Выбор. Без сожалений

— Привет, Грейнджер, — бросает Драко. — Поттер, — привычно поправляет Гермиона. Малфой садится рядом за столик. Его не смущает, что у Гермионы может быть встреча, что она кого-то ждет. Его наглость порой поражает. Хотя она могла бы уже привыкнуть. За столько-то лет. — Ждешь кого-нибудь? Нет, Гермиона никого не ждала. Хотелось посидеть одной. Поразмыслить, что же ей делать дальше. Как быть и куда податься. Любимый муж вчера поставил точку в их и так фиктивном браке. Вилка скользнула по тарелке, вызвав отвратительный звук, отчего Гермиона вздрогнула, будто очнулась. Посмотрела на Драко загнанным взглядом и снова опустила глаза к тарелке. — А-а-а… — протянул молодой человек. — Понятно. Поттер все-таки решился? Гермиона кивнула и еще больше сгорбилась. Она выглядела словно маленький, зажатый в угол зверек. И не вырваться, и не огрызнуться. Не очень расторопный официант, наконец-то, принес меню Драко и встал рядом со столиком. Малфой отвлекся от созерцания кудрявой макушки и сделал заказ. — Грейнджер, — протянул Драко, — оторви взгляд от стола. Ведь перед тобой сижу я — такой ослепительный и восхитительный. Гермиона робко улыбнулась, но голову так и не подняла. Драко уже устал держать доброжелательную улыбку на губах. Для кого и старается? Ведь кому она предназначена так и не смотрит на него. — Может мне с ним поговорить? — рискнул Драко и улыбнулся, когда девушка резко подняла голову. — Не смей, — прошептала она. — Не нужно. Он сам так решил. — То есть он без тебя решил? Гермиона кивнула. — Мы с самого начала договаривались, что как одержим победу — разведемся. — И почему ты сейчас ему ничего не сказала? — Он Джинни любит, — прошептала она, а по щекам потекли слезы. Драко поморщился, но промолчал. А что сейчас можно сказать? Отпусти его? Найдется кто-то лучше Поттера, который будет любить тебя такую, какая ты есть: со всеми тараканами в кучерявой голове, со всеми книжками, разбросанными по всем горизонтальным поверхностям, с командирским и приказным тоном, будто кругом одни дураки, которые даже пятку на собственной ноге без карты найти не могут. С этим курносым носиком, обсыпанным маленькими веснушками. Или с этими выразительными огромными глазами, цвета застывшего янтаря. Что ей сказать сейчас? Отбей его у Уизли. А зачем? Зачем помогать сопернику. Гермиона сильная. Она справится. Может не сейчас, но время лечит. Залечит и эту любовь — нездоровую, обременительную — к Поттеру. Заживет своей жизнью. Свободной, красивой. А зачем тебе это, Драко? Малфой потер переносицу, провел рукой по волосам. Любовь? Дружба? Что ты испытываешь к ней, Драко? Тебе самому это нужно? Если сам не любишь — или любишь? — зачем держишь? Зачем травишь себе душу? Смотришь в эти печальные, огромные глаза и готов горы свернуть, не то что с Поттером поговорить. — Прекрати реветь, — устало произнес Драко. — Ты же знаешь, как я не люблю твои слезы. Гермиона чуть заметно улыбнулась, хлюпнула носом и отпила чай из чашки. Малфой — всегда остается Малфоем. Гермиона вспомнила как иногда — совсем не часто! — её защищал Драко, как он рявкал на Гарри, когда тот неосторожным словом или действием расстраивал её, Гермиону, выражение лица Поттера было бесценно. От этих воспоминаний она улыбнулась еще шире. И решила грустные мысли отложить на потом, когда будет одна, тогда и будет упиваться жалостью к себе. Но пока нельзя, а то чего доброго Малфой и правда побежит к Гарри. — Рассказывай, Грейнджер, — сказал Драко, отхлебнув обжигающе-горячий горький кофе.

***

«Не успел, черт возьми!» — подумал Малфой, направляясь к лифтам. Эти идиоты уже успели развестись, не то что подать заявление на развод! Великий Мерлин! Лицо Грейнджер — теперь уже точно — не забыть. Такого пустого взгляда он у неё никогда не видел. А Поттер сиял как начищенный галлеон. Непроходимый тупица! Малфой уже хотел развернуться и последовать за Гермионой, — ну, к черту этот аврорат! — и поговорить, или успокоить, или вообще забрать её куда-нибудь далеко-далеко от этих Поттеров, Уизли и всех прочих. Но в последний момент передумал. Сейчас у них, возможно, начнутся после-семейные разборки и он будет совершенно не к месту со своим утешением. — Отдел магического правопорядка — произнес механический голос и Драко вышел из лифта.

***

Хоть Малфои и лишились многого после войны, но не всего. Все-таки некоторые связи остались и они очень помогли Драко в поисках Гермионы. Он догадывался, что она где-то в Австралии, но где именно не знал. Тогда и понадобились знакомые, чтобы разузнать, куда поспешно подевалась ведьма сразу после развода. Через несколько дней её нашли, и Драко занял выжидательную позицию. Гермиона не выходила из дома, и Поттер не появлялся. Узнав, что тот живет у Уизли, Драко только в бешенстве скрипнул зубами. Он не знал, зачем так печется о благополучии Поттера. Ведь если бы был хоть маленький шанс, что Гермиона будет с ним, то он бы не раздумывал ни секунды. Но судьба — злодейка. Гермиона любит Поттера, а предприимчивый отец уже подыскал ему невесту. Как всегда Драко стоял на распутье и делал выбор. Выбор, который он не желал делать. Вся его жизнь состояла из того, что правильно, и из того, что нужно, во имя семьи или личной нужды. И всегда, везде, в любом споре он выбирал семью. Но Гермиона Грейнджер уже стала его семьей, его душой и теперь её благополучие, её счастье стоит для него во главе всего. Он отпустит её. Без сожалений.

***

— Не ожидала тебя так скоро увидеть, Малфой.