Небьюлу*. А как освоишься, приходи, распределю тебя на что-то традиционное. Гарри сидел ни жив ни мёртв. Хагрид ничего не говорил об этом факультете. У мальчика было подозрение, что ему таки отказали в поступлении. Он продолжал сидеть на табурете, даже когда профессорка МакГонагалл сняла с него Распределяющую Шляпу, и боялся пошевелиться. Он не прошёл отбор! Теперь Рон отвернётся от него, а как классно они болтали в поезде! Это был его второй друг. И, кажется, последний. Хагрид тоже наверняка разочаровался в нём, а ведь Дурсли оторвутся на Поттере и за поросячий хвост Дадли, и за оставление их без лодки на старом маяке, и за его ненормальность. Гарри осторожно посмотрел по сторонам и наткнулся на недоуменные, а у некоторых и брезгливые, взгляды Гриффиндора, куда ему так советовал пойти добродушный Хагрид. Если бы он продолжил осматривать зал, он бы понял, что большинство учеников удивлены и восхищены результатом его распределения. Но он, испугавшись, снова опустил глаза в пустую тарелку. Ему хотелось спрятаться, исчезнуть, превратиться в ветерок и улететь из зала, подальше от своего позора. Увы, магический выброс был поглощён самим Хогвартсом. Да и в самом деле, что это за безопасность была бы в школе, если бы дети могли аппарировать кто куда хочет, особенно случайно? — Мистер Поттер! — потрясла его Минерва. Мальчик-Который-Выжил безучастно поднял голову и равнодушно посмотрел куда-то сквозь неё. — Идите к своему факультету, — она подняла его, взяв за руку, и подтолкнула к пятому, непонятно откуда взявшемуся столу посредине Зала. Гарри сидел за ним совершенно один. Он опустил голову вниз, чтобы не видеть осуждающих взглядов других, однако продолжал их чувствовать кожей. Директор наконец вернул себе самообладание, прокашлялся и произнёс традиционную торжественную речь, после чего хлопнул в ладоши. Перед мальчиком появилась тарелка с едой. Он медленно жевал, не чувствуя вкуса. Кусок не лез в горло, а Гарри едва сдерживал слёзы. Что с ним теперь будет? Вернут ли его Дурслям? А если да, то почему его оставили на пиру? Ведь это лишние траты продуктов на него, такого бесполезного, бездарного урода! Глаза защипало с новой силой от разлившейся в груди острой боли. Мальчик судорожно вздохнул и усилием воли заставил себя не расплакаться. Нельзя, нельзя показывать слабость, давать остальным повод для насмешек! Он не заметил, как все уже поели и старосты отвели учениц в гостиные. Не слышал, как директор, посовещавшись с преподавательницами, подошёл к нему вместе с Минервой и Хагридом. Очнулся, лишь когда полувеликан положил свою огромную тяжёлую руку ему на плечо. Гарри со страхом посмотрел на собравшихся вокруг него взрослых. В их взглядах читалось недоумение, беспокойство и… тепло? Да нет, не может такого быть! Никто никогда не смотрел на него так. Должно быть, ему просто кажется от переутомления. — Гарри, — тепло улыбнулся ему Альбус, — ты особенный. Шляпа давно не давала никому времени подумать, подготовиться. Так как Небьюла даёт право выбрать, ты будешь жить в гостиных четырёх факультетов поочерёдно. Расписание тоже будет меняться, ты будешь ходить на уроки вместе со своими одногруппниками. Профессор Дамблдор замолчал и в разговор вступила профессорка МакГонагалл: — Мистер Поттер, такая честь выпадает далеко не каждому. Думаю, заработанные Вами баллы стоит определять в копилку тех, с кем Вы будете проживать. Первым будет Гриффиндор, затем Пуффендуй, Когтевран и, наконец, Слизерин. По одной неделе в каждом. Через месяц придёте к Распределяющей Шляпе, возможно, она назовёт Вам что-то… более определённое. Хагрид шумно всхлипнул, и добавил свою лепту: — Ты там это, Гарри, не посрами честь своего… своих этих, факультетов. Хоть это