My black prince

Юнги вернулся в Зеленое королевство как только Дэсону исполнилось 6 месяцев и сейчас наводит там порядки. Он действительно поменялся и сейчас Зеленое королевство — зеленое, цветущее. Подданные любят своего короля. Пусть поначалу его правления было все не очень, но сейчас дела наладились и даже про войну с Темным королевством, кажется, все забыли. Когда Юнги уезжал, Чонгук даже обнял его на прощание. Да, скотина, да, урод, да, ублюдок, от которого у твоего мужа ребенок, но за долгий год с небольшим стал почти родным, показав себя с лучшей стороны. Тэхен же чуть не рыдал, отпуская брата, но вида не подал, чтобы Юнги было уезжать легче, а потом две недели ходил бледный и есть отказывался, но Чонгук его старается переубедить. — Тэхен! Если ты есть не будешь, я попрошу Хосока наложить заклинание обжорки! — срывая голос, вопит Чонгук. Заклинание обжорки Хосок вычитал в какой-то древней книге заклинаний совсем недавно и испытал на бедном Чимине. Так тот столько в день ел, что пока Хо пытался снять заклиние, поправился на 5 кг. — Не ори! Ребенка пугаешь! — вопит Тэхен в ответ, да еще и погромче альфы. — Чимин! Забери Дэсона, пусть с Хэрой поиграют, — просит Чонгук сидящего неподалеку рыжего омегу, запихивающего свою доченьку в огороженную песочницу. Рыжий моментально подбегает, выхватывая альфочку из рук папы и исчезает как по щелчку. — Я говорю — тебе нужно кушать, иначе умрешь с голоду, — более нежно произносит Чонгук, подходя к омеге. — Я не могу, у меня живот сильно болит… — скулит омега. — Глупенький, ты, наверное, забыл, почему он болит, — ухмыляется Чонгук. — Что? Не сейчас, — произносит омега, ощущая ноющую боль внизу живота. — Когда была твоя последняя течка? Еще до зачатия Дэсона, и провел ты ее не со мной, — притягивая за талию, альфа шепчет на ухо. — Полтора года прошло как мы поженились, а ты не исполняешь свой супружеский долг, а проценты растут… — проводя кончиком носа по шее, шепчет альфа. — Не сейчас… — скулит Тэхен, когда Чонгук подхватив его под бедра, усаживая на край столешницы. — Отплати мне сполна, — шепчет Гук, прикусывая мочку, а Тэхен рвано выдыхает. Чонгуку буквально сносит крышу и он, подхватив мужа под бедра, заставляя обвить ногами пояс, несет его в их спальню. Закрывая дверь на щеколду, так и не спустив омегу, Гук припадает к желанным губам. Боже… Как давно он этого желал. Один раз он был со своим мужем, всего один, и то в первую брачную ночь. А потом его омегу выкрал Юнги, после тот неожиданно забеременел и не мог принимать никого, кроме отца ребенка, а после родов у него вообще течки полгода не было и он боялся, что половой акт сделает только хуже. И вот железные яйца Чонгука заслужили того, чтобы передаваться как достойное наследие, но сегодня все напряжение он желает снять. Он так долго ждал прикосновений к телу любимого мужа, поцелуев и совместных громких стонов. Гук зверски сминает губы омеги, покусывая и чувствуя привкус металла на губах вперемешку с вкусом вишни. Этим коктейлем он готов наслаждаться вечно. Тэхен несмело отвечает на поцелуй, понемногу прижимаясь к мужу. Чонгуку надоело то, что омега нерешителен, поэтому сам прижимает его к стене, трясь о тело мужа. Животом Гук ощущает возбуждение омеги и начинает потираться своим о попку Тэ, после совершая движения, имитирующие половой акт. Тэхен несдержанно стонет, когда член альфы упирается в его течный зад, заставляя и без того зудящий проход обрадоваться и сочиться еще сильнее после каждого имитированного толчка. Мгновение, и они оба голые на кровати. Тэхен лежит на животе, а Чонгук сверху все также имитирует