Punk's Not Dead

Утром парень встал бодреньким и в хорошем настроении. Хотелось чем-то закусить и на этот случай у деда оказалась манная каша в горшке. О манная каша! Немало детей от нее воротили нос и всей душой презирали комочки. Но Илья давно не ребёнок, да и он всегда относился к каше с уважением, если конечно его можно проявлять к еде. Так что уплетал кашку Илюха за обе щеки. Дед же в это время строгал посох на другой стороне стола. Сначала это была корявая сучковатая палка, но в умелых руках старика она становилась гладкой, обрастала узорами. Парню хотелось расспросить дедушку, но разговаривать с набитым ртом было некрасиво. Доев и перебрав в голове все возможные вопросы, Илья задал самый главный: — А как добраться до города? — Ой, до города далече…На лошади трое суток ехать, на отшибе мы... — А если не на лошади? — Так…по воде и того дольше, авиаторы у нас не водятся...Погоди! — дед хлопнул себя по лбу- Мотоцикл есть. Быстрый как вихрь и даже ухабов не боится. Правда его хозяин не поедет никуда. — Почему? — Пуажется чего-то. Ходит как-то странно, кустами. Зашуганный какой-то. Я его толком то и не знаю, молодой он. Нездешний - прикатил да зажил. Ему до города смотаться - раз плюнуть. Скотину правда пугал, шумная у него таратайка. — А где он живет-то? — В конце улицы зелёный домик стоит, не проворонишь — Ну, до свидания. Постараюсь его уговорить — сказал Илья, накинул пальто, сунул ноги в крепкие сапоги. Уходя он бросил беглый взгляд на дедушкину работу — там уже был почти готовый посох, который венчал волк, застывший в прыжке с разинутой пастью. На улице было куда теплее, видать осеннее солнце решило подарить прощальное тепло. Но было пустынно, разве что со стороны кособокого трактира слышались хмельные песни. Чем дальше шёл Илья, тем явственней слышался и другой шум. Проходя мимо длинного, покосившегося забора, парень понял что гвалт подняла скотина, живущая на скотном дворе. Слышались недовольное мычание, блеяние, кудахтанье, гогот и собачий лай. Приметив огромную дыру в заборе, Илья решил поглядеть на утреннюю суету. На скотном дворе начиналось утро.Доярка спешила коров подоить.В коровнике было тепло и уютно, скотине хотелось поесть и попить. Нет, не всё так радужно! По скотному двору носились люди и звери. Одни мешали друг-другу, другие хотели еды, первые хотели накормить вторых, но царил небывалый хаос Главной бедой была теснота- сараи за забором стояли впритык, и кроме маленькой площадки в центре, у животных не находилось места для прогулок. Порой зверюшки пытались уйти на свободу, посредством дырки в заборе, но как только они добегали до Ильи, их тут же встречала колючая проволока. Натянуть её было явно дешевле, чем подновить забор. В конце концов суета закончилась, только пара свиней в грязной луже грели свои розовые бока на увядающем солнце. Но их спокойствие было недолгим. Вскоре из-за сарая вышел дедок, в тужурке, штанах, но при этом босиком. Он был грязен, все его лицо было перемазано землёй, а в одной руке он сжимал лопату. Другой рукой он лез в карман и выуживал оттуда извивающихся дождевых червей. Ничтоже сумняшеся он засовывал их в рот и жрал. Бросив взгляд на свиней он подумал что пора схарчить кого-то покрупнее. Руки поудобнее перехватили лопату и нанесли удар. Но старикан промахнулся- лопата шлепнула по земле и сломалась. Свиньи, изначально смотревшие на дедка с подозрением, дали дёру, подняв фонтан грязных брызг. Три хрюшки синхронно бежали в сторону Ильи, сообразив, что это единственный способ спастись от безумного животновода. Передняя свинья взвизгнула, но прорвала проволоку, толкнула парня и