Холод, согревающий его

Проснувшись, Марк обнаружил лишь холодную постель и уже закрытый балкон. Взглянув на время, он понял, что сейчас три часа ночи, а значит, он спал целый час, в то время как за дверью также доносились крики и громкая музыка. Потирая глаза ото сна и осматривая комнату, освещаемую лишь одиноким фонарём с улицы, Марк остановил взгляд на смятой простыни. Руки невольно стали проводить по тем местам, на которых спал Мин. Перед глазами снова всё то, что произошло час назад, казалось бы, всего час, а как будто прошла вечность, внутри вдруг всё сдавило, стало тяжело дышать. Руки сжимали простыни, а тело просто дрожало в сильной лихорадке. Он будто стал сходить с ума. В глазах начали появляться слёзы, которые парень даже не пытался сейчас остановить. Ему было плохо. Внезапно захотелось позвонить кому-нибудь, но кто сможет взять трубку так поздно? Чимину звонить парень боялся, так как не хотел беспокоить его, считая, что и так доставляем ему проблемы, потому решил позвонить своему другу детства, который уж точно не спит. — Да? — Джексон, я чувствую себя ужасно. Внутри всё рвёт, я ничего не могу сделать, — парень говорил слова сквозь большой поток слёз. — Марки, что случилось? Ты плачешь? — Джексон был напуган, его буквально поставили в ступор. — Я сейчас на вечеринке, на которую меня пригласили БэмБэм и Югём. Тут он и… Я совершил ошибку! Мы… Я… Я был так счастлив, так рад, но это всё не правильно! Мы много выпили, легли отдохнуть, и Минхёк стал меня обнимать. Так мы вместе и заснули, но когда я проснулся, то его не было, а ведь я ещё чуть не рассказал о своих чувствах! И сейчас я лежу один и не хочу выходить туда. Не знаю, что делать, — Марк выплёскивал свои эмоции, плакал, говорил как есть, а Джексон молча слушал. Сейчас это и было нужно Марку. Пока они разговаривали, внезапно открылась дверь, и внутрь зашёл Минхёк, держа в руках горячий чай. — Тебе как, лучше? — А сам? — Марк отложил телефон и взял кружку, которую ему протянул Минхёк. — Ну, — Мин почесал затылок, — мне стало лучше уже через 20 минут после таблеток, которые ты мне дал, — улыбнулся тот. Марк, сделав глоток чая, слегка поперхнулся. — Что? Не вкусно? — Да нет, просто я пью чай без сахара, — Марку было немного неловко. — Оу, я не знал, тогда я сделаю новый, — Минхёк выхватил кружку из рук Марка и быстрым шагом отправился на кухню. Марк, взяв телефон в руки, сказал Джексону, что ему нужно идти, и лёг обратно, дожидаясь обещанного чая. Парень вдруг подумал: «А ведь он даже не заметил, что я плакал. Здесь темно, может из-за этого. Хотя, это наверно и к лучшему». Безусловно, после высказанного Джексону о том, что накопилось, парню стало намного лучше. — Вот, держи. На этот раз без сахара, — посмеялся Минхёк, после чего вышел, сказав, что зайдёт позже. Марк остался наедине со своими мыслями. Ему нельзя оставаться одному, потому что в голову начинает лезть всё, что угодно, но только не хорошие мысли. Сейчас он бы встал с кровати и подошёл к окну, посмотрел бы на падающий снег, но он не мог. Ноги его совсем не держали. И он решил просто оставаться в том же положении, молча смотря в потолок. Пока Марк продолжал лежать на кровати, Минхёк успел зайти к нему три раза: забрать кружку, поинтересоваться самочувствием, а когда он зашёл в следующий раз, на вопрос «Ты сюда спать пришёл?» Марк прикрикнул и с лёгким сарказмом произнёс: «Да, спать!», после чего Мин больше не приходил. Парень не мог понять, почему он так волнуется о нём? Почему он не со своим Хёнвоном, а приходит и интересуется его самочувствием? Но Марк благодарен, ведь он единственный, кто делал это. Это странно, но очень приятно. Когда ему надоело лежать, он решил пойти в гостиную и повеселиться вместе со всеми. И правда, не спать ведь он сюда пришёл.