толчки, прижавшись членом к ложбинке между двух половинок, целует шею, спину, оставляя красные отметины, которые скоро сойдут. Ему до дрожи во всем теле охота, чтобы его метки остались, но метка ставится одним альфой на теле омеги раз и навсегда. Но Тэхен у нас мальчик непростой и заимел сразу двух альф, поэтому Гук не скупится на шлепки по упругой заднице омеги. Гук укладывает Тэ на спину и сверлит взглядом метку Юнги. Обидно. Он медленно целует метку своего омеги, спускаясь к ключицам, закусывая кожу до крови. Тэхен — его собственность. Юнги пометил первый, но Тэхен предназначен ему звездами (как говорил Хосок). И да, когда Гук рассматривал омегу в качестве мужа, Хосок говорил ему, что омега непростой и в его жизни два спутника, что будет сложно, но Чонгук не поверил, настоял на том, что первый спутник — какой-нибудь альфа-подросток, к которому Тэ давно потерял интерес. Но оказалось не так, как желал Чонгук, и в какой-то степени он жалеет. Проходясь поцелуями от ключиц до области паха, альфа рукой медленно ублажает омежку. Тэхен несдержанно стонет, пихаясь в руку мужа. Гук целует тазовые косточки, на которые у него в первую их ночь развился фетиш, и если тогда они выпирали сильно, то сейчас это больше похоже на обтянутые тонкой кожей кости, которые вот-вот и начнут виднеться сквозь бархатистую кожу. Альфа чувствует, как напрягается омега и резко передавливает член у основания. — Обещай, что ты начнешь кушать… — Гуки… Пожалуйста… — скулит омега, пытаясь пихнуться в руку, но та лишь сжимается сильнее. — Обещай! — рычит альфа, проводя языком по раскрасневшейся части члена, легонько мажа языком по уретре. Дразня. — Обещаю… Обещаююю… — стонет Тэ, как только его член выпускают из кулака и накрывают горячим ртом. — Если ты меня будешь кормить лично… — добавляет омега, когда Гук слизывает остатки спермы с губ и, не проглотив, приближается к губам мужа, целуя и делясь вишневой «сладостью». Гук, ехидно улыбнувшись, протягивает Тэхену два пальца, поднося к алым губам. Омега, поняв, что от него требуется, берет в рот, обильно смачивая слюной. Гук медленно проникает сразу на два пальца. Тэхен такой узкий, что если бы он мог, то кончил через пальцы. — Гуки, не хочу… — хнычет омега. — Гуки, вынь…- снова хныканье, и Чонгук уже собирается выполнить просьбу. — Хочу тебя внутри, хочу твой член внутри… — хнычет все жалобней, а Гук уж точно выполнит эту просьбу. Омега толком не разработан и Гук старается очень аккуратно проникнуть в омегу, но как только альфа подставил головку ко входу, Тэхен подался бедрами вперед, насаживаясь. Гук сам немного охренел от действий мужа, зато как тот сладко простонал. — Ты порвался… Давай остановимся, — замечает кровь Гук. — Только попробуй и я уеду к Юнги в гости на месяц! — угрожает Тэхен. Гук, улыбнувшись своему любимому провокатору, начинает медленно набирать темп. *** 17 лет прошло с того момента как Юнги стал отцом, и сегодня у него родилась 5 дочь, Сынми. Пусть в королевстве все считают, что альфа прекрасный отец для единственных 4 детей, никто и не подозревает, что его старший сын живет в другом королевстве и Юнги уделяет ему много внимания как дядя, отчего остальные четверо орут о том, что племянник отцу дороже детей. Но так и есть, Дэсон — (сын) племянник Юнги, которого родил его любимый (омега) братик Тэхен. Не сказать, что Юнги не любит остальных. Он любит, а вот к их папам и матерям не испытывает ни единого искреннего чувства, каждый вечер поглаживая шрам от зубов, который оставил ему на память Тэхен. Это его метка, это его омега поставил. Это осталось в памяти навсегда, пусть и