Мы влюбились, как дети.

— Я, пожалуй, принесу тебе сухую одежду, а то простудишься ещё. Раздевайся пока. Даня разделся, решив не расставаться с майкой и нижним бельём. (ненадолго. ( ͡° ͜ʖ ͡°)) Так как Миша был только в боксерах - Рэнделл возбудился. Он прикрылся полотенцем, надеясь, что не привлечёт таким образом излишнего внимания со стороны своего друга, который теперь приходится ему и соседом. Совергон вышел из ванной и, несмотря на все попытки не смотреть ниже лица Рэнделла, он смотрел туда, ведь взгляд так привлекала эта мокрая майка... Она так красиво обтягивала мускулистое тело. Мишу моментально посетила мысль, как приятно было бы прижиматься к этому самому телу, ощущать тепло, исходящее от него. После этого и Миша почувствовал тесноту в трусах. Он тряхнул головой, стараясь прогнать эти навязчивые мысли, взял майку, штаны и какое - то нижнее белье. Прикрыл место, которое могло смутить его друга, пледом. Он заходит в ванную и вручает сухую одежду Дане, все еще прикрываясь. — Я надеюсь на тебя налезет эта одежда, ведь ты накачанный, а я худой дрищ. — Да не дрищ ты! Выйди, пожалуйста, я переоденусь, - воскликнул Даня, а затем покраснел. Миша всё ещё смотрел на этот прекрасный торс. Уже больно терпеть. Он почти вышел, кареглазый, прикрывая таз дверью, положил плед на столик около ванной и благополучно ушёл. В трусах очень тесно. Не смотря на это он поставил чайник на самый слабый огонь и пошёл дрочить. Даня сбросил с себя полотенце и трусы и принялся водить рукой вверх и вниз, постепенно ускоряясь. Так как они оба не скорострелы - это затянулось. Миша кончил и, как ни в чём не бывало, пошёл делать чай. Себе, как обычно, он положил три ложки сахара, кинул по пакетику чая в две кружки и понял, что он не знает сколько сахара класть Рэнделлу. С важным видом Михаил пошел в ванную и, даже не подумав о том, что стоило бы сначала постучаться, смело открыл дверь и увидел перед собой Даню, который был... немного увлечен своей проблемой. Тот сразу перевёл взгляд на него, оба покраснели, да так сильно... Миша громко стукнул дверью. За ней слышалось: "МИША, БЛЯТЬ, КАКОГО ХУЯ ТЫ ТВОРИШЬ?" и куча подобных фраз, но кареглазый даже не слышал его. Из головы никак не могло это выйти, и Совергон был уверен, что не скоро он это забудет. После он одумался, не менее красный, он стал просить прощения, заикаясь и дрожа. Из - за двери послышался вздох, после чего Рэнделл произнес: "Я не обижаюсь на тебя." — Сколько т-тебе лож-жек сахара?.. - всё тем же виноватым голосом произнёс темноволосый. — Две, - сухо ответил сероглазый. Добавив сахар и дождавшись, пока Даня придёт на кухню, виновник протянул ему кружку горячего чая, глупо улыбаясь. Возможно, более разумным в данной ситуации было бы вообще не попадаться на глаза Рэнделлу или хотя бы отвести взгляд в сторону. Но вместо этого Миша осмотрел его с ног до головы. Его одежда всё же оказалась Дане мала и смотрелась на нём неаккуратно или даже глупо, но Мише он казался привлекательным даже в таком виде. Так и не проронив ни слова, они выпили чай и направились в спальню. Всё же, время было ранним. — Слушай, Дань, я очень хочу спать, - Миша зевнул. — Я надеюсь, мы будем спать на разных кроватях, - усмехнулся Даня. — К сожалению - нет. Мы будем спать на одном диване, - совсем не весело сказал Совергон. — Кхм. Я надеюсь, что нам двоим хватит места... - сказал Даня. — Ну, диван довольно просторный. Я принесу плед, - Миша пошел в ванную, ведь там Даня оставил плед. Они легли на диван, и несмотря на то, что между ними было достаточно большое расстояние, они проснулись в горячих объятиях друг друга.