понеслась дальше. Две другие старались от неё не отстать. Дед, на секунду опешивший от поломки своего оружия и побега жертв, потоптался, а затем бросился вдогонку за беглой свининой. В руке он уже сжимал саперную лопатку, которая наверняка была при нём на случай форс-мажора. Словно горный козёл, он перемахнул через забор, не обратив на Воронцова никакого внимания. Подчиняясь своему чутью он свернул за угол, куда только что направились три свиные задницы с крючковатыми хвостиками. На некоторое время установилась тишина, но потом её разорвал глухой удар и истошный свиной визг. Дед кого-то догнал. «Ну дурдом!» — подумал Илья. Больше в дороге ему ничего особого не встретилось. В конце улицы действительно стоял зелёный домик, обветшалый с заросшим садом, с выбитыми кое-где стеклами. Рядом с домиком стоял мотоцикл под чехлом. Долго и безответно Воронцов стучался в дверь… А потом, навалившись плечом, убедился что никто её и не закрывал. Но хозяин был дома. Только вокруг царил чудовищный беспорядок — шкафы поломаны, одежда, книги, посуда — все раскидано по полу. Обои подраны во многих местах и только одинокие иконы украшали стены, почти закрытые паутиной. Хозяин лежал на диване с вылезшими пружинами и пялился в потолок. Он не обращал внимания на вошедшего гостя, но не спал и будто находился в трансе, выкатив глаза. На мужчине были лишь трусы и майка. Он был не стар, измученное лицо покрыто давней щетиной, а зубы пожелтели. — Эгхм…добрый день. Извините, что отвлекаю…- осторожно начал Илья. — А? Где? Что? У-у-у, падаль! — хозяин вскочил, швырнул в парня железную кружку, но не попал. — Вам плохо? — спросил Илья, внутренне готовясь отражать агрессию при помощи сковородки лежащей под ногами. — Ах…О-о-о, да! Плохо…плохо…-бормотал мужчина- Пить…там…подпол…дай! У него бегали глаза и тряслись руки. "С психами лучше соглашаться.» — подумал Воронцов и кивнул. Затем он осторожно, чтоб не упасть и не переломать конечности, полез в сырой подпол. Там стояли ящики, бочки, различный хлам, но взгляд сразу же замечал ряд бутылок с белесой жидкостью. Взяв одну бутылочку в руки и принюхавшись парень догадался, что это самый обыкновенный самогон и судя по цвету, не самый качественный. «Ага! Некислая тут у него заначка! Посмотрим, что он скажет после того как опохмелится.» — подумал Илья. Конечно он никогда не одобрял пьянства, но знал об этом явлении достаточно, на алкашей насмотрелся вдоволь. — Наконец-то...- сказал жаждущий спирта, после того как с причмокиванием выпил четверть принесённой бутылки. — Теперь хорошо? — осведомился парень. — Да-да, прям кайф. Сил совсем уже нет. Ты по какому делу, чувак? — в сиплом голосе мужчины стало что-то меняться. — Мне вот до города добраться надо, а у тебя байк есть. Подкинешь? — Ну тебя на! Хоть убей- не поеду! — замахал руками байкер. — Боишься что ли? А с виду серьёзный мужик…был.Ещё и свинарник устроил- разочарованно произнёс Илья. — Боюсь? Да не боюсь я блин! Заманало всё! — вскочил хозяин дома и затрясся от негодования. Лицо его искажалось от злости, кулаки сжимались и разжимались. — Да успокойся ты! Давай я тогда один поеду, раз ты не можешь. Потом вернусь. — Нет-нет…ты можешь стать таким как я… — В смысле алкоголиком и свиньёй? — поинтересовался Воронцов — Да нет же! — байкер никак не мог собрать в голове ускользающие мысли, чтоб пояснить всю трудность своего положения, скреб затылок и морщил лоб- Одержимым.Тут это…нечистая сила шалит! А мотоцикл проклят! — Да ну? По пьяни много чего мерещится. — Дай расскажу, как дело было.