Лучший друг

      За окном светила луна, а это значит что настало время готовиться ко сну. Розововолосый принц достал выглаженное и постиранное постельное белье, насладился его нежностью в руках и уложил его на кровать. Первой из стопки пропала простынь, следом пододеяльник и последними были широкие наволочки на пуховые подушки. — Ох, — потянулся принц, — идеально. Хотя…       Парень задумался, прикладывая пальцы к подбородку. И после недолго размышления скинул с себя штаны, оставаясь в одной пижамной футболке. На ночь он растрепал свои уложенные волосы и заполз под прохладное одеяло. — А вот теперь… — тихо бросил он обрывок фразы.       Сейчас эта картина казалась для него пределом мечтаний. Постельное белье пахнет ягодами, из окна дует слегка прохладный летний ветерок и вокруг ни души. Однако, не каждая мечта сбывается.       Позже с улицы стали доноситься странные звуки. Складывалось такое ощущение, что по ту сторону ставней разносился звонкий стук по черепице, шорохи и громкие шаги. Это не казалось бы странным, если бы Гамболл не жил в башне. На такой высоте стражей не бывает, так хорошо звуки ходьбы снизу принцу никогда не приходилось слышать.       Его терпение треснуло когда сладкий сон прервал очередной противный звук. Он выпутался из-под одеяла и стремительным шагом направился к окну, чтобы поймать виновника. Оставалось лишь открыть окно, но… Картина, которую увидел принц явно не стоила его злости.       Прямо перед ним на черепице медленно доползал до окна вампир, Маршалл Ли. Принц был рад его появлению, но виду черноволосого можно было не завидовать. Все тело было в ссадинах, мелких порезах и свежих синяках. Одежда была порвана: одного рукава на прежде целой рубашке не хватало, джинсы продраны на коленях, а вся остальная ткань кропила дырами. Кровь сочилась из заострённого носа, одежда была в кровяных разводах, а по лбу сочилась тонкая струйка аналогичной жидкости. Истерзанный в клочья парень был измазан в грязи и зелёных пятнах от травы, будто бы его скинули в овраг и заставили ползти по полю.       Когда брюнет поднял глаза на своего друга, Гамболл ужаснулся. Он впервые увидел, как в зрачках Маршалла потухла притягательная искра. Эти глаза всегда горели, а сейчас, словно умерли.       Принц прикрыл свой рот руками, чтобы сдержать оглушительный крик и через силу вытянул одну кисть. Он так хотел дотронуться до бледной кожи, но в то же время так переживал, что любое его прикосновение будет болезненным. — М… Ма… Марш..шалл…? — тихо выпустил из себя розововолосый.       В ответ он услышал лишь глухой стон сквозь клыки, на большее побитого парня не хватило. Гамболл выпал из ступора и спешно потянулся к раненному другу. Он подхватил его под руки, аккуратно прижал к себе и вытянул его с улицы. Когда потрёпанный парень оказался внутри нежно розового интерьера, Гам закинул его руку к себе на плечи и, прихватив его за талию, уложил в кровать. Новое белье сейчас не играло никакой роли, главной задачей была хоть какая-то помощь. — Что… Что с тобой случ..чилось, Маршалл? — запинаясь спросил Гам, убирая черные, окровавленные волосы с его лица. — Просто помоги мне, Гам… — Я… Да, ты прав. Извини, я забыл как думать… я за аптечкой. И вернусь. Ты только не вставай…       «Как будто я могу…» пронеслось в голове Маршалла и он прикрыл свои глаза. Порывшись в своих ящиках, Гамболл нашел аптечку и мигом метнулся обратно. Оставив все необходимое на кровати он следом принес тазик воды и много полотенец. Чтобы полностью обмыть окровавленное тело, принц разрезал всю одежду и аккуратно вытянул ее из-под избитого брюнета.       После этого он занялся чужим лицом. Чтобы ему самому было удобно, он сел у изголовья кровати, скрестил ноги и положил на них подушку, после перекладываяя голову Ли ближе к себе. Он достал хлопковое полотенце из таза с теплой водой, слегка отжал его и стал вытирать чужое лицо, проходясь по каждой ссадине. Вампир иногда рычал, фыркал и жмурился от острых ощущений.       Лицо было чистым, дело оставалось за самым сложным. Уставший Маршалл самостоятельно выпрямился и дал возможность обработать каждую часть тела. На это ушло больше времени, значительно больше. Тазик с окровавленной водой пришлось заменить, в расход ушли и пара полотенец, но, как итог, на теле не оставалось следов крови.        