заметно, только если смотреть вплотную, но Юнги помнит об Тэ всегда, каждый день, каждый час, секунду своей жизни. Он любит своего братика и очень скучает. Юнги поменял свое отношение к миру и поэтому оставил Тэхена в лучших руках, способных подарить ему достойную жизнь, любовь и нежность, которую Юнги когда-то убил в брате, а потом медленно возродил, но не до конца, передав в руки нового владельца — Чонгука. Тэхен тоже помнит о Юнги, но теперь как о брате. Даже отцом Дэсона его не считает. Хотя помнит, почему их альфочка особенный. Сейчас Тэ и Гук воспитывают маленького бету — Кимчана, Дэсон активно участвует в этом. Дочь Чимина и Хосока — Хэра, скоро выходит замуж за принца Небесного королевства. Как-то раз на балу, на который были приглашены все представители королевств, малышка Хэра столкнулась с крылатым мальчишкой. Тот снес ее с ног, отчего она упала, а после громко накричала и расплакалась. Мальчик успокоил ее и после очень часто прилетал поиграть, и так 8 лет подряд. Гук не упустил такой привязанности и воплей Хосока о том, что Хэра останется без истинного, потому что он принц, а она прислуга и такая связь неприемлема. Он поговорил с Королем Небесного королевства и тот был рад счастью сына. Джин и Намджун тоже времени не теряли, и через год появления Дэсона обзавелись малышом-омегой — Минхеком, который НЕКО. Да, малыш — волчонок. Когда омежка родился, Джун чуть не убил себя, думая о измене мужа с представителем Королевства волков. Но, как оказалось, Джин был сыном омеги-человека и альфы-волка и перенял больше папиных ген, нежели отцовских, поэтому стал белой вороной в своем королевстве после смерти папы и сбежал, а родители Гука его приютили и вырастили. Сейчас гены его отца передались их с Джуном омежке, и 16-летний неко безумно смешно шевелил ушками, когда испытывал стеснение. Дэсон оказался по максимуму необычным. Мало белесых волос и зеленых глаз, так и управляет огнем, как и Хэра, но та повелевает ветром и является дочерью мага-лекаря, а вот Дэсон по-своему волшебный ребенок. Как-то Дэсон сидел в саду, жонглируя огненными шариками, появляющимися из ладоней, а Минхек поглядывал на это с глазами, полными удивления. Ушки навострились и рот был смешно приоткрыт. У омежки резко свело внизу живота и он уронили разбил стакан с водой, что заботливо нес принцу. С более удивленным лицом он посмотрел на разбитый стакан, подумал о том, что снова попадет, и вновь жуткая боль внизу живота. Запах лаванды резко защекотал нос омежки, а нюх у него не из простых. Минхек медленно поднял глаза на лавочку, но Дэсона уже не было, и омежка, прижавшись спиной к стене, стал медленно втягивать воздух носом. Становилось только дурнее, в штанах непроизвольное напряжение, а запах лаванды колет легкие. Приятно. — Сученька потекла… — послышался хриплый голос, такой же, как и у отца - обладателя голоса. Дэсон и характер перенял от Юнги, пусть и воспитывает его Гук, но дядя Юнги всегда казался ему роднее. Поэтому повадки и примеры он всегда брал с доброго, грубого и дерзкого дяди-блондина. — Испарись… — шипит Минхек. Хотя полностью осознает, что за эти две секунды рядом с Дэсоном стало легче. — Нехорошо следить за человеком, а потом прогонять, тем более если он знает о первом, — Дэсон подошел ближе, присев на колени перед омегой. — Как? — тихо проскулил Минхек, расширяя глаза с красивой темной обводкой радужки. — Я всегда чувствую тебя, когда твои ушки где-то рядом, — хмыкает Дэсон, поглаживая одно из ушек омеги. Минхек еще сильнее сгибается пополам после очередного спазма. -Тебе помочь? — интересуется Дэсон. — Пожалуйста… Прекрати