Не тонуть, а плыть.

– Ааа, ты издеваешься? – голова болела от похмелья после вчерашнего "интересного" вечера. Сейчас же мне было совсем не до дружеских посиделок, однако ему я отказать не могла, поэтому сидела на своем диване, обнимая стакан с таблеткой. – Фил, какой из меня учитель? Чему я их там учить буду? Как правильно пить, чтоб на утро башка не раскалывалась? – я поморщилась, головная боль от этих слов ещё больше давила на меня. – Ты прекрасный учитель, не выдумай. – Не неси бред, Филипп. Ты же знаешь, что я ничего не знаю. – Ты это своему диплому с педагогическим образованием скажи. Каролин, я вот серьезно не понимаю, отдать шесть лет институту, чтобы потом не заниматься этим от слова "совсем"? – Фил сидел напротив меня в кресле, вынуждающе глядя на мою физиономию. Эх, друг мой, как же хотелось послать тебя сейчас. Припереться ко мне в восемь часов утра, да ещё и в воскресенье? Алло, братан, я только три часа назад легла! Но просто послать его я не могу. При всей моей злости сейчас, я понимала, что это некрасиво. Филипп – мой давний хороший друг. Мы познакомились с ним почти десять лет назад. По сути, он является мне там каким то родственником по десятой линии бабушки, но мы наше общение привыкли за десять лет сводить просто к очень близкой дружбе. Впервые мы встретились, когда мне было 14, а ему 26. Несмотря на такую большую разницу в возрасте, мы достаточно быстро нашли общий язык. Он был рядом в трудную минуту, всегда помогал, даже когда этого не требовалось. Да что уж там, даже своего первого парня я познакомила сначала с ним, а уж потом с родителями. Сам Филипп уже к тому времени закончил педагогический и даже работал в школе, поэтому, когда в моей жизни настал момент выбора будущего, я послушала и доверилась ему. Таким макаром я поступила на учителя. Закончить институт, я его закончила, но вот идти работать по специальности не хотелось совсем. Всю свою жизнь я занималась вокалом. Мне всегда нравилось держать микрофон в руках, изображая из себя великую артистку, и горлопанить на весь дом так, что соседи вызывали полицию. К сожалению, родители были против моего настроя стать певицей. Филипп тоже объяснял это тем, что профессия чисто на удачу, ведь шанс пробиться куда-то был один к миллиону. Больше у меня ни к чему не лежала душа, кроме как музыки, и поэтому, предложение Фила идти в пед зашло родителям, ну а я, как послушная девочка взяла и согласилась. Вот так, протерпев шесть лет каторги, я вышла квалифицированным учителем русского языка и литературы, блять. Ага, самой смешно. – Я хотела другим заниматься, если что, – я обиженно посмотрела на друга, размышляя над тем, о чем думала. – Мы вроде это уже проходили и не раз, ты понимаешь.. – Да-да, я помню, один шанс на миллион, можешь прогореть, тыры-пыры и дальше по списку, – я перебила его, не дав закончить, – но, Фил, блин, какой нахрен из меня учитель, повторюсь? У меня никакого опыта нет, я человек, только недавно окончивший институт. – Я помогу тебе, сначала будет нелегко, но мы справимся, – Филипп присел возле меня на коленки и взял мои руки в свои ладошки, – я же буду всегда рядом. – Ладно, Фил. Только ради тебя. Мужчина широко улыбнулся и радостно полез с объятиями. – Расскажи хоть что-нибудь тогда про свою школу, чтобы я знала к чему готовиться. Я встала с дивана и направилась в сторону кухни, чтобы сделать кофе. Филипп, повторяя за мной, тоже оказался на кухне. Конечно, перспектива отдать себя на целый год в школьное рабство меня не радовала, но мне было сложно отказать человеку, которые отдал мне и моим проблемам чуть ли не половину своей жизни. За десять лет педагогического стажа Филипп Бедросович сильно поднялся по карьерной лестнице. Начиная свой путь от учителя-парня без опыта, он отслужил школе почти семь лет. За это время он сумел достичь такой цели как заместитель директора, однако, дальше ему двигаться не удавалось, и наплевав на мнение всех, он решил открыть свою школу. Заручившись таким неплохим кредитом, Филипп построил частную школу в спальном районе Москвы, и сейчас, вот уже почти три года, эта школа является одной из самых элитных и популярных школ на районе. – Школа как школа, всё как везде. 22 класса, 450 человек. Так то всё обычное, только вот с преподавательским составом проблемы, учителей не хватает. – А почему? Вроде школа элитная, зарплата тоже ничего так.. – я поставила кружку напротив Фила и присела за стол к нему. – Да кто его знает, – Филипп сделал глоток и обжёгся, – Чёрт. – Извини, держи, – я передала ему салфетки. – Вообщем, Каролин, я думаю, что ты сама все узнаешь потом, – он глянул на часы, которые висели на кухне, – а сейчас мне уже пора, нужно ещё документы твои оформить. Первое сентября уже не за горами. Я ещё позвоню, конечно, но ты всё равно не забудь. И гардероб себе обнови, а то я знаю твой стиль, поверь, в таком учителям не положено. Я лишь демонстративно закатила глаза. – Иди уже, позволь мне насладится последними днями свободы. – Всё, побежал, – он дотронулся своими губами до моей щеки, его губы тронула улыбка, – план скину позже, не скучай. – Куда уж там, – я закрыла дверь и, наконец, вернулась на свою законную кровать, позволяя себе продолжить то, отчего меня так нагло оторвали..