Наблюдение

Опять дежурство в ночь, Киноварь не верит, что до сих пор это делает. Она до сих пор верит, что о ней кто-то вспомнит, что ей помогут… Ведь Фосфофиллит давала слово. Да, безусловно глупо было ей поверить, но самоцвет с красными волосами никак не могла перестать. Она ждала и долго верила, что о ней вспомнят и за ней придут, ей найдут занятие, и она перестанет быть опасной. После того, как стало ясно… Фосфофиллит забрали, когда она ушла в море. Киноварь продолжала дежурить, лунарианцы все равно, как назло не собирались её забирать. Будто в усмешку. После этого стала приходить Алма к своей ровеснице, рассказывать истории, новости. Кино, правда, не хотела их слушать. — Если будут новенькие, ты о чем им расскажешь? — лучезарно улыбнулась Алмаз, она уходила в школу. Желли, наверняка, её уже заждалась. Следующей встречи ровесниц не было. Желли и Алму забрали на Луну новым типом. Убежать они не успели, придти к ним на помощь, также, никто не успел… Молоды, юны… Желли не была рекордсменкой в возрасте среди самоцветов, были и те, кто и до неё был дольше. Но Киноварь понимала, что теперь, к ней мало кто будет ходить… Пока не через несколько, вечно долгих сотен лет, не появилась маленькая, фигурка молоденького самоцвета. Глубокая ночь, белые переливы, что исходили от волос новенькой, ярко освещали все… Киноварь сразу поняла, что перед ней кто-то из Алмазов, но кто? Когда Кино подошла поближе, то фигурка новенькой её изумила. Малютка очень плохо спала, бродила в темной ночи, чтобы найти Киноварь, и нашла… В молодом самоцвете есть черты Фосфофиллит, искренность, упорство и любознательность. Белый Алмаз хотела узнать о растениях, что есть у пещеры Киноварь и записать об этом. Напарника, пока-что нет, занятия тоже… Что же рассказать? Что посоветовать? В прошлый раз, когда Киноварь побросалась словами, Фосфофиллит забрали. Белый Алмаз имеет потенциал стать куда полезнее Фосф, но она ещё юна. Сто четыре годика, и при этом белая… — Может, Киноварь, ты сможешь дать мне идею для моего занятия? — Белый Алмаз осторожна, она не хочет запачкаться выделениями Кино. Благоразумна… — Ты зимой тоже плохо спишь? — малышка кивнула, а красный самоцвет потерла переносицу от напряжения. Алмазы у Лунарианцев в почете, зимой они, конечно, редко появляются, и есть Антарк, но Белый Алмаз, должна обладать большой удачей. — Зимой тоже есть дежурства, может в них твое занятие, но оно очень опасно. — Я учту, спасибо, Киноварь, за информацию, — молодой самоцвет согласно кивнула головой и пошла назад. Кино же не знала, верно ли она сказала, зачем, и что будет в будущем… Зато, самоцвет-изгой, точно знала, как бы ей не хотелось это отрицать, она нужна новеньким, и она очень сильно скучает по «Троечке с половиной».