это… — хнычет волчонок. Дэсон, усмехнувшись, подхватывает омегу на руки и несет в свою комнату, укладывая на кровать. — Сейчас схожу к лекарю. Скажу, что с тобой, — бросает блондин, разворачиваясь к проходу. — Стой! — его хватают за рукав рубашки. — Я не выдержу, если ты уйдешь, останься… — тихо просит Минхек и жмется к руке. — Я не железный, а ты девственник, — хмычет альфа. — Помоги… Я не против, ты мне очень давно нравишься, я… я… я хочу, чтобы это был именно ты… — тихо шепчет омега. Альфа, не ответив ни слова, медленно приближается к губам омеги, целуя. Оба совершают все действия неумело, но примерно Дэсону дядя Юнги все рассказал. Альфа проникает языком в рот омеги, сплетая. Забирается на кровать и садится на бедра волчонка, расстегивая маленькие пуговички рубашки одну за другой. Омега наблюдает за движениями Дэсона, пытаясь повторять действия. Казалось бы, на неумелые действия они затратили около часа, хотя прошло лишь 10 минут, но оба нагие и поменялись местами. Дэсон прижимает к себе голое тело омеги и садится, затягивая в поцелуй. Оба возбуждены и, стараясь снять это напряжение, возбуждаются еще больше, так что начинает жестко крыть обоих. Теперь они действуют не по инструкции Юнги, а по животным инстинктам. Дэсон подминает под себя Минхека, спускаясь поцелуями по телу и ловя стон, когда нечаянно задевает член омеги губами. Заметив понравившуюся реакцию на такое прикосновение, Дэсон принимается целовать налившуюся кровью головку, спускаясь поцелуями вниз по стволу. Омега несдержанно стонет, когда губы усиленно присасываются, а после с влажным чмоком отрывается от головки. Дэсон спускается ниже, слегка лизнув колечко мышц, из которого обильно сочится смазка. Альфа подставляет два пальца к девственному проходу, проникая. Омега выгибается дугой от неприятных ощущений, но не показывает этого, позволяя альфе продолжать. Дэсон двигает в Минхеке пальцами на манере ножниц, растягивая и поспешно заменяя их своим членом, отвлекая омегу мокрым поцелуем. *** 2 года спустя. — Папа, отец, я хочу жениться на Минхеке,— заявляет альфа родителям. — Ого, с чего такие решения? — вздымает бровь Чонгук. — Я его люблю и мы вместе, — отвечает Дэсон. — И как давно? — задает вопрос Юнги, приехавший в гости к племяннику. — Два года. Он мой истинный, — продолжает альфа. — Я же говорил! Балбесы! Знайте, папа всегда прав! — завопил Тэхен. — Не, мы почти же угадали, да, Юнги? — произносит Гук, вопросительно смотря на блондина, кивающего в ответ. — Что происходит? — спрашивает ошарашенный альфа. — Что-что. Спор у нас был, сколько вы от нас это скрывать будете, — фырчит Юнги. — Так вы знали? — удивлен альфа. — Тут не узнаешь, когда комната сы… племянника напротив твоей, а оттуда вечно мандаринами несет и сек… соитием, — продолжает Юнги. — Так каков ваш ответ? — немного покраснев, спрашивает альфа. — Беги к Минхеку и скажи, что все за. Джин с Намджуном тоже, мы уже это обсуждали, — дослушав ответ родителя, альфа как испарился, а Тэхен с улыбкой продолжил, только уже для взрослых альф. — Хочу двойное проникновение, — заявляет Тэ. — Опять…- фыркает Гук. — Я не против, тем более приезжал в последний раз два месяца назад, — подает голос Юнги. — Ты должен был насладиться моим братиком сполна. Не хочешь, мы вдвоем поиграем… — улыбнувшись, Юнги повернулся к Гуку. — Нет уж. Если и будете ебаться, то с моим участием… — улыбаясь, отвечает Темный король, которого совратили грязные игры двух братьев, так полюбившихся ему со временем, что теперь альфы — лучшие друзья, делящие одного омегу на двоих. Одного истинного на двоих. Одну любовь на троих.