Осталось самая лёгкая, пусть и не самая приятная часть всей процедуры. Принц достал все свои заживляющие мази, бинты разных размеров и клейкие пластыри, ну, а дальше стал латать каждую пробоину чужого тела. Каждый порез и синяк был прикрыт мазью, открытые ранки заклеены пластырем и большая часть тела перемотанна бинтами. К счастью, переломов Гам не нашел, пока обрабатывал тело. Но так же и не узнал причину этого состояния, всего внешнего вида своего друга.       Остались лишь глубокие раны, которые пластырями не заклеить. Смущённый принц помешкался и все же спросил разрешения зашить порезы. На его удачу, Ли согласился, удерживаясь в положении сидя, но шатаясь. Для сдерживания крика и стонов, Гамболл предложил своему другу подержать во рту тряпку, на что тот согласился. От каждого прокола бледной кожи вампир содрогался, рычал и хватался за одежду, лишь бы унять боль. От вида более глубоких ран у принца жвачки все больше крутился на языке вопрос, как это все произошло?       Но тут в комнату ворвалась мятная лакей. Она хвасталась то за лицо, то за голову, то за горло и в коне концов согнулась, опираясь руками на собственные колени. — Принц Гамболл! Принц Гамболл! — вопила она. — Я тебя слушаю, дорогая. — Сдержанно сказал он, обрезая последнюю нитку и укладывая друга на подушки. — Недалеко от нашего замка… Вы просто не поверите! — запыхалась она. — Там за воротами, недалеко… Там перебита целая армия. Они точно хотели напасть на нас, но не дошли. Кто-то сровнял их с землёй в лесу… Представляете? Что прикажете делать? — Ам… — задумался принц. — Ты свободна, лакей. — Вы уверены? — Замялась она. — Уверен.       Гам улыбнулся ей и проводил ее взглядом, а после взглянул на друга, который пытался отвернуться и спрятать покрасневшее лицо. Брови принца съехались, а он скрестил руки, разворачивая голову брюнета к себе. — Твоих рук дело? Ох, да, конечно же, твоих. Зачем? Зачем ты в одиночку лезешь на гору существ? Моя армия подготовлена к такому, мои солдаты обучены. — смолк он. — Ты мог умереть! — Я знаю, но… Я просто помог, сдержал их… Я бы не позволил своего… Лучшего друга трогать… — отвёл глаза тот вновь. — Лучшего друга, говоришь? — улыбнулся Гамболл.       Маршалл перевел на него непонимающим взгляд и стал рассматривать его улыбку. Розововолосый убрал чужие волосы со лба и продолжил свою речь. — А мне рассказывали, что какой-то страшный монстр проникает в мою комнату ночью и наблюдает, как я сплю. Описывают его, как яркоглазое и остроухое существо, имеющее, предположительно, красные и синие элементы одежды. Не хочешь объясниться? — Ну я… Я… Ам… Я… — стал стыдиться Ли. — Ну же?       Гамболл нарочно поторопил друга, а потом аккуратно уложил свою ладонь на его руку. Их пальцы переплелись и розовые щеки покрылись румянцем. — Давно я тебе нравлюсь? — поинтересовался принц. — Очень давно…       Скованный ответ брюнета развеселил краснощекого парня и в порыве эмоций он склонился к нему и аккуратно чмокнул его в пухлую щеку. Когда чмок был окончен, и Гам оторвался от чужого лица, то наконец-то увидел, как в глазах засияли прежние огоньки. Черные глаза засветились и Маршалл радостно притянул к себе своего лекаря, целуя его в губы.       Он был так рад, что чувства взаимны, его радости не было предела, несмотря на боль всего тела. Гамболлу эти чувства тоже пошли на пользу, ведь он наконец в них разобрался. Впервые он почувствовал жар в груди от поцелуев, в то время, как Маршалл впервые раскрылся.       Они разорвали поцелуй и стали улыбаться друг другу, хихикая. Принц так ценил всю эту заботу, отвагу и нежность, что ему казалось, будто он вот-вот растает. — Спасибо, Марш… Ты очень смелый или очень глупый. Я ещё не определился.       Маршалл вновь засмущался и отвёл глаза. Его бабочки в животе не давали ему покоя, а этот глубокий взгляд его друга заставлял краснеть ещё сильнее. Ох и не привык вампир получать похвалу.       За пару минут Гамболл перестелил все постельное белье и они мирно улеглись на кровати. Бледный парень лег в гору подушек и аккуратно прижал к себе чужое тело за талию, а сам принц перекинул ногу через его торс и лег так, чтобы задеть меньше его ранок. — Люблю тебя, мой рыцарь — нежно сказал сонный Гам. — А я тебя, мой… Принц? — усмехнулся он, утыкаясь в чужие волосы носом и, засыпая следом.