***

За четыре тысячи восемьсот девять лет, ничего особого не изменилось. Формой и одеждой занималась новенькая Сардоникс, некоторых забрали на Луну. Рутил, Борт, Александрит и Эвклаз, те кто очень редко попадал в опасность, но потеряли своего напарника. Падпараджа была забрана на Луну, не оставив после себя не одного осколочка. Борт упустила Циркон из виду и не успела добежать, Александрит давно без напарника… Эвклаз потеряла Жадеит, когда было нападение на школу. Арбузный Турмалин и Бенита были со своими вторыми напарниками. Появилось много новых самоцветов, новая Жёлтый Алмаз, что сейчас спала и блаженно не ведала о том, что к ней поставили молодую Синий Алмаз. Появилась очень редкий Жемчуг, и не так много как хотелось… Киноварь была наслышана о том, что Белый Алмаз так и продолжала мучаться бессонницей в зиму, а потому дежурила в это время года. Ей помогала Жёлтый Алмаз в этом деле, потом заслуженно и крепко спавшая всю весну, а основным и постоянным зимним дежурным была Каирн, самоцвет под Призрачным Кварцем. Не так давно, Белая, вроде, стала старостой и ей в этом помогала Эвклаз, но система быстро выстроилась. Слабых самоцветов, юных самоцветов, тех, у кого велик провал не допускали к сражениям, их окружали опытными дозорными. Тем, у кого твердость меньше или равна четырем не доверяли сражения. В прочем, Киноварь считала, что это её не касается, приближалось лето, сумерки были очень долгими. Кино, как думала, так и продолжала делать вид, что ей малоинтересно, что там и у кого происходит, но когда обнаружила на самом мысе четырех новенький, лежавший на траве самоцветов, не мало удивилась. — А вы что тут делаете? Кто вы вообще такие? — спросила тут же «хозяйка» данной территории. Одна малютка с странной прической и кудрявой челкой, отвлеклась от записей. Тут же подскочили близнецы кристаллы вместе с Родонит, и лишь новая Падпараджа долго смотрела куда-то вверх. — Ой, просим прощения, Киноварь-сан, мы просто не знаем, что ещё делать, — Родонит вышла вперед, остальные спрятались за неё. — Я Родонит, это Флюорит, — указала дозорная на милашку с кудрявыми волосами и видимо энциклопедией, которую ей поручили заполнять, раз Фосфофиллит не заполнила. — Рутилы, — два самоцвета с прической, что короче чем у Рутил, поклонились Кино. — Падпараджа новая, — только сейчас сонная новенькая поняла, что нужно вставать. — Что вы тут делаете? — Киноварь уже активно раздражало, что она не получила ответа на свой вопрос, но видимо все новенькие такие глупые. — Энциклопедию ведем, — протянула «Четверка» к «Двоечке» стопку бумаг, а Киноварь лишь отошла в сторонку. — Ты то ясно, а они… Тебя охраняют? — Агась, — согласилась одна из близняшек. — Все равно, сейчас, у Синего Алмаза боевое крещение под надзором Борт, да и уже сколько дежурим, нас отправляют куда подальше, — больше разговорчивая вторая. Кино уже запуталась в том, кто из них кто. — О, сама Киноварь-сан! Нам много о вас рассказывала Рутил и староста! Вы тоже уникальны, а также, у вас есть, что делает вас бесполезным для общества! — выпалила самоцвет с красными волосами до пояса. Кино была сбита с толку прямолинейностью и отсутствием такта у молодой Падпараджи, возможно это связано с возрастом, но в конце-концов… Ну… Как-то можно и получше говорить, или… Красный самоцвет прищурилась. Новенькие откровенно говоря скучали, им нечем было себя занять, их гоняли по бессмысленным и неинтересным делам, сражаться Родонит и близнецам вряд ли дадут в ближайшее время, а сколько Падпараджа продержится без сна, до того, как повторить судьбу предыдущей Падпараджи? Киноварь не знала, но у всех этих юнцов было подавленное состояние. Им нужна была поддержка, сочувствие, им нужен был совет. Как-то раз, Киноварь уже дала один такой Белому Алмазу, что сейчас освещает другим путь, указывая дорогу, а какой тут верно дать? Что я должна новеньким сказать? " С каких пор я стала для них советчицей, вроде Учителя или предыдущей Падпараджи? Почему они вообще идут ко мне за помощью? Кто я им? Я что успешная? Да, я опасна! Почему Белый Алмаз рассказала обо мне?! Она их на это натолкнула, да?!» Киноварь не знала, ни что говорить, ни что думать, вообще ничего. Ей было и больно от таких мыслей, противно от самой себя, и при этом она при всем желании не могла обвинить других в том, что ей неудобно от общения с ними. Она не привыкла, она отвыкла от частых разговоров, а ей посылают их все больше. — Нас скорее на Луну быстрее заберут, чем придет наша очередь, — печально вздохнула Родонит, всматриваясь вдаль. Корабль лунарианцев исчез, а Борт и её молодая напарница занимались где-то вдалеке фехтованием. Что им сказать? Киноварь видит их отчаяние, понимает, в какой они ситуации оказались, но… Неужели с обществом там все так плохо, что если ты слаб, то ничего не можешь? Это несправедливо… Или если ты не полезен? Киноварь начинала задумываться, почему же, именно к ней, Белая посылает всех юнцов. Чем именно, Кино может им помочь? Наверное, потому, что Белый Алмаз узнала про то, что Киноварь хотела отдать себя лунарианцам, но так как у неё это не выходит. Староста решила отправлять к ней всех, кто тоже о таком думает. Интересно, как эта Алмаз знает, что Кино помогает им одуматься? — Нет, ваша очередь придёт к вам, если вы её дождетесь, — резко, вдруг, сама от себя такого не ожидав, начала Кино. — Поверьте, я была на вашем месте, и даже сейчас, я не очень уверена, что особо полезна остальным и в моём существовании есть хоть какой-то смысл, — молодые слушали одного из самых старых самоцветов, а потом с восторгом в глазах подошли к ней поближе. — Но если у меня он есть, если я все ещё здесь, что значит у вас тоже есть, — пять юнцов слушали её, а она наконец закончила. Она не могла сдержать со своих глаз выделений… — Просто подождите немного, сколько нужно, до вас доберутся и помогут. — Мы последуем вашему совету, Киноварь-сан, — улыбнулась Родонит, а одна из близнецов Рутил одела на голову одиночки венок из белых цветов. — Конечно. — Как иначе? — дополнили друг друга близнецы. — Спасибо за совет, — улыбнулась мягко Флюорит, самоцветы начали потихоньку собираться. Падпараджа пробурчала что-то невнятное и поклонилась Киноварь, уходя в школу. Им нужно ещё отчеты делать.

***

Киноварь осторожно, пока вся школа спит, прошла к тому, кто очень плохо спал. Белый Алмаз читала отчеты о новых видах Лунарианцев. — Можно? — О, Киноварь, рада тебя видеть, что случилось? — староста привстала, новая форма у самоцветов была из штанов и жилетки с блузкой, галстук был бабочкой, которых так любила Сардоникс. — Скажи, почему уже которые новенькие приходят ко мне? Все самые младшие, начиная с тебя, словно по традиции заходят ко мне. Это ты им говоришь? — Точно не я, — прошла Белый Алмаз, осторожно доставая медузу. — Но я точно знаю, что к тебе ещё придут, готовься. Так и было… Пришли…