Словно солнце

Ближе к вечеру Зелдрис стал нормального роста. — Зелдрис, я ухожу, — Мел перекинул сумку через плечо и направился к выходу. — Опять? Только когда будешь возвращаться, убедись в том, что на тебе ни одной царапинки! Понял? — черноволосый сидел на барной стойке и пил чай. — Хорошо хорошо, как скажешь, — он вышел. — Вот же идиот. Даже поверить не могу, что он мой брат. Мелиодас шёл по лесу, к той реке, где оставил Эстароссу. Увидев одного из Заповедей, Мелиодас сел на ветвь невысокого дерева. — И как успехи? — он ехидно улыбался смотря на Эстароссу. — Ну ты и тварь. Что ты сделал? — на лице Эстароссы появился звериный оскал.

***

— Это шар с заклинанием? Он какой-то… необычный? — Мелиодас держал в руке маленький шарик, меньше обычного. Он был тёмно-фиолетового цвета. — Я сделала его специально для тебя. Используй его в битве с Заповедями, но только один на один. Иначе заклинание можно легко снять, — Мерлин как обычно что-то варила в большом котле. Это «что-то» выглядело ужасно, а также имело тошнотворный запах и цвет. — И что оно делает? — капитан небрежно подбрасывал шар и крутил его в руке. — Когда противник будет уже не в состоянии сражаться, но ещё не при смерти — используй заклинание. Оно не позволит врагу регенирироваться, ну вернее позволит, но как только он полностью восстановится — заклинание вернёт его в прежнее, избитое, состояние. — Круто конечно. Но зачем? Разве не проще убить? — уже в пятый раз Мел чуть не уронил шар. — Это тебе проще. А мне нужны образцы для исследований. Понял? — Мерлин взяла карандаш со стола и пригрозила капитану. — Ага, понял. «Вообще-то я тут главный!», — подумал он и положив шар в карман вышел.

***

— Да так, ничего особенного. Кушать хочешь? Ты тут уже 4 дня торчишь, — Мелиодас достал из сумки бутерброд. — Бутик будешь? — он протяну бутерброд лежащему в воде Эстароссе. — Да щас! Я лучше сдохну, чем приму что-то от тебя! — Ну, я за этим и пришёл, — атмосфера резко изменилась. — Ни-ши-ши, — Мел подошёл к обездвиженому брату, присел на одно колено и закрыв ладонями глаза Эстароссы, продолжил. — Я оторву твои ноги, медленно вырву глаза, после проткну шесть сердец, раздроблю череп и останется только добить. Как тебе такая смерть? — он убрал руки с лица Эстароссы, пред Заповедью предстало то самое садисское выражение лица, а в глазах то невообразимое наслаждение с которым Мелиодас убивал ангелов. — Т-ты убьёшь родного брата? — Эстаросса нервно улыбался. — Именно! Какой ты догадливый, за это я тебя и люблю, — в одно мгновение руки Мелиодаса уже были в крови. Он делал все так как сказал. Сперва оторвал ноги, после на его лбу появилась огромная тёмная метка и Мел медленно уничтожали сердца брата. Эстаросса кричал и корчится, но не мог ничего сделать. Ещё несколько минут и тишина. Бездыханное тело Заповеди лежало на алом от крови снегу. Мелиодас стоял над ним по локоть в крови. С одной стороны он поступил как последняя мразь, но с другой сделал всё правильно. Не прошло и трёх часов. Мел вернулся уже ночью. Ему очень повезло, ибо Эли сегодня не ночует в трактире и она не увидит своего героя в крови родного брата. — Вернулся всё-таки… Что случилось? — Зелдрис чуть не уронил поднос с посудой увидев брата в крови. — Ты опять? — Нет, всё хорошо, я не ранен. Я спать, — Мел устал, не сколько физически, сколько морально. Он призвал Заповедь Любви чтобы показать её Зелу. — Заповедь? — Да. — Ты… — Да. — Прости, это я виноват. Если бы я в открытую не перешёл на твою сторону, тебе бы не пришлось этого делать. — У меня будет просьба, — Мел остановился у лестницы. — Всё что угодно. — Я положу эту форму около своей двери, сожги её, — с этими словами он поднялся наверх и заперся в комнате.