Ну короче…случилась со мной одна хрень. Я тогда ночью по шоссе гнал. Дорога тихая, встречных-поперечных нет- красота. Только я и мой байк. Как там…единое целое, во! И все было бы хорошо, если бы не сраная шняга. Еду-еду, а тут — бац! Налетел на кого-то. И раздался крик во мгле, кровь в лицо попала мне. Кто-то сзади голосил, а я гнал что было сил. — Ну нельзя же так, блин. — А ты думаешь хорошие люди переходят дорогу в полночь? — Ну не знаю…Наверное нет. — Так вот…приехал я домой под утро, в спальню зашёл, свет включил. А там, на кровати — труп! Весь в кровище! Я тогда чуть в штаны не наложил! —  Да, хорошенькая история. Зелёных чертей поблизости не было? — Не, ты дальше слушай! Не труп это был, а дух. Злой, мятежный. Вот он мне тут и устроил бардак! — Каков озорник! — усмехнулся Илья. — Чтоб ему! Я уж сто раз пытался по-нормальному жить. А хрен там плавал! — Может это от твоего лихачества? Предупредить может хотел, что трупом будешь ты? Или пешеход разозлился, на то что его задавили. — предположил Воронцов — Да шут его знает. Я вон уже четыре месяца не гонял, в церквухе свечку поставил, а этот тип так и не отстал. А вон кстати и он- байкер указал рукой в противоположный угол комнаты. — Где? — Илья не видел никого. Пустота одна. — Да смотри-смотри! — закричал хозяин дома. Парень по прежнему никого не видел и скептически мыслил о том, что к алкашам в гости приходят не только черти, но и белочки, а значит и окровавленные мертвецы тоже могут заглянуть на огонёк. Но тут куча вещей пришла в движение, а старенький телевизор включился и стал искрить. Байкер снял с шеи цепочку с крестом и начал крестить невидимого полтергейста. Однако того это только раззадорило, он стал выть и неспешно поднимать в воздух вещи. Дух не спешил, заставляя вещи выписывать фигуры в воздухе, со свистом проноситься над головами жертв. Илья отделался следом от грязного сапога на лице, а вот алкоголику повезло меньше- он словил лицом ту самую сковородку, которую Воронцов хотел подобрать. После этого все улеглось и ушмякалось. — Ну блин, безобразие и беззаконие! - сплюнул Илюха — А что поделать-то? Священника звал, заговоры твердил, траву волшебную ел — все без толку. — развел руками хозяин дома. — Ну, а профессиональные охотники на духов, ведьмаки, шаманы и прочие? — А где их достать-то? — В городе. — Ну…я ведь там жил. Нету там таких! — Тыы ж не искал поди. Всю жизнь наверно проторчал в барах да в гаражах. А маги на какой-нибудь узкой улочке, за шторками сидят, клиентов ждут. — Знаем мы таких магов. Повстречал я как-то одну ведьму...Ты бы видел её буфера! - Тьфу на тебя! Я-то про дело тебе говорю. Продадут тебе снадобье полезное или с дезинфекцией заявятся. Если конечно ты все деньги не пропил. — Ну…ладно- со скрипом согласился байкер — Только шмотки надо поискать, не в исподнем же ехать. Горе-мотоциклист, кряхтя и ругаясь, нашёл в своём хламе рваные джинсы и потертую косуху. Когда он принарядился и нацепил на нос чёрные очки, он уже действительно был похож на всадника для крутого железного коня. Затем они вышли из дома и с мотоцикла был сброшен линялый чехол. Долгий простой не очень повредил чуду техники— немного потускнел хром, откуда-то завелась пыль между деталей, да шины чуток сдулись. Всё это было устранено за десять минут. Это был просто замечательный байк! Чёрный, с блестящими трубами, двигателем и спицами колёс. — Ух ты! Это ж настоящий «Харлей»! — А то как же! — байкер хитро улыбнулся. Было видно, что он рад видеть своего двухколесного друга. Затем он принёс два плоских шлема старой конструкции и канистру с топливом. У мотоцикла не было коляски, поэтому Илье пришлось устраиваться позади, крепко ухватившись за куртку. Байкер