Их шрамы

В их спальне царила атмосфера либо тёплой нежности, либо обжигающей страсти. И одно перетекало в другое. Стивен был настоящим волшебником, в одно время лёгкими прикосновениями успокаивая и усыпляя, а в другое — разжигая пламя желания и возбуждения. Зависит от настроения, а главное от желаний его избранника. Тони положил голову на грудь Стрэнджа, немного поёрзал и прикрыл глаза. Подрагивающая рука легла на чёрную макушку, пальцы, очерченные шрамами, зарывались в слегка жесткие волосы. Тёплая рука Старка нежно перехватила холодную ладонь Стивена и поднесла к своим губам. Заботливые и осторожные поцелуи стали накрывать шрамы и линии на руке, на что маг тихо выдохнул. — Что-то не так, Мэрлин? — Тони сплёл их пальцы и подтянулся повыше так, что его волосы стали слегка щекотать лицо Стрэндж. — Всё хорошо, дровосек. — нежный поцелуй в щёку. — Мне не нравится, что ты до сих пор так дёргаешься, когда я целую твои руки, но не говоришь, чтобы я прекратил. — Не хочу, чтобы ты прекращал. Просто... эти руки, как бы это сказать... уродливы. Шрамы, дрожь. Жалкое зрелище. — Я всегда думал, что доктора умные, все на знаниях. — А это тут причём? — Притом, что ты дурак. Я люблю твои руки ничуть не меньше всего остального. Твои золотистые перчатки выглядят ещё более ужасно, — Стивен на это слабо улыбнулся и зарылся носом в волосы любимого. — Как скажешь, Тони. Свободная рука мага заползла под майку Старка, накрыв шрамы от реактора. Гений на это вздрогнул и сильнее сжал руку Стрэнджа в своей, но медленно снова расслабился, понимая, что его колдун не сделает больно. Холодные пальцы нежно гладили остатки операции, выводя странные узоры на груди. Хоть золотые перчатки Стивена были уродливы, но руки под ними действительно золото. Даже такими лёгкими и нежными прикосновениями доктор срывал с губ Старка тихие стоны, так приятно это было. — Я люблю тебя, Стивен, — тихо прошептал Тони, сплетая пальцы уже и со второй рукой Стрэнджа.