даже Слизерин будет, вот, — он скривился, будто лимон проглотил. — Мистер Поттер, — профессорка МакГонагалл потянула его за руку, — вставайте, я отведу Вас в гостиную Гриффиндора. — Иди, Гарри, — Дамблдор умилённо посмотрел на него. — Покойных** снов. — Доброй ночи, сэр, — на автопилоте ответил мальчик и поплёлся за преподавательницей. Он решительно ничего не понимал. Что значит «никуда не определили»? Что Рон подумает о нём? Что он совсем никуда не годится. А ведь его друг был одним из тех, кто смотрел на него осуждающим взглядом. Что же теперь будет? Как ему жить? Его ведь не выгонят, правда? Он только повстречал сказку и совсем не хотел с ней расставаться. За этими невесёлыми думами он не заметил, как они дошли до башни. — Гордость и честь. — Полная Дама важно кивнула и отошла в сторону. Минерва отогнула портрет и вошла в гостиную, ведя за собой Гарри. На неё тут же уставились ученики со второго по седьмой курс. Первокурсники, получившие наставления у старост, уже ушли спать. — Мистер Поттер будет учиться сперва на нашем факультете, поприветствуем его! — громко обратилась она к присутствующим. Не успела профессорка договорить, как поднялся невообразимый гвалт и мальчику захотелось заткнуть уши, но его правую руку всё ещё держала преподавательница. Все разом бросились к нему, норовя похлопать по плечу и потрясти руку. МакГонагалл отпустила его и отступила в тень, бросив Гарри на растерзание поклонникам. Он оглох на одно ухо от шума и несколько раз чуть не упал из-за чьих-то сильных хлопков. Из человеческого водоворота его вытащил тёмнокожий мальчик, на вид чуть старше его самого. — Эй, вы! Хватит пацана тискать, замучаете! — звонко выкрикнул спаситель и неожиданно резко дёрнул его к стене. Мальчик-Который-Выжил, не удержавшись на ногах, всё-таки шлёпнулся на пол. Толпа тут же бросилась его поднимать, но он шустро вскочил сам и спрятался за этим парнем. Гарри сильно устал и хотел спать, а не выслушивать комплименты, даже не зная, почему он так популярен. — Дин Томас, — представился «ангел» и, ненавязчиво оттолкнув поклонниц, увлёк его в общую спальню. Так началась учёба Гарри Поттера. На Пуффендуе, как и в Когтевране, его приняли почти равнодушно, в сравнении с Гриффиндором. А вот на Слизерине упорно пытались переманить на свою сторону и выведать его взгляды о магглорождённых. Гарри упорно молчал, мысленно молясь, чтобы его не отправили туда насовсем. Изменить решение Шляпы было очень трудно, как он уже знал. Через положенный месяц он снова надел Распределяющую Шляпу под выжидающими взглядами Большого Зала… — Гарри! Гарри! — он открыл глаза и увидел перед собой Рона, трясшего его за плечо. — Мы уже почти приехали, староста сказала, нужно переодеться. Мальчик сел, сонно моргая глазами и вспоминая свою учёбу. Так выходит, незаконченное распределение ему приснилось? Он всё ещё едет на поезде в Хогвартс и не знает, куда его примут. Гарри на минуту снова испугался, что его не возьмут, однако тут же успокоился. Не возьмут — попросит Шляпу отправить его на Небьюлу! Почему-то он был уверен, что сон — правдивый, а такой факультет действительно существует в школе. Через полчаса он снова вышел на зов профессорки МакГонагалл и сел на табурет. На его вопрос о загадочном распределении во сне Шляпа надолго замолчала, а затем задумалась: «Нет, юноша, ничего такого в Хогвартсе нет. Однако, интересная идея, почему мы до этого не додумались? Ах, да…» — ГРИФФИНДОР! — Гарри пошёл к столу, оформленному в красно-золотых тонах, под приветственные выкрики и свист. Как покажет время, в чём-то сон был прав: на четвёртом курсе Рон ненадолго отвернётся от Гарри и первые несколько месяцев будет смотреть на него точно так же презрительно и непонимающе.