выжал ручку газа и мотоцикл фыркнул. Фыркнул, но не завелся. А ну-ка, ещё разок! Эффект был тем же. Видать мотик обиделся на своего хозяина. А тот с досады ещё и пнул его ногой по боку, как пинают упрямую лошадь. И в этот момент мотоцикл взревел и со стрекотом помчался вперёд. Его седоки от неожиданности едва не выпали из седла! Но дикий байк был обуздан и ровно летел по сельской улице. Когда они промчались мимо скотного двора, Воронцов приметил, что безумный дедок уже приволок мангал и вертел шашлыки из бедной свинки. Несмотря на то, что мото-всадник был под мухой, он не спешил улететь в кювет. Но Илья и сквозь куртку чувствовал, как байкер дрожит. А как тут не дрожать? Вдруг новая пакость прицепится... Проскакав пару километров по неровной лесной дороге, они резко вырулили на вполне приличное шоссе. Оно было явно не новым, а других участников движения было не видать. Было неясно, кто и зачем строил его, вряд ли тут вообще водились автолюбители. — Так…где же город? Кажись там! — соображал байкер, а затем порывшись в карманах куртки, вытащил помятую карту — Не-е, он не справа, а слева. Или нет… А, да, справа! Мотоцикл приближался к городу. Он ехал с пригорка, поэтому городок был виден как на ладони. Старинная архитектура, узкие улочки, ни одного высокого здания кроме готического храма и ни одного образчика советской архитектуры Если бы проезжающий путник не стал бы вглядываться в детали, то он счел бы это поселение вполне себе древним. Но много примет говорили и о влиянии других времён. У обочин стояли кованые урны и фонари, не было грязи и никто не стремился вылить отбросы из окна вам на голову. По улочкам цокали лошадиные копыта, но изредка шуршали и автомобильные шины допотопных конструкций. Народ гулявший по улицам наряжался по разному, но в основном по моде пары прошлых столетий. Впрочем встречались и народные костюмчики и доспехи В городе байк сбавил ход.Вот наконец и остановка, прям у коновязи, где дремала пара усталых лошадей. — Куда тебе надо-то? — В библиотеку. Не смейся, дело важное.  — Образованный значит? Ну тут я тебе не помощник. Лучший бар - показать могу. Бордель - пожалуй тоже. А с библиотекой напряг, извиняй — Ладно, сам найду — ответил Илья и слез на тротуар.- Удачи тебе в поисках зелья. — Ну спасибо! — коротко ответил байкер и дал по газам. Пройдя по нескольким улицам, Воронцов обнаружил множество закрытых лавок, мрачную каменную тюрьму, целую улицу питейных заведений, городскую площадь с плахами и виселицами. Последняя находка не прибавляла энтузиазма. Надо было найти сокровищницу знаний, сиречь библиотеку. А её, как назло, не было и в помине. И это было обидно, ведь библиотека могла бы прояснить многие тайны здешнего мира, дать советы и подсказки. Тем более было неясно, где вообще искать Горшка и сколько на это уйдёт времени. Ориентировки на него никто не давал. Поэтому Илюха крепко задумался, усевшись на скамейку. Улицы почему-то обезлюдели, отчего стало совсем тоскливо. Но вот наконец его взгляд приметил какого-то типа, украдкой идущего по улице. Он был в пыльном плаще с поднятым воротником и в шапке, натянутой на самые глаза. — Эй! — окликнул его Илья — не подскажете, как пройти в библиотеку? Может она у вас тут всё-таки есть? И тут же Воронцов подумал о глупости своего вопроса. Ведь прохожий явно не походил на интеллигента, его небритое лицо было совсем не добрым, а каким-то хитрым, коварным. «Этот субчик за словом в карман не полезет, он или полезет в мой карман, за кошельком, или в свой, за ножом…» — подумал парень — В библиотеку? Прошу прощения, но помочь вам ничем не могу! Я тут давно не был, с детства… и теперь…ммм…приехал навестить четвероюродную…тетушку! — на лице у подозрительного гражданина возникла идиотско-слащавая улыбка. "Лукавит, сволочь.» — понял Илья. Наверняка он застал какого-нибудь преступника, аккурат во время совершения преступления… Может он булошную ограбил и сдобу по карманам рассовал? Или натырил кожаных перчаток? — Очень жаль…- произнёс Воронцов — Ах, сочувствую вам, но вынужден откланяться! — прохожий ухмыльнулся, поклонился и снял шапку… И вот тут случилось самое шокирующее. Только он приподнял шапку, как глаза у него вылезли из орбит, а изо рта хлынула кровь. Рука продолжала держать шапку, но вместе с шапкой снялась и его голова… Обезглавленная шея тоже выплюнула фонтан крови. При этом глаза бедолаги заморгали и похоже он понял, что с ним произошло. Тело сделало пару неловких шагов и упало, образовав под собой большую кровавую лужу. Голова выскочила из рук трупа, запрыгала по мостовой, оставляя темно-красные пятна и замерла у ближайшего фонаря. " Ну и дела…что же делать?» — пронеслось в мозгу Ильи. Если кто его сейчас увидит, то ему не поздоровится… А что бы сделал персонаж одной компьютерной игры, в которую Илюха любил поиграть в свободное время? Он обыскал бы труп и сбежал! Осторожно, чтоб не уляпаться в крови, парень обшарил покойника. Из полезных вещей там обнаружились только ножик и мешочек с золотыми монетами. Прихватив все это, он удалился в ближайший переулок. Неловко конечно было, ведь в жизни он прежде не лазил по чужим карманам... Поплутав по городскому лабиринту, Илья несколько устал и он так и не мог понять, отчего ему больше никто не встретился, хотя ещё минут десять назад людей на улицах хватало. Потом откуда-то зазвучал глухой звон колокола. Это с площади. Надо бы туда наведаться, может при храме найдётся пара толковых книжечек... Культовое сооружение впечатляло и протыкало небеса своими шпилями, переливалось витражами, ухмылялось горгульями с карнизов. На площади собрался чуть ли не весь город. Множество людей толпились и галдели, а ушлые торговцы, привезшие с собой всякий товар в телегах, получали стабильную прибыль. — Тут что, ярмарка? — спросил Илья у кого-то. — Казнь! Это казнь! Ка-а-азнь! — ответил ему хор голосов. " Оу, до чего ж хорошо организовали! Прям праздник какой-то…»- подумал Илюха. Где-то грянул оркестр. Илья стал проталкиваться ближе, чтоб взглянуть на плаху или эшафот, а попутно и на жертву палача. Но увидел в итоге столб и уложенные у его подножия ветки. Похоже толпа сегодня увидит фаер-шоу, аутодафе… К костру подвели жертву. Ей была полная женщина, средних годов, в одной ночной сорочке. Толпа улюлюкала и кричала что-то вроде «Давай, зажигай!» В этот момент стало ясно, что люди будут очень рады если бедняжка будет орать и покрываться хрустящей корочкой. Затем на сцену вышел палач. Он выглядел именно так, как положено палачу — голый торс с накачанными мышцами и красная маска с прорезями для глаз и рта. Палач приволок с собой канистру бензина. Не огнивом же зажигать, раз на дворе не Средневековье! Впрочем тёмное времечко тут чувствовалось очень явственно. И Воронцову это не нравилось. Какой прок от сожжения тётки? Что она такого сделала? В толпе болтали о колдовстве... Неправильно это, ёлки-палки. Ну высечь, в смоле вывалять - куда не шло. Илья шагал по площади кишащей народом и лихорадочно думал. Но дума была не долгой Его взгляд упал на пожарный щит, укреплённый на стене одного из близлежащих домов. И среди пожарных принадлежностей висело, поблескивая красными боками, ведро. А рядом ящик с песком. «То что надо! Фигу им с маслом!"  — обрадовался Илья. С нелёгким ведёрком в руке он стал приближаться к месту казни. Никто его не замечал. Все взоры были прикованы к костру. А около дровишек какой-то старик в тёмном балахоне и с серебряным крестом на шее уже зачитывал приговор —…Обвиняется в колдовстве, разврате и клевете! Приговор- сжечь! И пусть огонь очистит её душу! Аминь! — прокаркал старик. Затем к нему подошёл другой старец, лысый, в светлых одеждах, что-то стал говорить, но каркающий от него только отмахнулся. Наверно какой-нибудь пастор пытался заступиться за несчастную. Палач отвинтил крышку канистры и обильно полил древесную кучу. Женщина уже была привязана к столбу и со страдающим лицом ждала своей участи. Палач пару секунд помедлил, что-то сказал жертве на ушко и бросил спичку. Занявшийся огонь начал лизать белые и толстые ноги жертвы. Раздался басовитый визг (да, по другому и не опишешь!) Однако тут Илья пришёл в действие. Он резко рванул напролом, распихивая людей и быстро выскочил на свободное пространство. Не дожидаясь реакции толпы, Воронцов взмахнул ведром и опорожнил его на костёр. Огонь задохнулся, а Илюха торжественно помахал пустой тарой. Костёр потух, приговорённая смолкла. Толпа ахнула и зааплодировала, впрочем если бы приговоренная сгорела, это всё равно вызвало бы безудержное веселье. Старец затрясся от гнева и направился к парню, очевидно желая порвать его в клочья. Илья прекрасно это понял, поэтому встал на изготовку, сделав предупредительный "бум!" об пустое ведро. Бум! Хрясь! Шмяк! А это уже ведро пошло в дело - им корректировалось лицо злодея, который отступать не собирался. Но конечно ему было больно - попробуйте кого-нибудь жестянкой поколотить! Недруг заорал, потом запутался в полах балахона и повалился на землю. Казалось можно было праздновать победу, но тут возникли два бугая с пудовыми кулаками, взяли Илюшеньку под белы рученьки и куда-то поволокли. В гробовом молчании Илья мигом осознал задницу, в которую угодил и не брыкался. Перспектива получить кулаком по башке его совершенно не вдохновляла. Бугаи подвели его к фургону с зарешеченными окнами и втолкнули внутрь. Внутри был темно и свет из окошек не мог совладать с тьмой. Илья молчал и лежал на полу, слушая как стучат копыта лошади. Бугаи, сидевшие где-то спереди перекидывались фразами и ржали: — Хорошо мы его запаковали, да Святик? — Да! Хо-хо! Изя, а что немец скажет, когда от знахаря вернётся? — Спасибо скажет! А может и тумака даст! Ха-ха! Он придумает, за что дать! — Это точно, хи-хи-хи! Ой Святик, не могу! Уха-ха! — Поводья держи, братец! А то врежемся! Аха-ха! Когда они доехали, Воронцова ввели в ту самую мрачную тюрьму, с решётками на окнах и тут же сопроводили в подвал, где было жутко некомфортно. — Апартаменты у нас небогатые, но тебе понравится! Хе-хе-хе! — раздалось ехидное ржание за спиной парня, когда его ввели в просторный куб темницы, предварительно отобрав всю его одежду и вручив тюремную робу. Никто его не судил, не приговаривал. Посадили и все — сиди тут! Он же посягнул на устои, поступил как бунтарь, сорвав государственную казнь. Даже удивительно что его на месте не порешили. В камере просторно, но кроме нар и дырки в полу тут не было ничего. Через узкое отверстие в двери было нечего разглядывать, а окна были бы слишком большой роскошью для узника. Посидев и покумекав Илья сообразил, что самое время позвать Князя. Да, выслушать какой он олух, может даже вернуться назад... — КНЯЗЬ! — завопил парень, что есть силы. Но то ли стены были слишком толстые, то ли Князь был занят, крик просто раскатился эхом и ничего не произошло. Воронцов обречённо опустился на нары.